Долог путь до Академии (СИ)

Но тролль нападать не собирался — прошёл мимо, равнодушно скользнув взглядом по то ли заказчице, то ли чьей-то ученице, и сел под окном. Ариана подумала с нервным смешком что вот теперь, когда он сел, они стали одного роста… наверное. А ещё подумала, что если нанять такого телохранителя, то все встречные разбойники сами будут разбегаться в разные стороны, а те, кто не успеет, будут предлагать всю свою наличность, лишь бы их не жрали живьём, или что там троллям полагается делать с людьми и не совсем людьми?
Свет падал неудачно — косой мутноватый поток лучей лился поверх плеча тролля, разглядеть его толком было трудно, и к тому же, можно ли было его разглядывать? Вдруг у троллей прямой взгляд в упор — это или нешуточное оскорбление, или вызов, как у орков, к примеру? Ариана со скучающим видом принялась бродить туда-сюда по холлу, словно уже не могла усидеть на месте. Взглядом она лениво скользила по витринам и гобеленам, ну и по троллю, когда он оказывался у неё перед глазами. Высоченный, ростом в сажень с весьма приличным «лишком», но в плечах не так широк, как ей сперва показалось — это куртка из грубой кожи топорщилась, да ещё наплечники из гребней какой-то твари зрительно делали их шире. Куртка, кстати, была весьма аляповато отделана бахромой и бусами, а в ухе великана переливался на солнце здоровенный, чуть не с кулак (её кулак, не его) прозрачный синий камень, в котором Ариана с некоторым недоверием опознала необработанный сапфир. Не очень качественный, неяркий и мутноватый, но сапфир несомненный (полезно всё же водить дружбу с гномами и их полукровками — в камнях вот научили немного разбираться). Ещё у тролля имелась спутанная то ли тёмно-серая, то ли чёрная грива, грубая кожа, цветом похожая на гранит, а довершал картину ятаган вроде орочьего, только тётушке Грете такой пришлось бы поднимать двумя руками.
Она, правда, больше всего любила обыкновенные короткие прямые мечи в паре с хорошим щитом, а уж щит в её руках сам сходил за оружие. Ариана, подзабыв о тролле, вспомнила, как на каком-то празднике тётушка на спор отложила меч и одним щитом с заострённым концом так успешно отбивала атаки аж троих стражников, что отец потом, ругаясь на пьяную идиотку, вынужден был приживлять выбитые зубы, залечивать сломанные рёбра и вправлять вывихи, не считая ушибов и растяжений. А Ариана, глядя на Изу, подумала: если дядя захочет выдать её замуж за кого-то полезного Драконьей Башне, но неприятного юной баронессе, та удерёт из дому и поступит в Гильдию наёмников, как её матушка. А матушка соберёт ей в дорогу пирогов и сменных рубашек, поскольку сама из Гильдии так и не ушла, даром что была официальной фавориткой барона Драконлинга. Словно не доверяла ему полностью, — подумала вдруг Ариана, — или не хотела полностью от него зависеть, чтобы в любой день собраться и уйти, вернувшись к прежнему занятию… Она вообще не очень понимала, какие отношения связывают отца с бароном, барона — с Гретой, Грету — с Виром. И сомневалась, понимают ли они это сами. Сложно там всё было. Иногда напряжённо, но только до первой мало-мальской неприятности. Когда Трис с компанией приятелей, заблудившись, умудрился забрести аж на земли графа Орландо и попался там его егерям, все сложности тут же были забыты и странноватая семейка превратилась в слаженную команду. Счастье графа, что он оказался человеком здравомыслящим и вернул нечаянных браконьеров родителям без всякого выкупа, сочтя что ему достаточно простых извинений. Вероятно, не хотел заново отстраивать свою столицу…
Трой с любопытством следил за человечкой, бродившей по холлу, словно её укусили за одно место и сидеть она не может. Он вообще любил наблюдать за людьми, они были куда интереснее муфлонов и даже горных пардусов*. В племени его вечно попрекали дурной кровью деда по матери. Это из-за крови человека, на которого бабка польстилась непонятно за какие достоинства, был, по мнению стариков, Трой непоседлив и любопытен, как котёнок пардуса. Вместо того, чтобы как положено приличному троллю, наесться после удачной охоты и подремать на солнце или у костра, он то бродил где попало, то тащил в пещеру молодого горного кота с перебитой лапой, то нагребал полные карманы разноцветных камешков, а толку от них? Детишкам поиграть только. И когда он, несколько дней понаблюдав за пастухами, кочевавшими за своим стадом по долине, объявил, что хочет посмотреть на человеков поближе, старейшина только рукой махнул: проваливай, одно беспокойство от тебя.
