Меченый. Том 4. Точка кипения (СИ)
Вот только на добрые слова я вестись не собирался и предложил «коллеге» для начала поработать над удалением из состава верхушки Трудовой партии Албании тех, кто поливал СССР дерьмом в 1960-х. Хрущ — конечно, та ещё сволочь, но это наша сволочь, и позволять кому-то бесплатно его оскорблять я не собирался. Так же затронул вопрос возможности возвращения советского флота в Адриатику, а в будущем, если всё пойдёт гладко, — подключение Албании к клиринговому обороту внутри СЭВ. Понятное дело, в реальности до этого было ещё далеко, но тут я хотел показать албанскому лидеру свою лучшую тактику ведения переговоров. Это когда одновременно вешаешь перед лицом собеседника морковку, а другой рукой берёшь его за яйца. Как говорится, добрым словом и пистолетом…
Албания была важна для меня в нескольких плоскостях. Во-первых, идеологическом — возвращение блудного сына в стан ОВД выглядело бы большой моральной — практической военной пользы от Албании было немного, понятное дело — победой. Плюс это была точка давления на Югославию — там Милошевич уже решительно встал на те рельсы, что должны были привести страну в итоге к гибели. Опять же, заиметь место, куда можно отправлять трудящихся на отдых, выглядело полезным, ну и потенциальный демографический резерв тоже… Поди, немало вполне качественной рабочей силы при получении возможности захочет поменять депрессивную Албанию на вполне бодрый СССР.
Короче говоря, событие это, с одной стороны, маленькое и незначительное, виделось мне, с другой, неким маркером того, что СССР двигается в правильном направлении. Шажок за шажком.
Глава 9
Покушение
13 января 1987 года; Ташкент, СССР
ИЗВЕСТИЯ: «Телегид» — новый журнал для советских телезрителей!
Советское телевидение развивается невиданными темпами! Всего за полтора года трудящиеся СССР получили четыре новые Центральные Программы, а уже в начале 1987 года в эфир выйдет пятая — полностью посвящённая науке и культуре. Столь стремительный рост требует достойного освещения, и потому в скором времени в печать поступит новый еженедельный журнал — «Телегид»!
«Телегид» станет верным помощником для миллионов советских граждан. На его страницах будет публиковаться программа передач на ближайшую неделю, анонсы новых телевизионных проектов, статьи о развитии телевидения, интервью с ведущими и режиссёрами, а также письма читателей.
«Телегид» позволит заглянуть простым зрителям за кулисы советского телевидения, даст представление о том, как создается картинка, видимая миллионами зрителей на своих домашних экранах, а в будущем предполагается, что именно редакция журнала — совместно с читателями — будет вручать награду за лучшие телевизионные передачи года.
Особое внимание уделено качеству издания: журнал будет печататься в цветном формате с применением современной полиграфии. Для этого было закуплено передовое оборудование за рубежом, что гарантирует яркость и чёткость каждой страницы.
Тираж первого выпуска составит 5 миллионов экземпляров, однако, учитывая растущий интерес советских граждан к телевидению, этого может оказаться недостаточно.
Стоимость одного номера — 60 копеек, но при оформлении подписки через отделения «Союзпечати» цена значительно снижается.
Товарищи! Уже сегодня спешите оформить подписку на «Телегид» — ваш надёжный проводник в мире советского телевидения!
О том, что мы во внутренней политике перешли некую черту, отделяющую «прошлое» от «будущего», стало ясно в январе 1987 года. Но давайте по порядку…
Десятого января я улетел в Афганистан на встречу с Наджибуллой. Нужно было обсудить начавшееся инфраструктурное строительство, понять, насколько афганское правительство реально способно держать контроль над ситуацией без помощи извне, и вообще «сориентироваться на местности».
