Чудный Нижний (СИ)

— Чего ему надо-то⁈ — возмутился парень.
— Это леший. Валерий, у вас что, конфликт с лесным духом? — Радей Тихославович оставался совершенно невозмутим — даже завидно стало, как человек ухитряется сохранять самообладание в такой ситуации.
Можно было перейти в верхний мир — Птицын чувствовал, что справится. Но ведь не посреди оживлённого проспекта Гагарина — так только хуже будет. Развернуться, тоже не было никакой возможности. А лось всё ускорялся — в какой-то момент Валерке показалось, что у животного пар из ноздрей бьёт. Леший явно не ожидал, что экипаж умеет двигаться задом и в первый момент отстал, но теперь стремительно нагонял.
  
Птицын ударил по тормозам и выскочил из машины:
— А ну стоять! — рявкнул парень. — Я тебе сейчас рога-то пообломаю, скотина! Ты какого лешего на дорогу вышел⁈ Дорога — не лес, здесь твоей власти нет! Хочешь договор нарушить⁈ — говорил больше по наитию. Успел уже выяснить, что леший — он только лесом владеет. А человеческие постройки, включая дороги ему не принадлежат.
Лось, что удивительно, в самом деле затормозил. Уставился на Валерку гневным взглядом — того гляди поднимет на рога, подбросит, а потом растопчет. Жуть.
«Главное — глаз не опускать», — бьётся в голове идиотская мысль.
— Ну⁈ Чего ты тут выставился⁈ А ну прочь, нечего тут. Решишь нарушить договор — не жалуйся потом!
Возможно, леший посчитал, что за столь уверенным человеком действительно есть какая-то сила. Иначе Валерка не мог объяснить, почему лось развернулся и ушёл. Правда, уходя демонстративно оправился, но Птицын даже не думал оскорбляться. Да и вообще, откровенно говоря, ни о чём не думал, потому что руки и ноги дрожали, а по спине стекали капли пота. Будь это настоящий лось — точно бы струсил. Такая мощь!
Парень, наконец, оглянулся, и обнаружил за плечом Демьяна.
— Ну, ты, княже, безумец, — покачал головой упырь. — Взывать к разуму разъярённого лешего — это, как в вашем интернете говорят, стальными тестикулами нужно обладать. Либо быть напрочь отбитым. И вот я понять не могу, какой из вариантов правдив в твоём случае.
— Полагаю, и то и то — правда, — Радей Тихославович вышел откуда-то из овражка, в котором он, похоже, прятался. По крайней мере, откуда ещё на его балахончике мог появиться лесной мусор, который он сейчас старательно отряхивал? — Всякий знает — с лесным духом в ярости разговаривать нельзя. Только бежать. Разговаривать с ними можно только когда успокоятся.
— А мне вот больше интересно, чего он на нас взъелся, — пробормотал Птицын, усаживаясь обратно в машину. Ноги ощутимо дрожали. — И что-то мне подсказывает, что нужно поспешить в Ляхово.
В верхний мир перешли, где и планировали — уже поблизости от психиатрической клиники. До посёлка добрались так, а потом Птицын, оставив машину, перешёл на тёмную сторону. То, что конфликт с лешим не только у него, стало очевидно сразу. Стоило появиться в посёлке, и пришлось уклоняться, потому что прямо перед носом у Валерке рухнула сосна. Парня обсыпало разлетевшейся по сторонам хвоей.
— Эмм…
— Валера, прячься! — крикнули откуда-то из-за спины, а в следующий момент парня схватили за плечи и куда-то поволокли. Хотел начать вырываться, но заметил Демьяна — упырь просто быстрее среагировал. И тащил князя в один из недавно отстроенных домов, в подвал, где и собрались остальные обитатели посёлка.
— Что, мать его так, происходит⁈ — Парень был искренне возмущён. Нормально же всё было!
— Лешие дерутся, Валера! Посмотри!
Парень выглянул из подвального окошка. Вдалеке, над верхушками деревьев возвышалось несколько гигантов. Бой лесных духов выглядел жутко. Вырванные с корнями деревья взлетали, как во время урагана, ударялись в противника или пролетали мимо. Лешие даже не пытались защищаться или уклоняться — бились остервенело, как пятиклашки за спрятанный портфель. Один огромный, похожий на кучу валежника бьёт сосной, как дубиной, по голове соперника. Во все стороны летит щепа — дерево разбивается на несколько кусков, от битого лешего тоже отлетают куски дерева и другая зелень. Однако это его не смущает. В ответ летит огромный, покрытый мхом валун. Правда, с точностью у метателя не очень — в противника он не попадает. Камень летит дальше, кажется, он сейчас упадёт ошарашенным наблюдателям прямо на головы… но нет, падает рядом. Разбивает в щепки один из только построенных домов и катится дальше. В ответ тоже летит камень, сыплются удары, летят новые снаряды.
