Лисья невеста

– О брате подумай, тварь! – едва слышно выдохнула любящая родительница мне в шею.
Прерывисто вздохнув, я взяла себя в руки.
Какой бы стервой госпожа Яо ни была, а сын ее ни в чем не виноват. У парня действительно единственный шанс выбраться из клоаки бедности – учеба в школе Золотого Лиса.
И у меня тоже.
Чем быстрее Гун продвинется в самосовершенствовании на высшую ступень, тем быстрее я освобожусь.
Тут парнишке повезло.
Лучший фитнес-тренер округа к его услугам!
Из того, что хранило сознание Ронни, я ясно видела, что не последнюю роль в развитии играют физические упражнения. В здоровом теле здоровый дух и наоборот, замкнутый круг. Или, если учитывать переходы по уровням, скорее своеобразная спираль.
А уж в чем я разбираюсь, так это в том, как привести в порядок мышцы. С подростками, правда, не работала, но в конце концов я с детства в спорте. Вспомню, как оно было лет сорок назад…
– Простите, госпожа Гао. Я растерялась. Впервые в такой большой и красивой кухне! – пропела самым умильным голосом. – Да, я Ронни Яо. Буду счастлива помогать вам!
Тетка фыркнула, но я заметила, что ее пухлые щеки порозовели от удовольствия. Мелкая лесть не прошла мимо.
Старшая служанка – значит, на этой кухне выше нее власти нет. А то и во всем доме господина Хайна. Стоит втереться к ней в доверие, а если выйдет, то и в помощницы действительно пролезть.
Статус в этом мире самое главное. Нет статуса – нет почестей.
Хотя почести мне без надобности. А вот дополнительную еду и свободу передвижения по школе неплохо бы приобрести!
Иллюзий я не питала. Новеньких всегда ставят на самую черную работу.
Но на то я и мастер спорта, чтобы не бояться временных трудностей!
– Похвальное рвение! – поджав губы, госпожа Гао напустила на себя строгий вид и скомандовала: – Иди промой рис! Да смотри, чтоб ни одной рисинки не потерялось.
Я проследила взглядом за указующим перстом до деревянной лохани и внушительного мешка.
Ну, приехали.
Спасибо хоть золотое руно из этого спрясть не потребовали!
– Хорошо, госпожа Гао, – вместо рвущихся наружу нецензурных междометий и глаголов выдала я.
Но не побежала исполнять указание в ту же секунду, а сначала внимательно изучила кухню. Матушка тем временем испарилась, из чего я сделала вывод, что на этом все. Проводы закончились. Дочку сдали, можно и за сыном понаблюдать на построении.
Прощания, объятия и слезы – это не про нас. Трогательно – не могу.
Интересно, тут так положено, бросать ребенка и уходить не оглядываясь, или только мне повезло? Ни мешка с запасной одеждой, ни каких-либо личных вещей мне не оставили. Похоже, дальше пойду в чем есть. Может, конечно, утонуло, пока я барахталась в реке, но что-то мне подсказывает – изначально ничего не полагалось.
Но о запасном белье и прочем позабочусь потом. Вон, все девушки в одинаковой одежде. Мне, наверное, тоже что-то такое причитается.
Странно, кстати, что сразу не выдали, перед тем как к работе допускать.
Тоже проверка?
– Простите, а…
Мой вопрос повис в воздухе. Госпожа Гао вернулась к тесту, всей спиной демонстрируя, что ее лучше не тревожить.
Ну что ж. Будем справляться своими силами.
Для начала я нашла стопку аккуратно сложенных тряпок. Не знаю уж, для вытирания стола или посуды, главное чистые. Одну сразу повязала на голову, чтобы не насыпать волос в еду. Вторую выбирала долго. Нужна была достаточно ветхая, чтобы истончилась, но еще не начала рваться. Нашла.
Мыть рис в лохани я, разумеется, не собиралась.
Не обращая внимания на вялые возражения одной из работниц, вытащила с полки крупный горшок. Не слишком большой, чтобы я могла его поднять тощими ручонками, но и не маленький, а то мешок никогда не закончится.
Можно было бы и котел прихватить, но я побоялась, что надорвусь с непривычки: бронза, она куда тяжелее глины.
Насыпав рис почти по горлышко, я поволокла горшок во двор. Там еще раньше приметила колодец. Ведро на краю меня явно дожидалось.
А вот посторонний мужик, жадно из него пивший, тут точно был лишним.
 
