Пламя не спрашивает разрешения (СИ)

Как? Иллюзия не может причинять физический урон. Или может?
— Второй урок, — голос Шуй Лин, более близкий теперь. — Достаточно убедительная иллюзия становится реальностью. Если ты веришь, что тебе больно — тебе больно. Если ты веришь, что умираешь — ты умираешь.
Из тумана вышли еще копии. Три, пять, десять. Все я. Все с одинаковым выражением лица — смесью страха и отчаяния.
  
— Ты слаб, — произнесли они хором. — Ты всегда был слаб. В прошлой жизни тебя использовали. В этой — тоже. Ты не герой. Ты — инструмент.
Атака со всех сторон. Огненные Стрелы, Щиты, даже попытки использовать Солнечное Копье. Я защищался, контратаковал, но с каждым ударом уверенность таяла.
Потому что часть меня согласна. Часть меня всегда сомневалась.
[Кризис определения]
Вопрос не в том, реальны ли иллюзии. Вопрос в том, реален ли ты.
Если твоя сущность определяется сомнениями, то сомнения и есть твоя сущность. Если твоя сущность определяется пламенем, то пламя — это ты.
Кто ты, Чжоу Сяо? Человек, использующий огонь? Или огонь, использующий человека?
Или нечто третье, что еще не нашло имени?
Я закрыл глаза. Отключил Взгляд сквозь Пламя. Отпустил попытки видеть внешнее.
И посмотрел внутрь.
Пламя в солнечном сплетении горело ровно, спокойно. Не паникуя, не сомневаясь. Просто горело, потому что горение — его природа. Не потому что должно, не потому что выбрало — просто потому что не может иначе.
— Третий урок, — прошептал я, открывая глаза. — Огонь не знает сомнений. Он просто горит.
Активировал Взгляд сквозь Пламя, но иначе. Не для поиска тепла. Для поиска истины.
И увидел.
Копии горели. Горели ложью, иллюзией, навязанной верой. Яркие, убедительные, но фальшивые.
А где-то в тумане, едва заметная, была точка абсолютного холода. Место, где истина пряталась за слоями обмана.
— Четвертый урок, — произнес я, направляясь к холодной точке. — Истина не горит. Она просто есть.
Копии атаковали. Я не защищался. Просто шел, сквозь удары, сквозь боль, сквозь пламя. Потому что они были иллюзией. Убедительной, опасной, но иллюзией.
А я — нет.
Туман начал рассеиваться. Реальность возвращалась слоями. Сначала появилась песчаная арена. Потом трибуны. Потом Шуй Лин, стоящая в двух метрах от меня, с выражением удивления на лице.
— Как? — прошептала она. — Никто не ломал мой туман так быстро. Обычно требуется пять, десять минут…
— Я не ломал, — ответил я. — Я просто прошел сквозь. Иллюзия держится на вере. Если не веришь — ее нет.
Она усмехнулась. Без злобы, почти с уважением.
— Хорошо. Тогда попробуем без иллюзий.
Вода материализовалась вокруг нее — чистая, кристальная жидкость, висящая в воздухе вопреки гравитации. Она формировалась в копья, в щиты, в хлысты.
Настоящая битва началась.
Я атаковал первым. Огненная Стрела, усиленная резонансом с Короной. Вода поднялась щитом, испарилась от жара, но новая вода заменила испарившуюся.
Шуй Лин контратаковала. Водяное копье, летящее со свистом. Я уклонился, но копье развернулось в воздухе, следуя за мной. Управляемая атака.
Щит Пламени блокировал удар, но расход энергии был огромным. Вода и огонь взаимно уничтожали друг друга, и в войне на истощение преимущество было у нее.
Нужно было менять тактику.
Шаг Пламени — телепортация к ее флангу. Огненная Стрела в незащищенный бок.
Ее тело растеклось, пропустив атаку, выгнувшись под невообразимым углом.
— Ты не можешь меня ударить, — произнесла она. — Вода принимает любую форму. Обтекает любое препятствие.
— Но испаряется от жара, — возразил я, вызывая пламя сильнее.
— И конденсируется обратно, — она поднялась в воздух на столбе воды. — А ты? Ты можешь восстановить сожженную плоть?
Она была права. В прямом столкновении я проигрывал.
Но прямое столкновение — не единственный вариант.
Я опустился на одно колено, касаясь ладонью песка. Пламя потекло из меня в землю, распространяясь во все стороны.
Песок начал нагреваться. Температура росла — пятьдесят, сто, двести градусов. Воздух над ареной задрожал от жара.
— Что ты делаешь? — Шуй Лин нахмурилась.
— Меняю условия игры, — я поднялся, и пламя вокруг меня вспыхнуло ярче.
Влажность воздуха падала. Вода в ее техниках начала испаряться быстрее, чем она могла их поддерживать. Ее контроль слабел.
— Умно, — признала она. — Но недостаточно.
Она бросила все оставшиеся силы в одну атаку. Волна воды, огромная, неумолимая, обрушилась на меня со всех сторон. Не испариться, не уклониться — слишком много, слишком быстро.
Я не стал пытаться. Вместо этого активировал Зверя Пламени локально, вливая огонь в ноги. Прыжок вверх, выше волны, к самому краю защитного барьера арены.
И в момент, когда гравитация потянула меня вниз, вылил все оставшееся пламя в одну технику.
Солнечное Копье.
Концентрация всего огня в точку. Не для пробития защиты — для испарения воды. Луч раскаленной энергии врезался в центр волны.
Взрыв пара. Белое облако накрыло арену, скрыв все. Но я видел сквозь пар — Взгляд сквозь Пламя все еще показывал сигнатуры.
Шуй Лин, истощенная, на одном колене. Вся ее вода испарилась.
Я приземлился рядом, ноги дрожали от перегрузки. Сформировал последнюю Огненную Стрелу и направил ей в грудь.
— Сдавайся, — произнес я. — Ты проиграла.
Она посмотрела на меня. В ее глазах мелькнуло что-то — страх? Сожаление? Решимость?
— Ты прав, — прошептала она. — Я проиграла. Но ты тоже. Только еще не знаешь.
— О чем ты?
Она наклонилась ближе, так, чтобы только я услышал.
  
— Беги из столицы. Сегодня ночью. Завтра все умрут.
Холод пронзил спину.
— Что? Кто? Как—
Она коснулась талисмана на запястье. Пространство вокруг нее искривилось, и она исчезла в вспышке света. Телепортация.