Случайная новая жизнь

– Фоня, мать твою!
– Смотри, – запнувшись, пробормотал он и указал на дверь.
По деревянному полотну снизу вверх полз лёд. Медленно и тщательно он покрывал собой каждый сантиметр поверхности. В щелях появилась изморозь, в лунном свете кажущаяся серой.
Ледяная корка сковала всю дверь и так внезапно рассыпалась в воздухе на крошечные осколки, что я пикнуть не успела.
Рассыпалась она вместе с дверным полотном, даже косяки немного зацепила.
Темная мужская фигура переступила порог. Размяла мышцы шеи до хруста в позвонках и прислонилась плечом к стене.
– Зажги свечи, – низкий, с хрипотцой голос снял с меня оцепенение.
Я осторожно поднялась на ноги. Быстро осмотрелась в надежде увидеть домового, наткнулась взглядом на свечу в медной кружке и шагнула к ней. Двигалась боком, не отворачиваясь от незнакомца.
То, что он не был домушником, я уже поняла. У тех связки ключей, отмычки, чемоданчики с инструментами и большие сумки для награбленного добра. Этот же явился с голыми руками.
Пока возилась с огнивом, трясущимися руками выбивая искру, старалась не моргать, чтобы не упустить незваного гостя из поля зрения. Когда фитиль наконец вспыхнул, и огненный язычок разогнал полумрак, я увидела того, кто ворвался в мой дом без приглашения.
– Матерь божья! – воскликнула я ошарашенно.
Мужчина, ростом под два метра и не меньше метра шириной в плечах, казался слишком большим в маленькой кухоньке. Мне внезапно стало мало места. Тесак, который я отложила всего на минутку, пока зажигала свечу, больше не понадобится – им этого гиганта не уложить.
На самом деле, мужчина был обычным, просто ему скорее подошли бы просторные замковые залы, а не избушка размером пять на пять метров.
Я осмотрела его тяжелые ботинки, плотные штаны, сюртук (или как он называется в этом мире) и подбитую мехом накидку на плечах. Края накидки были скреплены застежкой с огромным рубином, и что-то мне подсказывало, что камень вовсе не стекляшка.
Мой взгляд оторвался от одежды незнакомца и скользнул к его лицу. Еще не стар, но уже и не очень молод. Белоснежные волосы длиной до плеч немного растрепаны. Привлекательные, тонкие черты лица. Густые темные брови сдвинуты к переносице.
Глубокие синие глаза немного светились. Я решила, что свечение – всего лишь отблеск пламени, и отступила на несколько шагов. Нет, все-таки светятся. Ледяным голубым светом. Как когда полная луна отражается в замерзшей глади озера.
Он точно не домушник.
Фоня куда-то исчез. Будто растворился в воздухе! Осознание этого словно ударило меня пыльным мешком по голове, и я вскрикнула.
– Фоня, черт тебя подери, – схватила тесак, мгновенно забыв о госте. Да и демоны с ним, подождет. У меня билет домой пропал! – Сюда иди, колдун ты мерзкий!
Быстрый осмотр дома не принес результата. Окна оказались всё так же наглухо закрыты, а возле единственной двери в прихожую стоял тот блондинистый шкаф. Неужели Фоня настолько бесстрашен, что рванул мимо него, чтобы спастись от меня?
– Стоп, – резкий повелительный голос заставил меня замереть, когда я наклонилась, чтобы заглянуть под обеденный стол.
Я послушалась приказа, но только потому, что нашла колдуна. Он сидел под столом, сжавшись, и крестился на земной манер. Ученик темного колдуна, верящий в земного бога? Неожиданно.
– Простите великодушно, – выпалила я, выпрямляясь с улыбкой. – Мы не ждали гостей так поздно. Но вы могли предупредить письмом о своем визите, и я бы отворила дверь… – мой взгляд упал на крошку, оставшуюся от двери. – Ну, чтобы вам не пришлось потом ее ремонтировать.
Свечение в глазах незнакомца потухло, сменившись непониманием.
– Алайя, – голос, тяжелый и рокочущий, разнесся по пустой комнате. – Прошел ровно год, как ты ушла. Пора возвращаться.
– Куда? – не поняла я. Через секунду осознала, что я Алайя, чье прошлое для меня подернуто туманной дымкой.
Мне придется объяснять этому человеку со странной любовью к разрушениям, что я не Алайя?
Страх снова вернулся. Я нервно хихикнула и тут же сжала губы. А заодно – тесак в руке.