— Так, — Валерка почувствовал, что звереет. В такой ярости он не был… да никогда, наверное. Люди строили, старались. Рассчитывали, что станут тут жить! Кто-то даже уже рассуждал, что неплохо бы и барышень завести где-нибудь. На будущее строили — с учётом возможного увеличения населения. И вот какие-то очумелые кучи хвороста крушат все старания просто так, мимоходом!
Парень всю жизнь, даже в детстве, считал: действовать нужно с холодной головой. Разозлился — пережди вспышку ярости, выдохни. Дождись, когда эмоции схлынут, и только тогда действуй. Но сейчас он об этой своей установке даже не вспомнил. И советоваться ни с кем не стал. Одним махом перетащил всех, кто был в подвале в верхний мир, потом так же быстро вернулся, и направился в сторону побоища. Где-то на краешке сознания билась мысль, что так делать очень-очень глупо. Лешие его и не заметят. Растопчут, или просто снесут стволом одного из несчастных деревьев, которые сейчас использовались как метательные снаряды и дубины.
Валерка двигался вперёд, не обращая внимания на треск и пролетающие в опасной близости обломки. Пару раз пришлось уклоняться, но это получилось удивительно легко.
«Опять вошёл в режим берсерка…»
Эта мысль тоже пролетела, не оставив следа. Идти пришлось не так уж и далеко — драка проходила метрах в трёхстах от края посёлка. Чем ближе к месту битвы подходил Птицын, тем сложнее становилось избегать ударов — казалось, что он попал в центр урагана. Ещё и ветер поднялся, как будто в самом деле всё это светопреставление — природное явление. Пожалуй, если бы дерущиеся задались целью его убить — прихлопнули бы как муху, и никакая сверхъестественная ловкость не спасла. Четыре огромных фигуры топтались на относительно небольшом участке леса. Но это для них — небольшом. Валерке, чтобы добраться от одного к другому потребовалось бы хорошенько побегать.
Судя по всему, трое били одного. Нетрудно догадаться, кого — похоже, утверждения их лешего о том, что он сможет договориться с соседями оказались изрядным преувеличением. Уговоры не сработали, пришлось переходить к более эффективным аргументам. И тут «союзник» явно оказался в проигрышной ситуации. Численное превосходство на стороне противника — что тут сделаешь?
Кричать и требовать, чтобы прекратили, Птицын не стал. Вот ещё. Для них сейчас его вопли — тише комариного писка. Вместо этого подбежал к одному из дерущихся, коснулся здоровенной ноги, которую тот как раз недавно отставил в сторону после очередного удара. Сосредоточился.
Тащить бесплотных духов через границу оказалось удивительно просто. Даже когда переводишь одного человека, уже чувствуется некоторое сопротивление — совсем лёгкое, на самой границе ощущений. Валерка был уверен, что с такими огромными, сильными духами будет сложнее. Намного сложнее. Между тем, сопротивления вообще не было. Как будто он один переходит. В первый момент даже испугался — а ну как вообще ничего не вышло, и он только сам смог перебраться в верхний мир? Но нет, лешие, все четверо, оказались здесь, рядом. На дороге вокруг него стояли четыре крохотных кучки мусора. Как будто дворник сметал с тротуара насыпавшиеся от ветра веточки и собирал их, чтобы потом убрать в мешок.
  
Процесса перехода духи не заметили, как и изменения своих размеров. Драка продолжалась, только теперь выглядела совсем не так угрожающе. А потом Валерка просто топнул ногой. Едва удержался, чтобы не пнуть одну из этих кучек. Побоялся — вдруг он таким образом окончательно развеет духа?
Вот теперь на него обратили внимание. Драка вдруг прекратилась, лесные духи замерли, принялись оглядываться по сторонам.