Вы дозвонились до Сэма

Вот бы позвонить Сэму прямо сейчас. Мне его не хватает.
Я всегда могла поговорить с ним обо всём, что меня беспокоит. Скучаю по его присутствию. Он готов был меня выслушать – даже когда не знал, как на всё это реагировать.
Проверю телефон. В следующий раз я смогу позвонить Сэму вечером. И мне стоит подождать, но у меня был просто ужасный день, и я не могу терпеть. Я хочу его услышать.
  
Его рубашка всё ещё свисает со спинки стула: буравлю её взглядом, а потом решаю попытать счастья и набираю его номер.
Телефон звонит дольше обычного, но Сэм наконец отвечает. Тепло, как и всегда.
– Привет…
– Сэм.
– Не ожидал услышать тебя так рано. Всё в порядке?
– Не могла дождаться, – отвечаю я. – Надеюсь, это ничего?
– Конечно ничего. Ты всегда можешь мне позвонить, Джулс. Когда тебе нужно.
Я с облегчением выдыхаю.
– Хорошо. Это хорошо.
– Ты точно в порядке? Какая-то ты нервная.
Он всегда мог сказать, что меня что-то тревожит, по одному только голосу. Это нравилось мне в нём чуть ли не больше остального: я не могла спрятать от него свои чувства.
– День был тяжёлый. Вот и всё.
– Что случилось?
– Да так, кое-что в школе. – Я не вдаюсь в детали. – Ничего такого.
Сажусь на край кровати и медленно выдыхаю, чтобы успокоиться. Теперь, когда я наконец дозвонилась до Сэма, мне не хочется портить ему настроение россказнями про сочинение по английскому.
– Нам необязательно это обсуждать, – проговариваю я.
Сэм смеётся.
– Джули, ты ли это?
– В каком смысле?
– В том, что однажды ты четыре часа жаловалась мне на просроченную библиотечную книгу, забыла? Можешь рассказать мне о чём угодно. Как раньше. Давай, говори, что не так.
Я вздыхаю.
– Я просто… отстаю по предметам. Забыла вот сочинение сдать.
– Мистеру Гиллу?
– Ага, но это не страшно. Осталось сдать ещё одно, и если я получу хорошую оценку за него, то всё будет в порядке. – Скольжу взглядом по календарю над столом. – И выпуск не за горами. Нужно только как следует постараться. И всё будет хорошо.
Я впервые хочу сказать Сэму, что всё со мной будет в порядке. Даже если сама в этом не слишком уверена.
– Выпуск… – повторяет Сэм, словно бы себе под нос. – Я о нём забыл. Наверное, здорово, когда ты всё ещё чего-то ждёшь…
У меня сдавливает горло. Что я могу ответить на такое?
– Пожалуй…
И внезапно мне не так уж и хочется пройтись за дипломом в мантии и шапочке. Особенно если Сэма не будет рядом. Может, вообще туда не явиться?
– Ты уже знаешь, чем займёшься потом? После выпускного в смысле.
– Эм… – Я затихаю, потому что раньше мы с Сэмом говорили об этом ночи напролёт. Строили планы. Расписывали наше общее будущее: где будем жить, какую работу искать, чем заниматься в принципе. А теперь его больше нет, и у всех моих планов не хватает второй половины.
– Пока не знаю, – произношу я. – Всё ещё думаю над этим.
– Из Рида пока не ответили? – спрашивает Сэм.
– Нет… пока нет.
– Уверен, ты поступишь. Всё получится.
– Надеюсь.
Но дело в том, что письмо от них должно было прийти давно: я проверяю почту каждое утро. Рид – вполне реалистичный выбор с учётом моих отметок. Если честно, я устала от книг, в которых протагонисты подают заявки только в университеты Лиги плюща и каким-то образом всегда проходят отбор. Я на такое неспособна. И мне нравится, что про Рид мало кто слышал, хотя репутация у него хорошая. Но о будущем я говорить не хочу. Не сейчас, когда у Сэма его и вовсе нет. И поэтому я перевожу тему.
– Я сегодня Мику в школе видела, – сообщаю я. – Вечером будет бдение со свечами. Для тебя. Она попросила меня прийти. Кажется, там будет немало народа.
– Мика… – Судя по голосу, Сэм улыбается. – Как она?
– Бывало и лучше. Она по тебе очень скучает.
– Я тоже очень по ней скучаю, – отзывается Сэм. – И часто о ней думаю. Иногда мне хочется поговорить и с ней.
