Меченый. Том 4. Точка кипения (СИ)

— Ещё раз хотел сказать спасибо, товарищ Горбачёв, — ко мне подошёл Маленков, поддерживаемый немолодой женщиной, тоже, видимо, дочерью… — Спасибо, что помогли восстановить справедливость; я больше десяти лет писал во все инстанции, но к моим просьбам оставались глухи.
(Маленков Г. М.)
  
— Не стоит благодарности, — я пожал плечами. Вид рассыпающегося в славословиях старика мне совсем не доставлял удовольствия. — Не вижу причин тянуть сквозь годы ту вражду. Тем более что все её участники уже фактически нас покинули.
— Да, вы правы, — кивнул Георгий Максимилианович. — Годы идут, их не остановить. Но мне приятно видеть, что во главе страны стоят достойные продолжатели нашего общего дела…
— У меня есть к вам небольшая просьба, — я подхватил Маленкова под локоть, одними глазами велел женщине оставить нас наедине и отвёл старого партийца чуть в сторону. Буквально на несколько шагов, так, чтобы суетящиеся у могил люди не могли услышать наш разговор.
— Всё, что угодно, товарищ Горбачёв.
— Вы, конечно, следите за нашими делами: не могли не слышать о проблемах национализма, которые вылезают тут и там последнее время. Очень долго мы в Советском Союзе взращивали национальное самосознание малых народов — и вот, собственно, получили закономерный результат, — лёгкая шпилька в сторону самого Маленкова. Сейчас уже хрен разберёшь, кто там за что был ответственен в 30-е и 40-е годы, но, с другой стороны, пенять-то теперь и некому особо: остальные уже отвечают за свои действия перед другим судьёй.
— Да, читал, конечно, неудачно вышло…
— Я хочу, чтобы вы написали статью насчёт Крыма.
— Крыма?
— Да. Что передача его в состав УССР была ошибкой. Или, скажем так, временной мерой, которая была актуальна тогда, в моменте, а сейчас стоило бы всю ситуацию откатить обратно.
— Могу я поинтересоваться, зачем? Я выполню вашу просьбу, мне не сложно, тем более что вы первый пошли навстречу, но всё же… Я тут краем уха, хе-хе, слышал об этой ленинградской инициативе насчёт Нарвы, — Маленков, кажется, от ощущения себя вновь причастным к «большой игре» как будто даже помолодел на глазах. Выпрямился, плечи раздвинул, глазами начал сверкать. Как старый боевой конь, вновь услышавший команду «к атаке». Разве что не всхрапывал и копытом не бил.
Это, кстати, интересный момент. Я давно, ещё в той жизни, читал про такой эффект, что, мол, самоощущение человека серьёзно влияет на его физическое состояние. Там даже эксперимент проводили, поместив нескольких 80-летних стариков в обстановку, соответствующую их 50-летию. И те, перестав видеть вокруг ультрасовременные гаджеты и прочие приметы времени, как будто и сами помолодели; в статье писали, что подобная симуляция отразилась даже на объективных показателях — давление стало лучше, анализы пришли в норму и так далее.
Звучит как бред на первый взгляд, однако какой-то подобный эффект я вполне реально чувствовал и на себе. Это ведь для Горби окружающая ныне нас эпоха соответствовала 55 годам; я-то — оригинальный я — как раз сейчас переживал самый расцвет молодости. Третий десяток только готовился разменять, выпускной из школы, институт — лучшие, самые весёлые и беззаботные годы.
Конечно, глядя на окружающую действительность из окна Кремля, мироощущение складывается совсем не то, что из окна корпуса института — тогда, когда ты всё же дошёл до аудитории, а не потерялся где-то по дороге, отправившись с такими же студентами «по пиву и преферансу», — однако на 55 я себя совершенно точно не чувствовал, благо есть с чем сравнивать. Да, лысина никуда не делась, очки всё равно приходилось надевать для работы с документами, но в остальном… Отдышки не было, общий тонус: в зале, опять же, веса стал брать такие, какие в прошлой жизни в лучшие годы осиливал. Врачи даже из кремлёвской больнички стали коситься подозрительно: не принимает ли генсек какие-то волшебные пилюли, подогнанные из закрытого для простых смертных НИИ. А я — нет, просто чувствовал себя хорошо; если бы не рабочая загруженность, абсолютно ненормированная, можно было бы даже сказать, что отлично.
