Прекрасный каратель (ЛП)

Он опустил руку, проводя сосулькой по моей груди, и я резко вдохнула, когда холодная вода пропитала рубашку и прилипла к моей коже. Его глаза были прикованы к груди, он провел ледышкой по моим чувствительным соскам, и они затвердели от этого прикосновения.
Стон вырвался из моего горла, несмотря на все усилия его сдержать, и зрачки Рокко расширились. Я держала ладони у стены, опасаясь, что если я двинусь, он остановится. И мне тут же захочется большего. Все, что он может дать.
Белая рубашка на моей груди стала прозрачной, и Рокко одобрительно зарычал. Он опустил руку, отступив назад с выражением самодисциплины.
Я схватила его руку с сосулькой, и направила ее обратно на свое тело, позволив безумной части себя взять верх.
Он тяжело сглотнул, наблюдая, как я провела его рукой по другой груди, и мрачное выражение пробежало по его лицу.
— Ты боишься продолжать прикасаться ко мне, Рокко? — Сказала я с вызовом, мой пульс гулко стучал в ушах. Его стояк напрягся в джинсах, и все его мышцы были напряжены. Я знала, что он хотел меня так же сильно, как я хотела его. И мне надоело притворяться, что это неправда. Особенно теперь когда я знала, кем он был на самом деле. Человеком, жаждущим мести за убийство своих близких. То, что я здесь, не было чем-то личным, во всяком случае, не в том смысле, в котором я ожидала.
— Я ничего не боюсь. — Рокко водил тающей сосулькой по моему соску, его голодный взгляд встретимся с моим.
Я прислонилась головой к стене, мои бедра раздвинулись сами по себе. Во мне горело сдерживаемое несколькими неделями желание, умоляя, чтобы его удовлетворили.
Тепло его пальцев коснулось моего соска и обожгло холод, проникший в мою плоть. Я затаила дыхание, пока он скользил сосулькой вдоль моей груди, по животу и спускаясь к бедрам. Мурашки побежали по моей коже, когда он провел ею от центра к верхней линии трусиков, вырывая из моих губ жалобный стон.
Я тяжело сглотнула, оторвав от него взгляд, но он тут же схватил меня за подбородок свободной рукой.
— Э-э, белла, посмотри на меня и скажи, чего ты хочешь.
Лед таял на мягкой плоти над моими трусиками, капая вниз между бедер, и вызывая сильную дрожь по позвоночнику.
— Рокко, — выдохнула я.
— Скажи это.
— Еще, — умоляла я, и его рука скользнула в мое нижнее белье. Я выгнула спину и прикусила губу, когда он прокатил гладкий лед по самой чувствительной части моего тела.
— Я дам тебе еще, — промурлыкал он. — Больше ненависти, больше злобы, больше меня. Ты этого хочешь, Слоан Калабрези? Твой похититель заставляет тебя чувствовать себя так?
— Да! — закричала я, мои глаза закрылись, когда он начал мягко вырисовывать круги на чувствительной точке между моих бедер.
Удовольствие столкнулось с укусом боли, когда лед скользнул по мне, и голова закружилась от этого ощущения.
Рокко сильнее прижался ко мне, привлекая мои чувства к вкусу его плоти, и я инстинктивно прикусила его плечо. Он выругался себе под нос, двигая льдом ещё быстрее, ледяная вода собралась у меня в трусиках и заставляла мое тело сходить с ума. Мои бедра покачивались в такт его руке, я потеряла самообладание и поддалась удовольствию, которое он мне доставлял.
Его рука внезапно опустилась ниже, и я не была готова, когда он втолкнул в меня остатки сосульки. Я прикусила кожу сильнее, чтобы не закричать, когда его большой палец прижался к моему центру. Он казался обжигающе горячим по сравнению со льдом, и Рокко растирал гладкие и восхитительные круги, вводя и выталкивая лед из меня пальцами.
Холод и жар столкнулись вместе. Мои бедра сжались вокруг его руки, пьянящий стон сорвался с моих губ, и я кончила так сильно, что мое зрение заволокло тьмой, а колени чуть не подогнулись.
Рокко поддержал меня, прижав спиной к стене твердой грудью, и вытащил руку из моих трусиков. Он положил остатки льда прямо в рот и раскусил зубами с диким выражением на лице.
— Ну, что ты знаешь? — Он ухмыльнулся. — В конце концов, я нашел кое-что сладкое, и это мне нравится.
