Я заставлю тебя себя полюбить (СИ)

Костяшки пальцев, держащие бокал с шампанским, слегка побелели от напряжения. Но больше ничто не выдавало в брюнете неспокойного состояния. Он даже пытался вести нормальный диалог и, судя по собеседнику, в реакции которого не возникало ничего странного, ему это удавалось. В мыслях Билл тысячу раз поблагодарил себя за то, что в выборе одежды он остановился на длинной рубашке, которая сейчас скрывала его нарастающее возбуждение. Тем более что две недели без Тома давали о себе знать в полном объеме.
Наконец диалог закончился, и собеседник Билла, извинившись, оставил компанию. Брюнет возрадовался такой возможности улизнуть от безобразий Тома. Он мгновенно сослался на важность и срочность своего исчезновения в другой конец зала. Перед этим он поймал на себе взгляд с легким прищуром, и затея с побегом показалась ему на долю секунды безуспешной.
Вечер неспешно продолжался. Гости, уже в изрядно веселом расположении духа, общались и развлекались по полной программе. Биллу пришлось быть в постоянных бегах, так как Том просто не давал проходу. Он почти всегда оказывался рядом с брюнетом, заставляя того ожидать всего, что угодно. И потому считал бегство единственно правильным решением.
Алиса выцепила Билла из самого эпицентра диалога с двумя клиентами и потащила к небольшой группе людей, которым, по ее мнению, ему стоило уделить внимание. Компания расположилась за небольшим кофейным столиком в углу, где стояли массивные кресла. И так как Алиса предпочла занять единственное свободное сиденье, то Биллу ничего не оставалось делать, кроме как принять положение стоя возле него. Позади находились мини-бар с выпивкой и стена. Разговор начался на отстраненные темы, медленно перетекая непосредственно к бизнесу.
Брюнет был настолько увлечен, что даже не заметил, как к нему тихо подкрался зверь на мягких лапках, саркастично шепнув возле уха:
— Какая познавательная беседа.
— Том, — очень тихо предостерег его Билл. — Если ты сейчас опять что-нибудь выкинешь, я тебе кишки через анальное отверстие выпущу, а потом опять запихну.
— Ммм… сексуально звучит, — промурлыкал Том и проскользнул рукой под рубашку Билла, пользуясь тем, что массивная спинка кресла надежно защищает от посторонних глаз. Теплая, мягкая кожа сводила с ума.
— Сука, — тихо простонал брюнет, теряя суть разговора и плавясь от таких прикосновений.
— Комплимент?
— Приговор. Я тебя казню.
— Из твоих рук приму любую участь, — наигранно произнес Том и слегка сжал кожу, тут же отпуская и снова лаская теплыми пальцами. Лица их не выдавали волнения, но сердца уже бились через раз.
— Когда я за тебя возьмусь, ты так думать уже не будешь.
— Думаешь, потеряюсь в сетях блаженства и наслаждения? — рука похабно сползла на пятую точку и нахально сдавливала упругую половинку.
— А вы что думаете по поводу такого предложения? — неожиданно обратился один из сидящих в кресле джентльменов к Тому. Тот не особо растерялся, даже не зная, о чем он говорит, и все так же продолжал исследовать объект под названием «мягкое место».
— Думаю, его стоит рассмотреть в более подобающей обстановке. Назначим встречу?
— Почему бы и нет. Вас устроит, если мы назначим на понедельник?
— Вполне, — улыбнулся Том и прошелся по промежности Билла, который издал еле слышный стон. Но очень уловимый для стоящего рядом. Больше не в силах присутствовать при таком раскладе, брюнет быстро извинился и с пылающими щеками выбежал из зала.
Он прошел через небольшой коридор и оказался на кухне, прикрывая за собой дверь. Брюнет оперся на нее спиной, откидывая назад голову и переводя сбивчивое дыхание. Минута передышки, и он отправился к холодильнику, попутно сжимая пах и слегка морщась:
— Вот сука!
Брюнет взял в руки лед, а затем приложил ладони к пылающим щекам. Дверь открылась и снова закрылась. Биллу даже не надо было оборачиваться. Он и так знал, КТО это.
— Одежда стала маленькой? — ехидно спросил голос.
— Том, блять! Не очень удачное ты место нашел для игр.