  
– Вы бы присели, – кивнула я на скамейку. – Сидя разговаривать как-то удобнее, не находите?
Мужчина на удивление отказываться не стал. Плавным движением перетек от стены к скамейке и опустился на нее. Та опасно заскрипела под немаленьким весом.
– Как ваше имя? – спросила я дрогнувшим от волнения голосом.
Синие глаза вновь вспыхнули. Он не понимает… Он не видит, что я – не она.
Со вздохом я села прямо на пол. Могла бы тоже уместиться на скамейке, но боялась, что нас двоих она точно не выдержит.
Я уже было открыла рот, чтобы начать рассказ о чудовищной ошибке, и что мужик, сидящий под столом, выдернул меня с Земли и приволок в тело Алайи, как вдруг резко поняла – дурная затея. Неизвестно, как здесь относятся к иномирянам, и кем приходится этот человек моему телу… Алайе, точнее.
Мы сверлили друг друга взглядами некоторое время. Я чувствовала, как все внутри сжимается, но держалась стойко.
Признаться было необходимо. Прямо сейчас.
– Я потеряла память, – выпалила на одном дыхании и на миг зажмурилась. Краем глаза заметила, как недоуменно вытаращился Фоня, и мысленно прокляла его на икоту. Проклятие не подействовало – жаль, что я не колдунья.
Незнакомец нахмурился.
– Мы договаривались, что у тебя будет ровно год на самостоятельную жизнь. Сегодня в полночь время истекло, так будь добра, прими свой проигрыш с достоинством. Что за нелепые отговорки?
Не успела я продолжить лгать, как за спиной что-то зашуршало. Перепуганный Кондратий материализовался из воздуха и метнулся ко мне. Схватил ручонками мою ногу и заорал:
– Я не отдам ее тебе, дракон!
Дракон? Я хлопнула глазами, уставившись на мужчину перед собой. Ледяной дракон! Настоящий! То-то он так ловко заморозил чужое имущество!
Кое-как заставила себя успокоиться, чтобы не броситься к мужчине с просьбой дать мне автограф. Когда вернусь домой, подруги обзавидуются.
– Не Алайя она, – уже жалобнее произнес Кондратий. – Нет больше Алайи! Сгинула!
Цепкие коготки впивались в мою ногу. Домовой в этот момент выглядел таким испуганным, что я слегка растерялась. Он и правда боится, что я уйду. На долю секунды представила, какую боль испытает дух, когда останется совсем один, и у самой сжалось сердце.
– Спокойно, Кондратий, – шепнула я, отодвигая домовёнка за спину, и обратилась к дракону: – Зовут вас как?
– Рогнэйд Хедд Берд, – глухо отозвался мужчина.
– Угу, – кивнула я, раздумывая, каким из этих трех имен мне его называть. Отчетливо запомнила только первое. – Рогнэйд, мне правда жаль сообщать вам такую новость в лоб. Очевидно, Алайя была дорога вам, раз вы не поленились преодолеть суровый путь среди ночи. Но вон тот идиот, – не глядя, я ткнула пальцем под стол, и колдун сдавленно пискнул, – отправил душу вашей Алайи в мой мир. А мою душу – сюда. Вы не подумайте, он это сделал исключительно по своей инициативе. Мне тело Алайи совсем не нравится. То есть, я хотела сказать, что нравится, но я бы предпочла свое.
На скулах Рогнэйда заиграли желваки. Я напряглась, и Кондратий прилип к моей спине еще крепче. От кончиков пальцев дракона по скамейке поползла изморозь, и только я хотела попросить его не продолжать вандализм, как изморозь исчезла. Но в комнате стало ощутимо холоднее – из моего рта вырвалось облачко пара.
– А вы молодец, – прохрипела я нервно, – стойко реагируете на плохие новости. Ну, раз мы всё выяснили, то вам пора. Я бы предложила чаю, да нет его. Воды на дорожку?
Рогнэйд резко подался вперед и одним движением выдернул Фоню из-под стола. Мы с Кондратием бросились в угол – оттуда наблюдать как-то безопаснее.
– Когда ты это сделал и зачем? – тихий рокочущий голос Рогнэйда вновь наполнил комнату.
Фоня судорожно всхлипнул. Тощий колдун болтался в воздухе, его руки и ноги безвольно повисли. Дракон удерживал мужичонку так же легко, как если бы тот был пакетом молока.