Древние боги нового мира. Книга 3 (СИ)
— Как не знать! Знаем!
— Да ну? — изумился я и присмотрелся к ягоде, внешне похожей на шелковицу с родной Земли.
— Истину говорю, внучок.
— Истину? — рассеяно протянул я — А эта ягода как по-местному зовется?
— Дык, чёрник. — ответила сбитая с толку бабка — Неужто не знаешь? Попробуй. Сладкая — сама во рту тает.
— Я-то знаю. — усмехнулся я, закидывая крупную ягоду в рот, хотя нихрена не знал — Нигерус бакус. Дело в том, что мы — студенты из университета. Археологи. Будущие. — уточнил я — Вот нас и послали провести доразведку. На следующий год тут экспедиция большая планируются по раскопкам этого самого Схождения. Народу будет — жуть. Это ж представьте, сколько профессоров будет? А на каждого профессора сколько студентов придется? А простых работяг с лопатами? А водителей? Кроме того, там еще и лингвисты, ну те чудаки, что словами интересуются, почему про ягоду и спросил, приедут. А где всю эту ораву размещать?
— Он оно что… — пробормотала бабка — Знаешь, сынок…
— Стас! Электричка через пятнадцать минут! — помахала мне рукой Лотта и показала пальцем — На другую платформу! Догоняй!
— Сейчас! — гаркнул в ответ — Такс… По чем у вас ягодка, уважаемая.
— Ай да так бери! — махнула рукой бабушка.
— Нас много. — предупредил я
— Да все равно. Вот, все ведерко и бери. Кушайте витаминчики, детки. Только ты там у себя скажи, что у Матрены Никифоровой из села Верхние Луки завсегда на постой стать можно.
— Спасибо, большое, только сколько это ведерко будет стоить?
— Да так бери!
— Бабушка, деньги не мои, мне выдали на экспедицию, так что назовите честную цену, с ведром вместе, все возьму, чтобы я мог отчитаться. И ведро показать.
— Нуууу… Тысяч пять?
— Держите. — я отсчитал незнакомые купюры — Тогда я побегу, а то на электричку опоздаю.
— Лети, соколик. — проводила меня в спину счастливая бабушка. Нагрела, наверняка. Ну да пофиг.
— Это что такое? — немедленно сунула нос в ведро Аня, как только я появился на платформе.
— Ягода местная. Называется «чёрник». — просветил ее — Вроде, вкусная. Налетай.
— Хммм… А ничо так. — оценила Аня — И нейросеть негативных отзывов не дает. Дай-ка, пару образцов для лаборатории возьму. — полезла копаться в свой рюкзак.
— Номаду сообщи, чтобы растение нашел в этой местности, на которых подобные плоды вызревают. Он тебе сразу куст, или дерево, на чем они там растут, в качестве образца притащит.
— Как я ему сообщу, если ты связь заблокировал?
— А нехрен по мелочам общаться по нейросети! Скоро голосовые связки совсем атрофируются. Со стороны не думали, как это выглядит? — разозлился я — Разведчики, блин, диверсанты… Так люди, не знающие нейросетей, себя не ведут. Зомби, а не люди.
— Ладно, поняли. — признал Лео — Были не совсем правы. Но связь, все же, вруби. Вдруг что, а мы без преимущества.
— Давайте без «вдруг что». — проворчал я, отменяя запрет на связь.
Подошедшая электричка здорово напоминала те советские, у которых еще габаритки по бокам фар вынесены в этаких обтекателях. И тоже зеленого цвета. Ну тут, как я понимаю, все поезда имели двойное назначение, как и у нас, так что камуфлирующий цвет среди лесных массивов себя оправдывал. По комфорту до наших современных тоже не дотягивала процентов на триста. Жесткие деревянные лавки никак не способствовали комфортной езде для обычных граждан. Впрочем, уровень развития техники по планете тут был одинаковый, плюс-минус. Так что жители условного США испытывали точно такой же комфорт при путешествии на поездах пригородного направления, как и мы. Собственно, как и наши родители на Земле годах в восьмидесятых. Лично нам комфорта добавили «Тени», которые вырастили под нежными частями тела вставки из гелеобразного материала и путешествие пошло намного веселее. Время перевалило за полдень и народу в вагонах электрички, направляющейся в сторону столицы, было мало, так что свободное «купе» нашли без проблем. Пятилитровое ведерко чёрника на четверых разлетелось минут за десять. Ягоды на самом деле оказались очень вкусными. И пачкающимися, аки шелковица. Если бы не «Тени», ходить бы нам пару дней с синими руками и ртами. А так только фиолетовыми языками отделались.