От триумфального взгляда его глаз мои щеки запылали, и хотя я очень этого хотела, я вдруг испугалась, что позволила ему сделать это со мной. Я была полной идиоткой, позволив Рокко пробить мою защиту и залезть в мои трусики. Я продолжала подпускать его ближе и ближе. Возможно, он действительно верил, что у нас есть какая-то связь, но это не значит, что он собирался отпустить меня. Я все еще его пленница. Так почему я продолжаю хотеть его так сильно?
 
Я ускользнула от него, направляясь в дом, отголоски моего оргазма все еще пробегали по мне. Его тяжелые шаги стучали за мной, я слышала скрип снега из-под его ботинок, когда он последовал за мной в оранжерею, через холл и в гостиную.
— Ты всегда убегаешь от своих проблем, принцесса? — Рокко насмешливо крикнул мне вдогонку.
— Я пытаюсь, но конкретно эта постоянно преследует меня. — Я подошла к дивану, чтобы что-то стояло между нами, и провернулась к нему спиной, уперев руки в бедра. Моя ярость была несколько ослаблена тем фактом, что мои соски все еще были видны сквозь рубашку, и взгляд Рокко сразу же скользнул по ним — черт возьми.
Я взяла с дивана подушку и прижала ее к груди.
— Немного поздно для этого, — прокомментировал он, одарив меня кривой улыбкой, от которой моя предательская вагина практически засветилась.
У тебя больше нет права голоса, ты уже повеселилась!
— Пошел ты, — рявкнула я.
Я была в ярости. На себя, на него, на свое проклятое либидо. Я не знала, кто больше виноват.
Он приподнял бровь, склонив голову набок, и был таким милым, черт возьми, что у меня скрутило желудок. Но не в этот раз.
— Почему ты такая злая? Я подарил тебе оргазм, а не штраф за парковку.
— Я злюсь, потому что ты хорош во всем, и мне это надоело. — Я швырнула в него подушку с криком ярости, и он поймал ее в воздухе. Схватив еще одну, я снова швырнула в него, и он начал смеяться. — Ты сражаешься с волками голыми руками, ты выглядишь как дитя набора пресса, который занимался сексом с медведем, и ты заставляешь девушек кончать от сосульки!
— Для протокола, ты единственная девушка, с которой я это сделал, и не думаю, что другая могла бы возбудить меня так, как ты, во время этого чертовски идеального зрелища.
Мой взгляд на автомате опустился на его промежность, и его огромный член смотрел на меня в ответ, вызывая новую волну тепла в моем теле. Мне было слишком жарко, учитывая, что меня только что трахнули сосулькой.
Я зарычала в ярости, злость сочилась из меня, я схватила еще одну подушку и швырнула в него. Он пригнулся, улыбаясь от уха до уха, и двинулся вперед, его колени уперлись в другую сторону дивана.
— Почему ты улыбаешься? — спросила я, ненавидя, что он выглядел довольным, как Чеширский Кот. Почему я не могу залезть ему под кожу, как он мне?
— Потому что ты чертовски горячая для меня, это невероятно.
Я уставилась на него, схватила еще одну подушку и перелезла через спинку дивана, чтобы встать над ним. Я выплеснула свою ярость, ударив его по голове, пока он от души смеялся, принимая каждый удар, который я ему наносила.
В конце концов он выхватил подушку из моих рук, его смех стих, и он бросил на меня взгляд, которым мог бы сжечь целый лес.
— Хочешь причинить мне боль, принцесса, тогда используй свои руки, когти и зубы. Я хочу почувствовать твою ненависть из первых рук. Я хочу попробовать свою кровь на твоей коже.
— Ты чокнутый, — прорычала я, пихая его в его дурацкие огромные плечи. Он даже не отреагировал, поэтому вместо этого я изо всех сил ударила его по лицу. Он облизал разбитую губу, и мое сердце подпрыгнуло от болезненного удовлетворения.
— Поцелуй ее лучше, — потребовал он низким тоном.
Я сглотнула комок в горле, мой взгляд упал на его рот, и мой пульс снова ускорился. Боже, я хотела его. Было несправедливо, как больно было не иметь его. И я уже зашла так далеко.
Так, к черту это.
Я кинулась в его объятия, прижалась губами к его губам, и он жадно зарычал, схватив меня за талию и крепко прижимая к себе. Его кровь попала на мой язык, металлический привкус заставил меня застонать. Мой гнев перешёл в желание, слившись в неудержимое существо, завладевшее моим телом и душой.