Я перекладываю телефон к другому уху.
– Почему тогда не говоришь? Она была бы рада тебя услышать.
Сэм и Мика выросли под одной крышей: можно было бы подумать, что они брат и сестра, настолько они были близки.
Сэм вздыхает.
– Если бы я мог, я бы так и сделал, Джулс.
С улицы доносится звук подъезжающей машины – мама приехала. Я на всякий случай проверяю, закрыта ли дверь: мама иногда заглядывает ко мне без приглашения.
– Могу я тебя кое о чём спросить? – подаёт голос Сэм.
– Конечно. О чём угодно.
– Раз меня больше нет, пригляди за Микой? Пожалуйста. Убедись, что она в порядке и всё такое.
– Конечно, Сэм! – Одно то, что он напомнил об этом, заставляет меня чувствовать себя виноватой. Нужно в самом деле почаще с ней разговаривать. Да вот даже сразу после звонка. – Я присмотрю за ней. Обещаю.
– Спасибо, – произносит Сэм. – Ей сейчас не помешает друг. Даже если она не просит о помощи вслух. Так что не забудь, хорошо?
– Не забуду, не волнуйся.
– Знаю, что не забудешь. Ты всё помнишь. И я очень рад, что это так.
Больше мы об этом не говорим: обсуждаем другие вещи до тех пор, пока мама не поднимается по лестнице и не зовёт меня вниз помочь ей с продуктами.
– Что ж, мне, пожалуй, стоит тебя отпустить, – замечает Сэм. – У тебя там много работы. Не хочу отвлекать тебя от мира.
– Ты никогда меня не отвлекал.
Сэм смеётся.
– Поговорим завтра, ладно?
– Подожди… – останавливаю его я. – Есть ещё кое-что.
Я боялась заводить об этом разговор, но это не давало мне покоя с тех пор, как я вернулась в школу. Вот только с какой стороны к этому подойти…
– Что такое? – допытывается Сэм.
Я колеблюсь, но…
– Ты… не злишься на меня?
– По поводу?
– Из-за того, что случилось тем вечером.
– Я не понимаю, о чём ты, Джули…
Я с трудом сглатываю, осторожно подбирая слова.
– Я о том… Я хочу спросить… ты не винишь меня? Не винишь меня за то, что с тобой случилось?
Между нами повисает молчание.
– Оу… – Сэм наконец понимает. – Джули… зачем ты вообще об этом спрашиваешь? Конечно, я тебя не виню. Как я могу тебя винить? Ты ничего не сделала, ясно? Но…
Он замолкает.
– Но что?
Сэм отвечает не сразу.
– Если честно, я не знаю, что ещё сказать… как вообще ответить на твой вопрос. Я никого не хочу винить в случившемся. Это ведь ничего не изменит, так? Ничего не исправит. Мне тяжело принять даже то, что…
Голос его дрожит от плохо скрываемой боли – словно что-то острое мешает ему говорить.
– Прости. Я не должна была…
– Всё в порядке, Джулс. Правда, – успокаивает меня он. – С чего ты вообще об этом спросила? Надеюсь, ты не думала об этом всё это время.
– Поначалу не думала. Но потом я услышала разговоры в школе.
Сэм резко меня обрывает:
– Не слушай их. Они понятия не имеют, о чём говорят. Их ведь там не было, так? Не позволяй им судить тебя.
– Постараюсь.
– Мне жаль, что тебе приходится ещё и с этим справляться.
– А мне жаль, что ты умер.
Мы снова затихаем. И после того, как я отключаю телефон, я поднимаю с пола бумаги и сажусь за стол.
Сосредоточиться после такого разговора сложно, и я больше часа пытаюсь хотя бы начать домашку по истории, но мне удаётся выдавить из себя только два жалких предложения. Я хочу перезвонить Сэму, но у меня ещё куча дел. Слова в рабочей тетради расплываются и перемешиваются, и я забываю, о чём вообще читаю. В какой-то момент я, видимо, задремала, потому что, когда я открыла глаза, я оказалась уже не в своей комнате.
Ноги тонут в тумане, и когда я поднимаю взгляд, то понимаю, что стою на автовокзале. Тут темно: за туманом ничего не видно. Даже неба.
  
Оглядываюсь в поисках хоть кого-нибудь… чего-нибудь… но натыкаюсь только на чемодан, который позаимствовала у отца, когда навещала его в последний раз. В кармане звонит телефон, и я достаю его.