"Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

– Я так думаю, что все твои пацаны про то знать должны. Сегодня же! Понял меня? Алфавит! Тебе лично это говорю! Ты ж ведь у нас не оглох покудова?
– Нет, не оглох, – кивнул бандит. – Всё я понял, и обо всем пацанам поведаю.
– А раз так, – успокаиваясь, произнёс смотрящий, – то и дел у нас с вами более нет никаких. Не задерживаю никого.
Выйдя на улицу, Могила в сердцах наподдал ногой пробегавшей собаке – ту отшвырнуло сразу на несколько метров.
  
– И что теперь?!
– Не скажи, Кнут… – покачал головою Алфавит. – Не так уж всё и хреново! Бригадиром он тебя сам признал ведь? Сам – никто за язык не тянул! При людях сказано!
– И что с того?
– А раз так – то по положению, должен и к делу бригаду приставить – с него уже за то спрос будет! Какой же он смотрящий, ежели у него целая бригада без дела сидит? За это и спросить могут – сурово! Так что – ждём! Будет вскорости от него предложение, ты уж мне поверь!
  
Глава 15
 
Так не хотелось выходить на улицу – под холодное и темное осеннее небо. В домике у Даны всю ночь тлели угли в печи, и воздух был относительно теплым – по сравнению с улицей. Но в монастыре встают рано, и поэтому Дана тоже вскочила еще затемно и отправилась к себе в мастерскую. Ей следовало заготовить сырье для новых заказов, ведь в тетрадке значился длиннющий список людей, которые с нетерпением ждали посылки из монастыря.
Через пару часов к ней заглянула игуменья. Она присела рядом на скамью и с большим интересом смотрела, как девушка снует между столами, отмеривая и раскладывая по кучкам сухие растения.
– Ловко ты умеешь, деточка, – похвалила Дану монахиня, – смотреть на тебя – одно загляденье.
– Спасибо, – засмущалась Дана. – Матушка Марфа, так что мне с приезжими делать? Не прогонять же их из деревни? А лечить я не могу, у меня разрешения нет от властей. На целительство, небось, документ надо получать?
Об этом она предварительно разговаривала со Степаном по дороге в монастырь. Он довольно подробно рассказал ей, как все устроено в здешнем мире в, так сказать, официальной среде.
– Насчет народных целителей я тебе точно сказать не могу – тут надо у специалистов узнавать. Думаю, дело проще обстоит, но на всякий случай надо все прояснить. Неприятности тебе не нужны. И монастырю – тоже.
Дана прекрасно понимала, какие неприятности могут возникнуть в подобной практике, и не хотела подставлять ни себя, ни монастырь.
– Я уже думала об этом, – призналась монахиня, – и вот что решила – сегодня я свяжусь с отцом Александром и попрошу его приехать. Он в таких делах лучше нас с тобой разбирается. Если получится – он завтра уже тут будет. А людей… Ну, что ж, – вздохнула игуменья, – ты и сама сказала – нельзя восвояси отправлять, не взглянув. Видно, придется сегодня тебе в деревню сходить – у нас-то нет подходящего помещения для приема такого количества гостей. У нас же – монастырь, а не больница. Я тебе помощников выделю – сестру Веру и сестру Гликерию, вместе вы скорее управитесь.
– А куда же мне в деревню-то идти? Я там только магазин знаю и дом Ивана Волосюка. На улице мне, что ли, с приезжими разговаривать?
– Сестра Вера знает, куда идти. Люди уже третий день, как тут тебя ждут. К нам из деревни уже глава администрации приезжал договариваться. Сказал, если ты согласишься, то они помещение в администрации тебе выделят.
– Хорошо, – вздохнула Дана, – на этот раз пойду. Но уж скорее бы отец Александр приезжал – терпение мое не бесконечно, матушка. Правду сказать, не хотела бы я с утра до ночи людей принимать. Мне бы травами заниматься – вот это мое.
– Понимаю, девонька, – покивала головой игуменья. – Ты же в лесу жила, людей почти не видела – а тут такое на тебя свалилось. Вся жизнь в один миг переворачивается! Не каждому такое испытание под силу, видит Бог! Ты сильная, девочка моя, ты со всем этим справишься.
