Как достать архимага 2 (СИ)

* * *
— А кто это у нас тут такой пушистый и красивый?
Голос Григория выдернул меня из задумчивости. Мы с Ли сидели на балконе, перед ним стояла здоровенная миска со свежайшей рыбой, а у меня в руках графин квасом. Я пил прямо из горла, бездумно смотря на город.
Мыслей не было. Я уже понял, что случилось с городом, но не знал, с какой стороны подступиться к проблеме. Она настолько шокировала меня, разом затмив собой даже тот факт, что этот черный ком шерсти умел разговаривать.
  
Мы с хранителем проговорили очень долго, она сказала мне многое, не взяв ни единого дня за дополнительные вопросы. К слову, я до сих пор не мог понять, почему кот и хранитель так странно себя вели. Причем ни один, ни второй, так и не ответили на этот вопрос. Точнее, они оба его проигнорировали.
Услышав голос моего помощника, кот лениво оторвался от еды, посмотрел на Антипкина и, бьюсь об заклад, он фыркнул!
— Григорий, я прошу тебя быть вежливым с нашим гостем, — на полном серьезе ответил я. — Это очень важный… кот.
Я пока не знал, говорить ли ему про то, что Ли умеет говорить. Я пока не обсуждал это с ним, да и вообще, с момента последней своей фразы у хранителя, он не произнес ни слова. Оставлю это его решение.
— Прошу меня простить, — Григорий тут же исполнил мой приказ. — Рад вам назвать свое имя Григорий Михайлович Антипкин. Я возница Алексея Николаевича и с недавних пор его помощник.
Кот внимательно выслушал, посмотрел на меня и… кивнул.
— Его зовут Ли, — сказал я и посмотрел на пушистого, — и я надеюсь, он немного поживет с нами.
Он не ответил, а занялся рыбой. К слову, он ел уже не первый кусок и не собирался останавливаться. Даже не представляю, сколько в него влезает! Но это хотя бы могло объяснить его вес.
— Очень рад знакомству, — проговорил Григорий, смотря на то, как исчезает еда в тарелке. — Могу предложить и вам свои услуги. Помыть, подрезать когти, вычесать.
Когда он упомянул стрижку когтей, Ли мгновенно бросил рыбу, выгнулся и, вздыбив шерсть, зашипел. Разве что лапой не махнул.
— Понял, принял, осознал, — примирительно поднял руки Григорий. — Но если вдруг нужно что-то, вы только… скажите? Мяукнете? Простите, господин архимаг, — он растерянно посмотрел на меня, — как правильно?
— Ли, как правильно? Скажешь или мяукнешь? — я с любопытством посмотрел на кота и снял очередную шерстинку с камзола.
— Мяу, — важно ответил тот.
— Вот и поговорили, — улыбнулся я.
— Алексей Николаевич, вы просили собрать группу Семушкина. Прикажете уже подать карету?
— Да, самое время, — я посмотрел на кота, — Ли, едешь с нами?
Кот перестал уничтожать рыбу, в одно мгновение забрался мне на плечо и устроился с таким видом, что это я его возница. Наверное, придется заказать себе кожаную накладку, а то Ли все костюмы разорвет.
Антипкин только усмехнулся.
Мы втроем сели в карету. За тонкими стенками нашего транспорта уже начинался вечер. До начала ритуала оставалось всего несколько часов, а у меня все еще не было плана.
— Алексей Николаевич, — тихо спросил Григорий, косясь на кота. — Вы хотите его оставить?
— Это он сам решит, — я хотел пожать плечами, но не стал, Ли только задремал.
— Он немного меня пугает.
— Меня тоже, мой друг, меня тоже.
Больше мы этот разговор не поднимали. Гнетущая атмосфера давила, город будто застыл в ожидании беды, и это чувствовалось. В отсутствие людей, закрытых ставнях, тревожном лае собак. Даже фонари и те горели не все.
Когда карета остановилась возле храма, и я увидел, что группа Семушкина уже была в полном составе. Даже Аполлон Генрихович сидел на своем стуле и тряс кулаком. С дороги были слышны его проклятия.
— Демоны! Все в труху! Сломать! Сжечь! Ироды!
Антипкин удивленно на него посмотрел, и я ему коротко поведал об историке.
