Под запретом (СИ)

Замираю, наблюдая за Артемом, а затем бью его кулаком по плечу, пытаясь отодвинуть от себя эту надменную фигуру. Но эта чертова гора мышц не сдвигается с места! Он остается непоколебимым, словно каменный столб, и я понимаю, что моя попытка была напрасной. Наши лица находятся слишком близко друг к другу, и я чувствую его дыхание на своей коже.
Слишком близко.
— Чего тебе надо, Артем? Я на пару опаздываю! — бесстрашно подняв взгляд, смотрю в его горящие глаза.
Артем молча наблюдает за мной, а затем спрашивает:
— Почему Андрей сидел с вами? О чем вы разговаривали? Что он хотел?
— Это что, допрос? — усмехаюсь я, делая напор руками, чтобы хоть как-то отдалить его от себя.
— Отвечай, — требовательным тоном произносит он, приблизившись настолько, что наши носы практически соприкасаются.
Мое сердце бьется с такой неистовой скоростью, что я чувствую, как оно готово выскочить из груди. Я просто стою перед ним, смотрю в его глаза и пытаюсь собраться с мыслями. Взяв в руки себя и свою тахикардию, уверенным голосом отвечаю ему:
— А не пойти ли тебе в задницу? Тебе вообще какое дело до того, с кем я общаюсь?
Вдруг чувствую, как его рука сжимает мою шею, приближая меня к его лицу. Вздрагиваю от неожиданности, и мои глаза широко раскрываются.
— Я тебе ой как не советую злить меня, Злата, — его голос звучит угрожающе.
Чувствую, как дыхание Артема щекочет губы. Не могу отвести взгляд от глаз, которые смотрят на меня с такой интенсивностью.
Кажется, он немного переходит границы. Ну ничего, я ему еще покажу.
Решаю прекратить извиваться в его сильных руках, делая вид, что сдалась. Артем, поверив моей лживой игре, расслабляет хватку, и я, не теряя времени, замахиваюсь и ударяю его коленом в пах с полной силой. Вкладываю в этот удар всю свою злость и отскакиваю в сторону. Артемушка, явно не ожидавший такого поворота событий, хватается руками за покалеченное достоинство и сгибается пополам. Это дает мне возможность выбежать из коморки, пока он не пришел в себя.
Не сдерживаюсь и, прежде чем уйти, сладко повторяю его же слова:
— Я тебе ой как не советую злить меня, Темочка.
— Маленькая сучка, — болезненным тоном произносит Артем.
Черт, надеюсь я ему ничего там не сломала. Хотя плевать, может, я спасла мир от рождения новых редкостных придурков. Меня за это еще поблагодарить нужно!
— Козел, — бросив напоследок, выбегаю из подсобки.
***
— Мамуль, что ты готовишь? — спрашиваю я, зайдя на кухню и увидев, как мама возится с мукой.
Сажусь напротив нее, любуясь ее умелыми движениями.
— Да вот, пельмешки решила сделать, — отвечает она, продолжая замешивать тесто.
Всегда считала, что любовь к готовке — это наследственное качество, и в моем случае это действительно так. Мама всегда была отличной поварихой, и ее умение создавать вкусные блюда всегда восхищало меня. Я наблюдала за ней, училась у нее и, наконец, стала готовить сама. Но несмотря на это, моя любовь к готовке не совсем такая же, как у мамы. Я больше всего люблю печь сладости. Может быть, это потому, что я всегда была сладкоежкой, или, может быть, потому, что сладкие блюда требуют большей фантазии и творчества. В любом случае я наслаждаюсь процессом приготовления десертов, и у меня получается довольно неплохо.
— Давай помогу, — обращаюсь к маме, уже закатывая рукава.
— Ой, нет-нет, милая, я сама, — улыбаясь, мама отходит с миской на руках. — Златик, ты же знаешь, что я не люблю когда мне помогают.
— Да, знаю, — отвечаю я.
Конечно, знаю, сама не люблю, когда рядом кто-то возится.
— Насчет того, что произошло во время завтрака, — тихо говорит она, опуская взгляд. — Прости, милая, если как-то обидела. Я просто действительно очень переживаю за тебя. Неспокойно мне душе что-то, понимаешь?
— Мамочка, конечно, я все понимаю и вовсе не злюсь на тебя, — говорю я. — Но ты ведь должна понимать меня и поддерживать принятые мною решения. С работой у меня все в полном порядке. Иногда, разумеется, приходится задерживаться, но в этом нет ничего такого! Ты ведь сама задерживалась когда работала, забыла что ли?
 