В деревне делегацию из монастыря уже ждали. Около здания администрации толпилось человек пятнадцать, а в припаркованных рядом машинах еще кто-то сидел – Дане было плохо видно. Три темных, закутанных фигурки – Дана опять замотала на голове свой платок – слегка поклонившись толпе, молча прошли в дом. За ними, топая как медведь, прошествовал Иван Волосюк, взявшийся поднести сестрам привезенные из монастыря лекарства и травяные сборы.
Через три часа сестры уже засобирались обратно. Основную часть пациентов удалось отпустить домой, снабдив их травами и настойками, принесенными из монастыря. Троим Дана помогать отказалась, сразу сказав, что ее знаниями с их проблемами не справиться, а еще двое остались в деревне жить и ждать, когда монахини приготовят лекарство, применительно к их случаю.
На выходе к сестре Вере подошел Иван Волосюк, ожидавший их снаружи, и передал ей пачку денег со словами:
– Вот, сестры, взял я на себя смелость собрать с ваших пациентов деньги. Это они мне сами на нужды монастыря отдали, с благодарностью за помощь и надеждой на исцеление.
– Спасибо, Иван, – кивнула головой Дана.
– Это тебе спасибо, Даша. От всей деревни – с твоим появлением и у нас жизнь вроде как начала налаживаться. Люди понаехали – даже из магазина, вон, пока тебя ждали, все смели – Наташке в районе внеплановую закупку делать пришлось. Авось, твоя слава по земле разойдется, тогда и тебе будет на заработок, и монастырю прибыток, и нам своя копейка перепадет.
На обратном пути Дана молчала и всю дорогу усиленно думала. К моменту, когда она добралась до своего домика, решение уже созрело и оформилось в ее голове.
«Завтра приедет отец Александр, и я все им скажу. Наконец-то все встанет на свои места».
Дана смотрела на протоиерея Александра во все глаза и никак не могла поверить, что перед ней – священник. И дело было вовсе даже не в том, что тот был невозможным красавцем – от отца Александра исходила такая мощная жизненная энергия, что просто было невозможно поверить, что этот человек ежедневно способен совершать длительные религиозные обряды, требующие концентрации и терпения.
«Это не священник, а просто фонтан идей какой-то», – удивлялась девушка, наблюдая, как бегает по комнате их гость.
Туда-сюда, туда-сюда. И при этом постоянно разговаривает.
– Значит, ты на себя не хочешь документы оформлять?
– Нет, я это уже решила. Пусть бумаги будут на монастырь… сделаны – слово «оформить» давалось ей пока с трудом, – так лучше, наверное, будет.
– Понятно, понятно. Твой интерес мы договором оформим, чтобы все по справедливости было, раз такое дело.
Дану это совершенно устраивало. Вроде, она как бы при деле и одновременно – имя ее нигде не мелькает, да и с паломниками меньше надо будет общаться, это самое главное.
– А как мы все это дело назовем? – задал вопрос отец Александр.
Разумеется, никто ему не ответил – у его собеседниц попросту не было никаких идей на этот счет. Священник взглянул в их сторону, все понял, и опять забегал.
Туда-сюда. Туда-сюда.
– Я придумал! «Монастырская аптека»! Вам нравится?
Дана и матушка Марфа только кивнули головой.
– Завтра позвоню владыке, испрошу благословения, и договорюсь обо всем. Попрошу у него поддержки.
– В деревне еще поговорю – вам помощник из местных нужен, кто с паломниками будет разбираться на месте. Да! – он остановился вдруг и посмотрел на притихших собеседниц, словно что-то важное вспомнил, – заеду в районную администрацию, там тоже побеседую. Документы мы быстро справим, чтобы все по закону было.
  
– А что с ценами делать? Отец Александр, вчера наобум деньги от паломников принимали, а это же неправильно, – робко заметила игуменья. – Надо этот вопрос тоже как-то решить. Даша мне в этом деле не помощница – она сама только-только начинает мирскую жизнь познавать, а я в целительстве не сильна, не знаю, сколько это может стоить.
– Разберемся, – с энтузиазмом пообещал священник, – я владыку попрошу, если понадобится. Он в монастырь специалистов пришлет, они помогут.