Нужно понимать, что полностью выводить войска из Афганистана мы в любом случае не планировали. При том, что уже сейчас в Афгане советских войск осталось всего порядка сорока тысяч человек — при пиковых значениях в 115 тысяч — это число планировалось сократить еще по меньшей мере в два раза. Оставить тут несколько баз, чисто для контроля над южной границей и охраны инфраструктуры, тысяч пятнадцать на все, плюс корейские и кубинские контингенты, выполняющие «интернациональный» долг. В условиях, когда граница с Пакистаном и Китаем прикрыта с той стороны, этого должно было хватить с головой. Оставалась еще иранская «дырка», но там границу контролировать было гораздо проще.
Ну и в общем, слетал я в Кабул, три дня провел на афганской земле, заехал на пару военных баз, торганул лицом перед камерами, пообщался с народом — стандартная работа политика, ничего, что называется, не предвещало.
Все случилось на обратном пути. Мы сели в Ташкенте для смены борта — Ил-62 в Афган не полетел по соображениям безопасности, — и, конечно же, я не мог не заехать в город и не поприветствовать местное начальство. Зачем людей обижать зазря? Зная будущее, уверен, Усманходжаев стопроцентно выбрал бы вариант, где я быстро меняю транспортное средство и улетаю как можно дальше и как можно быстрее, но, как говорится, нам не дано предугадать…
(Усманходжаев И. Б.)
Но опять же, стоит рассказывать по порядку. Сели без происшествий, над Северным Афганистаном нас немного потрусило, поэтому я с большим удовольствием почувствовал вновь твердую почву под ногами. В Ташкенте в аэропорту меня ждали в том числе и мои машины — после инцидента в Грузии ребята из «девятки» просто не пускали меня куда-то без спецтранспорта — поэтому в город я поехал уже на бронированном ЗИЛе.
Мы выехали на Шевченко, которая в будущем станет улицей Бабура. А в честь украинского писателя переименуют другую улицу, поменьше, чуть в стороне. Там, на ней, кстати — доводилось мне бывать в этих краях в будущем — сквер сейчас со стелой, посвященной павшим солдатам, и вечным огнем. Его потом демонтируют, а прах воинов перенесут на кладбище, независимому Узбекистану память о Великой Отечественной будет не сильно интересна.
Забавно. Спроси сейчас буквально любого жителя СССР насчет любви к родине, к истории Союза, к тому, что делает нас «одним народом» — 99% людей будут пяткой себя в грудь бить, крича, что они, мол, живота не пожалеют. Пройдет каких-то десять-пятнадцать лет после развала СССР, и все настолько поменяется, что будет казаться, будто совсем другие люди откуда-то прилетели с другой планеты и заняли места живущих тут на земле. Как можно вот так быстро переобуться? Поменять свои взгляды на 180 градусов? Наверное, можно.
Но вот тут вылезает и другой резонный вопрос: а если можно развернуть идеологию условно «вправо» всего за пару десятилетий, то что мешает это сделать «влево»? Вообще запретить упоминания наций. Есть советские люди — и все, точка. За любые минимальные проявления национализма — тупо сажать. К стенке ставить. Сколько нужно расстрелять людей, чтобы превратить узбекский народ в советский? Что-то мне кажется, что никакого геноцида проводить не понадобится — посадить пару десятков человек, остальные утрутся. Будут ненавидеть, но, как говорили древние, Oderint, dum metuant — «Пусть ненавидят, лишь бы боялись».
Первое поколение будет ненавидеть и притворяться, второе — уже впитает образ поведения как должный, хоть и будет не в восторге, а там… Глядишь, внуки-правнуки уже будут смотреть на своих «националистически» настроенных предков как на странную аномалию. Без всякого понимания и сочувствия.
Вот примерно под эти мысли при пересечении Шевченко и Кольцевой дороги, в нескольких метрах от моего ЗИЛа, и рванул прикопанный у дороги фугас. В момент я почувствовал, как меня тряхнуло и куда-то делась гравитация — взрыв был такой силы, что машину буквально подбросило и откинуло с дороги.