  
Человеки оказались мелкими, хлипкими, трусоватыми, но забавными. Некоторые пытались Троя убить с перепугу, но один особенно мелкий, вертлявый и смешливый позвал Троя с собой в какую-то «гильдю», и теперь тролль носил на шее невзрачную, маленькую и тусклую блестяшку, глядя на которую, человеки с оружием сразу переставали к нему цепляться и только разочарованно тянули: «А, наёмник… эта гильдия скоро огров начнёт на службу брать». Глупость несусветная, конечно: огры были глупее муфлонов и в бою не отличали своих от чужих. Всё равно что виверну пытаться приручить.
Человеки, впрочем, троллей тоже считали глупее муфлонов и, не стесняясь Троя, выбалтывали при нём много занятного, чего в жизни бы не сказали, начни он их расспрашивать. Ну, он их не разубеждал. Сидел себе с тупой каменной мордой, слушал и хмыкал про себя. Смешные они всё-таки. Вот эта человечка, например: он нарочно сел так, чтобы солнце мешало его рассмотреть, и она принялась бродить туда-сюда, притворяясь, что совсем на него и не смотрит. Так разве что, от скуки поглядывает, словно на эти красивые тряпочки на стенах. Правда, признал Трой после короткого раздумья, человечка оказалась на диво храброй — обычно женщины человеков, завидев его, поднимали визг, хотя он и близко к ним не подходил, а эта вела себя так, будто он просто высокий и сильный мужчина её племени или орк со Злого хребта: заговорить с ним не пыталась и в глаза не смотрела, но и не боялась. Пахло от неё странно, но приятно — грозой и почему-то драконом. Трой хотел бы поговорить с ней, но не знал, как у человеков принято знакомиться с молодыми женщинами не для того, чтобы завести ребёнка, а просто узнать, как её зовут, кто её мать, сёстры и братья, и есть ли уже у неё дети. Нет-нет, в матери для своего сына Трой бы её не выбрал даже если бы все троллины исчезли с лица земли. Он бы к ней и притронуться-то побоялся, чтобы не переломать половину её птичьих косточек одним неловким касанием. Но про женщин человеков он ещё толком ничего не успел узнать, а ему было очень любопытно, какие они.
Он уже подумывал, не плюнуть ли ему на приличия и не спросить ли попросту, как зовут эту храбрую и так завлекательно пахнущую человечку, но тут по лестнице спустился крючконосый воин, с которым она пришла, хмуро посмотрел на неё, на Троя и спросил:
 — Тебя ведь Трой зовут, так? Мне нужен напарник, чтобы отвезти вот эту сударыню в Академию Магии. Поедешь со мной, или мне искать другого?
Комментарий к Глава вторая, в которой у Марка появляется напарник
* - пардусами разные источники называют разных животных, но в одном все авторы сходятся - это крупные хищники семейства кошачьих.
А муфлоны - это просто горные козлы.
========== Глава третья, в которой герои путешествуют уже втроём ==========
В Гильдию наёмников может вступить любое совершеннолетнее разумное существо, несмотря на пол, возраст, сословие и расу. Даже умения стрелять, фехтовать или швыряться огненными шарами не требуется — Гильдия обучит, если потребуется (ну, кроме магии, конечно), лишь бы здоровья хватало. На чьих только шеях не висели дешёвые и не очень цепочки с бронзовыми ромбами, на которых меч перекрещивался с молнией, так что тролль с медальоном Гильдии у встречных вызывал опасливое недоверие, но не более того: наёмник с лицензией — это точно не дикая злобная тварь, а… наёмник, в общем. Гильдия за него ручается, значит, всерьёз бояться нечего (пьяные трактирные драки не в счёт). Впрочем, драться в трактирах Марку с напарником и нанимательницей было недосуг, да и не находилось как-то желающих подраться с горным троллем. Или народ просто не успевал напиться до такой степени, чтобы горных троллей не бояться, потому что девица после ужина сразу шла умываться и спать, а Трой увязывался за нею и ложился прямо под дверью, словно пёс. Марк в первый же день попытался втолковать каменному истукану, чтобы ни-ни, не вздумал даже, но тролль пялился на него с ничего не выражающей мордой. И когда наёмник уже решил было, что тупой дикарь ни хрена не понял из Устава Гильдии и пояснений к нему, тот выдал: «Пока идём в город шаманов, ты и я — собаки маленькой шаманки. Кто спит с собаками?» Ну, что тут скажешь? Собаки — так собаки, зато Марк убедился, что тролль не станет лапать девицу, которой способен невзначай все кости переломать.