— Я понимаю тебя и поддерживаю, милая, — отложив миску, мама подходит ко мне и аккуратно обнимает. — Всегда буду поддерживать.
Обняв маму в ответ, говорю:
— Я тебя очень люблю, мамуль.
— Я тебя тоже, милая.
От этой милой сценки у меня уже слезы наворачиваются, еще немного и точно рыдать начну. Да, меня легко вывести на слезы, и что? Каждому человеку иногда хочется выплеснуть все, что скопилось внутри. А я — это я. Могу быть дикой, могу быть милой, а также могу быть плаксой!
— Но с тебя обещание! — требует мама, отстраняясь. — Ты больше не будешь работать допоздна. До одиннадцати куда ни шло, но не позже! Таковы мои условия, милая.
Ее требовательные вид и тон вызывают у меня желание рассмеяться. Она совсем не подходит для роли строгой матери..
— Хорошо, мам. Теперь давай уже начнем готовить, а то если так продолжится, пельмешки еще не скоро будут готовы, — усмехнувшись, беру тесто, которое мама отложила, и начинаю месить.
— Милая, а как у вас дела с Артемом?
“Как у кошки с собакой,” — хотелось бы мне ответить, но я молчу.
Интересно, Артем все еще зол на меня? Хотя он должен понимать, что заслуженно получил по яйцам! Вот зачем потащил меня в подсобку? Для чего были все эти вопросики? Решил контролировать, с кем мне общаться?
Фигушки тебе, Артемушка!
Я вроде должна беспокоиться, что он отомстит мне за его покалеченное достоинство, но почему-то меня это только веселит.
Так ему и надо!
При упоминании этого придурка только настроение портится, поэтому лучше сменить тему как можно скорее.
— Все нормально, мам.
— Вы ладите? Как у вас дела в университете?
— Да все прекрасно. Мы ладим, даже можно сказать подружились. В университете тоже все хорошо, честно! — ага, подружились мы с ним, конечно…
— Я очень рада, милая. Боялась, честно говоря, что вы не поладите или вдруг Артем будет тебя обижать.
— Да ты что, мам? Какой обижать? Артем очень хороший, он бы никогда и никого преднамеренно не обидел, — вру, лишь бы не расстраивать маму и не рушить ее отношение с новой семейкой.
А с Артемом, я и сама разберусь.
  
Глава 11
 
Артем
— Темка, а ты почему не сказал, что хочешь еще? — спрашивает Катя с разочарованием, опуская платье, чтобы прикрыть свою обнаженную задницу, и предлагает: — Может, поедем ко мне и продолжим там?
— Давай выходи уже, — устало вздыхаю, застегивая ширинку.
Дерьмо.
Даже перепих в туалете с сисястой Катей не смог утолить жажду моего дружка. Член стоит, как кол, а все из-за этой маленькой белокурой засранки. Невероятно! Она пнула меня по яйцам! Но удивительно, что это вызвало совершенно обратный эффект. Весь день хожу с эрекцией, и даже после траха я не чувствую удовлетворения. Эта девчонка просто бессмертная, ей богу!
Не могу отделаться от мыслей о ней, она просто залезла мне под кожу.
— Я тебе что, шлюха какая-нибудь? — злобно вопит Катя. — Взял и оттрахал меня в туалете, а теперь говоришь проваливать?
— Чего ты хочешь? Я изначально предупреждал, чтобы ты не ждала ничего большего, чем секс, — злобно цежу, подходя к ней ближе. — Да весь твой вид кричит: «Трахните меня!» Так что не строй из себя чистую и невинную. А теперь отойди.
Выходя, сталкиваюсь с Яром. После мы университета сразу отправились к нему. Домой решил не ехать, так сказать, ради безопасности Ангелочка. Эта девчонка в один прекрасный день выведет меня из себя.
— Слышь, чувак, а чего в туалете кувыркались? Я же вроде говорил, что можешь любую гостевую комнату занять, — спрашивает Яр, пока мы спускаемся по лестнице на первый этаж.
Я же предпочитаю не отвечать на его вопрос.
Дом Ярослава переполнен. Громкие крики смешиваются с тяжелыми битами музыки. Я одариваю девчонок своей фирменной ухмылкой. С пацанами принимаю удары кулаками. Вокруг все наслаждаются вечеринкой, я же будто не в своей тарелке. Пряча свой незаинтересованный взгляд, пробираюсь сквозь людей и плюхаюсь на диван где расположились парни.