– Эй, тут не постоялый двор! – заявила я, крепче прижимая к себе горшок. В случае чего за оружие сойдет. – Ждите построения учеников вместе со всеми, ишь, разгулялись!
Незнакомец поднял на меня хищные золотисто-карие глаза и смерил презрительным взглядом с головы до ног, выразительно задержавшись на босых ступнях.
Мол, что это за дешевая низкородная блоха тут выступает?
 
Глава 3
 
Сама не знаю, что на меня нашло. Обычно я сдержанная и скромная, особенно в первый день на рабочем месте вообще надо быть ниже травы. Но вот понесло по кочкам!
– Вон как поразлил, чужого не жалко? – ворчливо заявила я, ставя горшок у колодца.
Пил незваный гость действительно неаккуратно, часть жидкости попала на поношенную одежду, но куда больше впиталось в землю у колодца.
О ценности пресной воды я знала из мелькающих невпопад воспоминаний Ронни. Источники так высоко в горах – редкость. И напор обычно так себе. Это магам хорошо – они вызвали тучку, где им надо, или вовсе призвали из воздуха полную пиалу. Сконденсировали, как назвала бы это я по-научному. А обычным людям приходится экономить. Не знаю, как у них тут в школе устроено, осмотреться не успела, а моему нынешнему телу частенько приходилось на себе таскать полные ведра от колодца к дому в поселке, чтобы просто обед приготовить. А в засушливые годы – так и напиться всей семье, понемножку, по чашке – на весь день. И сидеть жевать потом волокнистые стебли бамбука, чтобы перебить жажду.
И пролитая беспечно на землю драгоценная влага заставила не меня – Ронни – вскинуться в возмущении.
– Ежели вас жажда замучила, так в кухню пожалуйте. Не обидим поди! – продолжала я тем временем почти помимо воли. Откуда только деревенский говор взялся! – И уважьте уж, после этого вернитесь на площадь, здесь подсобные помещения. Слуги могут растеряться и испугаться посторонних.
Ну, это я загнула. Если б кто и испугался при встрече с госпожой Гао, так точно не она сама.
Незваный гость тоже скептически приподнял выразительную темную бровь.
Наверное, все-таки не совсем посторонний и с грозной поварихой знаком.
Но от колодца отошел. Недалеко. Пронаблюдал, как я выливаю недопитые остатки из ведра в горшок, шебуршу руками в рисе, а после накрываю тряпочкой, чтобы слить белесый налет.
– Занятно ты его моешь. Новенькая? – поинтересовался мужчина.
– Да, – лаконично отозвалась я, намекая, что разговор пора сворачивать и каждому из нас заняться делами.
Своими. Желательно подальше друг от друга.
Но незнакомец намеку не внял. Стоял и смотрел, как я промываю раз за разом мелкие зерна, пыхтя закидываю ведро в колодец, выкручиваю ворот, чтобы вытащить тяжеленную бадью – между прочим, глубоко вода, пока вытащишь, семь потов сойдет!
Наконец чистоту риса я признала удовлетворительной и, подхватив потяжелевший горшок, потащила в сторону кухни.
Остановилась. Обернулась.
– Ну так зайдете? – нетерпеливо переспросила чужака, мельком глянув на оставшееся на краю колодца почти полное ведро. Опять ведь разольет, а мне набирать! Там еще полмешка не помыто.
– Думаешь, меня там ждут? – голос мужчины был полон здорового скептицизма.
Я и сама сомневалась в гостеприимстве госпожи Гао, но не погонит же она гостя тряпками? Все-таки родственник ученика.
Что-что, а церемонии здесь уважали. И неотъемлемой частью их была взаимная вежливость. Пусть даже стоит тебе отвернуться – скорпиона за шиворот сунут, но в лицо будут мило улыбаться и сыпать комплиментами.
– Не ждут, но и не обидят, – пожала я плечами. – Вы ведь не просто так пришли, ребенка с даром привели. Путь немалый проделали, опять же. Недостойно вас выгонять без угощения.
Мужчина задумчиво потер подбородок. Солнце блеснуло в темных прядях, окрашивая их медью.