Наше появление на ступенях собора вместе с котом вызвало любопытные взгляды. Но никто никак не прокомментировал, кроме разве что, Аполлона Генриховича.
— Святые небеса! Тень сойдет на наш город! Прокляты будут наши души!
Впервые на моей памяти он сказал целых две осмысленные фразы. Знать бы только, к чему они относятся.
Семушкин подошел ко мне первым.
— Зачем вы нас тут собрали? Вы нашли способ, как провести ритуал? Или восстановить кристалл? Скажите, хоть что-нибудь!
Он чуть волосы на себе не рвал. Остальные выглядели не лучше: помятые, всклокоченные, с черными кругами под глазами.
— Нет, я не нашел способа, как восстановить артефакт, и не нашел украденный.
— Тогда, что случилось? — истерично выкрикнул Семушкин.
— Подождем Августа Никифоровича, — я поднял ладонь, призывая к спокойствию.
— Я уже здесь, — за спинами раздался уже знакомый баритон. — Если у вас ничего нет, то зачем все это?
Он широким жестом обвел собравшихся. На мгновение его взгляд остановился на коте у меня на плече, но служитель неба поспешно отвел взгляд.
А Ли лишь устроился поудобнее, никак это не прокомментировав.
— Я узнал в архиве, для чего на самом деле проводился ритуал. Никто из вас не догадался спросить даже! — сказал я.
— Она запросила двадцать пять лет жизни! — испуганно ответил Тимофей Робертович. — Цена запредельная! Никто из нас не был готов…
Он оборвал свою речь, но продолжение просилось одно: никто из них не был готов на такие жертвы ради других.
Интересно, почему хранитель запросила с меня меньше? Может, потому, что я задал правильный вопрос?
— Так или иначе, Август Никифорович, у меня вопрос к вам. Вы знали, для чего каждый год проводится ритуал?
— Для обновления благословения города, — уверенно ответил он. — Я занимаюсь этим всю жизнь, и ни разу у меня не возникло мысли, что это может быть чем-то другим.
— А вот ваш Семен знал, — громко сказал я, поймав взглядом тощую фигуру, которая пряталась за колонной. — Выходите!
— Что ты сделал, собака сутулая⁈ — рыкнул Август Никифорович, сжимая кулаки. — Ты был в курсе⁈ А не ты ли, гад такой, все испортил⁈
Я даже глазом не успел моргнуть, как он подскочил к Семену и замахнулся.
— Отставить! — рявкнул я, подхватив его руку воздушной петлей. — Он нам нужен живым! Времени мало! Нам сейчас пригодится любая помощь.
— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит⁈ — заверещал Тимофей Робертович.
Все посмотрели на меня. Август Никифорович тоже, только скрутил Семена и поставил его на колени.
— Ритуал действительно помогал городу и даровал ему спокойствие, — начал я. — Тут вы правы. Но дарил не благословение.
— А что тогда⁈ — Семушкин все же вырвал клок волос.
— Ритуал усыплял древнюю сущность, которая спит под собором.
Воцарилась тишина. Все переводили взгляд с меня на главный вход и не знали, что сказать.
Первым отошел от шока Август Никифорович. Он встряхнул Семена и поставил его на ноги.
— Говори, когда ты все узнал?
— Я ничего не скажу! — клацнул зубами Семен. — Этот город погряз в грехах! Никто не хочет знать правду! Восстанет дух! Ох…
Кулак служителя неба нашел свою цель.
— Тень накроет город! Спасайтесь! Только умерев, вы возродитесь! В труху! Все в труху! — крикнул Аполлон Генрихович.
Никто не обратил на него внимание, а вот Ли крепче сжал когти на моем плече. Я посмотрел на него и спросил:
— А ты что скажешь?
— Мяу.
Говорить кот со мной не собирался, но мне показалось, что он согласен со стариком.
— Господин архимаг, какая, говорите, сущность? — Григорий хотел спросить тихо, но его услышали все.
— Когда-то очень давно, на этом месте, которое все сейчас считают благословенным краем, вышел из-под контроля эксперимент одного безумного мага. Он думал, что может создать идеальный мир, в котором никто и никогда не будет нуждаться, где будет много магии и будут рождаться дети, обладающие небывалыми способностями. Но у него не получилось. Вместо этого он потерял контроль над заклинанием и стал полудикой сущностью.