— Игры? У меня две недели не было секса. А тут ты такой теплый, родной бегаешь по всему залу. Меня это заводит.
  
— У меня его столько же не было. Ты маньяк недоделанный!
Том подошел сзади и обнял брюнета, утыкаясь носом в район шеи:
— Сжалься надо мной… хочу тебя…
— Твоей крыше срочно требуется ремонт и качественная психиатрия.
— Ты мой психиатр.
— Тогда прописываю тебе постельный режим и успокоительные.
— На постельный режим согласен, — он улыбнулся и мягко поцеловал в шею, слегка засасывая кожу, зализывая ее языком.
— Постельный режим в одиночной камере, — Билл тоже растянул губы в улыбке и потерся щекой о висок Тома.
— Это уже перебор в наказании! — возмутился парень.
— Это возмездие за то, как ты там со мной обошелся.
— Как пошло, это всего лишь банальная месть? — театрально изумился Том. — Кстати и о ней… мне есть, что тебе припомнить.
— Ты все еще парковку не можешь забыть?
— Не могу и не хочу, — губы прочертили мокрую дорожку на шее, язык обжигающе коснулся теплой кожи.
— Том, ты чего, сука, добиваешься? — полувыдохом спросил Билл и прикрыл глаза, когда рука Тома слегка сжала его пах.
— А сам-то ты как думаешь?
— Не сейчас, — Билл резко отстранился и направился к двери. Но уже около нее был перехвачен сильными руками и плотно прижат к стенке.
— Не уверен. Думаю, самое время, — сказал Том и, лукаво улыбнувшись, приблизился к губам брюнета.
— Ты ебанулся что ли? Том, отпусти!
— Я тебе говорил, что ты, когда злишься, становишься еще сексуальней?
— Блять, Том… это уже не смешно, — Билл обеими руками уперся в грудь своего парня.
— А я тебе не анекдот рассказываю, — Том еще сильней обхватил его за талию, пытаясь унять сопротивляющееся тело.
— Блять, у тебя точно крыша съехала, — полушепотом констатировал Билл.
— У меня от тебя всегда она съезжает. Пора бы привыкнуть!
Диалог проходил в шипящих и свистящих тонах, оба старались производить как можно меньше шума. Расстояние от кухни до зала было коротким, и появление невольных свидетелей в расчет брать вполне стоило.
В глазах у Тома плясали огоньки азарта и дикого возбуждения. Его сейчас мало интересовало, что происходит в соседней комнате, и кто мог их хватиться. У Билла же наоборот плескалось беспокойство и, глядя на своего парня, он понимал, что простым зажиманием Том не успокоится.
— Твою мать! Том, отъебись от меня. Ты хоть соображаешь, что сюда в любую минуту могут войти? — Билл перешел на злой шепот.
— Боишься, что могут присоединиться?
— Бляяя, — простонал брюнет и попытался вырваться из объятий сумасшедшего. Но Том, предвидя подобный шаг, прижал его всем своим корпусом. Одна нога Билла была зафиксирована у Тома между ног, другая безвольно пыталась оттолкнуться от стены или хотя бы нанести хоть какие-то легкие увечья деспоту. Но все попытки оказались безуспешными… да и все еще не спадающее возбуждение не позволяло слишком яро вырываться.
— Ну, признайся, что сам хочешь не меньше? — тихо спросил Том, глядя притихшему брюнету в глаза.
— Хочу… но не здесь и не сейчас.
— Нам еще тут торчать часа три, не меньше. Билл, я не выдержу твоего такого близкого присутствия.
— Том, тут достаточно комнат, чтобы осветить их своими голыми задницами.
— Проход в комнаты идет через главную площадь, на которой сейчас полно народу. Как ты себе это представляешь с такими стояками? — и в подтверждение этому он потерся своим пахом о возбуждение Билла.
— Сука, — выдохнул брюнет и снова прикрыл глаза.
— Это «да»? — спросил Том, смотря на него уже поведенным взглядом, все так же сжимая в объятиях.
— Нет.
— Билл… плохой ответ… — и губы впились в шею мокрым, сладким поцелуем. Брюнет шумно выдохнул, сжимая в руках рубашку Тома и все так же стараясь держать его на расстоянии. Но это получалось не настолько хорошо, как хотелось бы. Голова уже начала кружиться от такого напора и таких желанных прикосновений. Дыхание сбивалось.