— Есть такое предложение по Нарве, — кивнул я, удивляясь про себя, как человек, «отлучённый от партии» двадцать лет назад, умудряется держать руку на пульсе событий и быть в курсе последних новостей.
— Там тоже инициатива от местных товарищей, но, сложив два и два… Думаю, не ошибусь, предположив, что за ней тоже стоит товарищ Горбачёв. Так зачем?
Я поморщился. Ну да, интрига, прямо скажем, не гроссмейстерского уровня, да и Маленков вот прямо тут от меня же получил кусочек пазла, которого у других не будет. Но вот то, что отставной партиец сумел так быстро сопоставить эти два момента, было неприятно.
— Есть мнение, что в республиках, несмотря на все усилия, нарастают националистические тенденции. Считайте, что это одна из мер по борьбе с ними.
Маленков задумчиво прикусил губу, анализируя мой ответ. Я в это время обернулся и окинул взглядом собравшихся. Основные «церемонии», связанные непосредственно с похоронами, закончились; люди потянулись в сторону выхода. Только моя охрана и дочь самого Маленкова остались стоять на месте, ожидая, когда мы договорим.
— Вы, Михаил Сергеевич, что, всерьёз считаете, что Союз может развалиться по границам республик? Иначе смысла в сборе территорий с русским населением нет. Напротив — нужно, как Хозяин, казахам юг Сибири отдать, чтобы местные элиты своими людьми разбавлять.
И опять собеседник показал, что просто так в Политбюро раньше не брали. Удивительно даже, как в таком возрасте можно было не просто сохранить ясность ума, но и действительно неплохие аналитические способности.
— Какой развал Союза, Георгий Максимилианович, ну о чём вы. Просто мост есть идея построить в Крым с Таманского полуострова. И как тридцать лет назад тянули крымский канал, так и сейчас удобнее это делать, когда с обеих сторон одна республика. Меньше бюрократической волокиты — только и всего.
— Ну ладно… — задумчиво протянул Маленков. — Напишу статью, пришлите за ней человека. Дней через десять, думаю, справлюсь. Не те уже глаза, да и пальцы…
Не знаю, поверил ли мне отставной партиец, но после окончания разговора из него, как будто, опять воздух выпустили. Выглядело это, прямо скажем, не слишком оптимистично. Сколько ему там осталось — лет пять, вряд ли больше, даже с учётом изменения своего статуса в этом мире.
Что же касается моста в Крым, то его проект действительно активно разрабатывался, и действительно такая транспортная перемычка могла изрядно упростить перемещение грузов по югу страны. Даже удивительно, что его не построили раньше.
Конечно, пока речь о реальном строительстве не шла: банально на двенадцатую пятилетку его в план никто не вносил, поэтому в самом лучшем случае Крымский мост начнёт возводиться где-нибудь в 1991 году. Но, с другой стороны, никто же не мешает начать нам готовиться к этому делу прямо сейчас.
Главной внешнеполитической новостью этих дней стало подписание договора — «Большой сделки», как её тут же окрестили западные журналисты — о поставке советских вооружений Китаю.
Сложно сказать, что именно стало триггером, заставившим Поднебесную активизироваться по зависшей уже более чем на полгода сделке. Может быть, события в Ливии; может быть, продолжающаяся бойня в Ираке; а может быть, первые наши танки, поставленные в Пакистан, и осознание, что на ближайшие годы этот рынок для Китая захлопнулся.
  
Так или иначе, 29 октября в Пекине товарищ Мальцев — тоже уже надо потихоньку смену присматривать главе МИДа, уже семьдесят в следующем году исполняется — приехавший туда с нашими армейцами, наконец, поставил подпись под большим документом, возобновляющим прерванное ещё при Хрущёве сотрудничество.