Глядя на проплывающий за окном вагона электрички пейзаж никак не мог избавится от чувства «дежавю». Это же Земля. Та самая Земля, которую я помнил по юности. Украдкой глянул на своих спутников, тоже молча смотревших в окно, и чуть приоткрылся в пси-диапазоне. Ух, какой ворот эмоций их захлестывал. От восторга до тоски и боли. Похоже, они испытывали те же чувства, что и я.
До конечной добрались без всяких проблем. Мимо линейщиков, сотрудников полиции линейного отдела, пасущих свою добычу на выходе из платформы, прошли с уверенными и целеустремленными рожами людей, которые бывают на этом вокзале каждый день и точно знают, куда им надо попасть. Так что интереса не вызвали. Пройдя сквозь железнодорожный вокзал и сразу же окунулись в гул привокзальной площади. Броуновское движение толп народа. Наглые бомбилы-таксисты чуть ли не за руки хватают потенциальных клиентов, мигом вычисляя их из толпы опытным взглядом. Длинные ряды лотков со всякой всячиной, начиная от газет и журналов сомнительного содержимого и заканчивая багажником какой-то ржавой колымаги с табличкой, сообщающей, что тут скупают золото и уже обменивают валюту. Сто процентов стукачи местным операм. И запах, непередаваемая смесь запахов привокзальной площади. В которой было все. И запах выхлопного дыма многочисленных автомобилей, и вкусных запах жаренных пирожков, и ядреная вонь мочи.
Отошли в сторонку от этого дурдома. Местный интернет тут был еще в зачаточном состоянии и распространялся на физических носителях из рук в руки, так что наш выбор — печатные издания. Лоточник посоветовал газету с объявлениями и, глядя на нас, и узнав наши потребности, тут же порекомендовал какой-то клоповник, сделанный из бывшей общаги. Вежливо поблагодарили и отошли в сторону.
Сами нашли более-менее приличную гостиницу, не в самом центре города, но и не на окраине, загрузились в такси и поехали на точку. И опять любопытные глаза во все окна. И опять вихрь эмоций от моих членов экипажа. Потому что это она! Наша потерянная Земля. Ну да, архитектура чуть другая. Одежда. Дизайн автомобилей чуть архаичен еще, хотя используют тот же самый двигатель внутреннего сгорания. Нет той развитой сети цифровых коммуникаций. Флора и фауна немного отличается. Но в остальном-то — это наша Земля!
— Номад. — мысленно позвал я.
— Слушаю, капитан. — немедленно отозвался Номад.
— По поводу тех двух, что мы взяли с планеты и использовали для получения языка и знаний об окружающем мире.
— Да, Стас.
— Ты проводил им тест ДНК?
— Я понимаю, о чем ты хочешь узнать. Я провел им тест на совместимость с оборудованием Джоре. К землянам местное население не имеет никакого отношения. Вид один, последовательность в цепочке ДНК абсолютно другая.
— Как так может быть, что я сейчас смотрю за окно автомобиля и вижу свою родную планету?!
— Так бывает, Стас. — мягко ответил Номад — Здесь еще и континенты одинаковые. И все астрофизические параметры системы. Плутона только нет. Улетел. Так бывает. В своих странствиях я не один раз встречал системы-близнецы и планеты-близнецы. Вплоть до одинаковых названий на местных языках рек, гор и крупных поселений. Со схожей культурой и уровнем развития. Бывший капитан тоже интересовался этим вопросом.
— Воистину, космос непостижим. — я прикрыл глаза.
Гостиница, на удивление, оказалась действительно приличной и уютной. Небольшой трехэтажный барак, полностью перестроенный владельцами. Номера небольшие, президента тут вряд ли будут принимать, но и не сказать, что маленькие. В каждом номере была своя душевая кабинка, туалет, телевизор и маленький холодильник, заполненный прохладительными напитками и соком. Про мыльно-рыльные и полотенца не говорю. Алкоголь отдельно через кафе на первом этаже. Там же можно и поесть. Или заказать еду в номер. Навязчивые проститутки, которые начинают ломится в дверь с вопросом «не желает ли молодой человек интересно провести вечер», что бывало в гостиницах на Земле, вроде, отсутствовали. Аня с Лео взяли номер на двоих, мы с Лоттой по отдельному. Почему-то расчет по банковской карточке поднял статус в глазах обслуживающего персонала.