Парс Фортуны

Больше всего мне хотелось позвонить Нине, чтобы она меня быстро продиагностировала. Но говорить противному Кириллу «подожди немного, я только девушке позвоню» странно. Поэтому, сделав шутовской жест рукой, я «галантно» пропустил противника вперёд, к двери. А сам, задержавшись, обернулся к Анечке:
– Аня, вы уверены… – я сделал многозначительную паузу, с удовлетворением отметив про себя, как вздрогнула девушка при моих словах, а Кирилл, сделавший несколько шагов вперёд, подпрыгнул и вернулся, – что вам не нужна помощь… – ещё более длинная пауза, во время которой Анечка покраснела, а «птичка» побагровела, – с чаем?
  
Это было лишним. Но от шпильки не удержался. Зато теперь я точно знал, что в моей помощи и защите (от Кирилла) никто не нуждается. Студентка посмотрела на меня исподлобья:
– Николай, Кирилл просто хотел сказать вам пару слов, – зачем-то пустилась она в фальшивые объяснения.
– О том, почему считает нормальным поднять руку на женщину? – невинно спросил я, подняв брови.
– Да ты за бабью юбку спрятаться решил? – моментально вмешался Кирилл, снова растеряв навыки нормальной речи. – Передумал выходить, так и скажи! Чего волынку тянуть?
Услышав про «волынку» от бабушки или Майи Фёдоровны, я бы не удивился. Но Кирилл… Однако какой у него интересный словарный запас. Между тем в коридоре раздались шаги. Едва услышав их, мы втроём дружно захлопнули рты. Показалась Майя Фёдоровна.
– Ну же, молодёжь, – укоризненно улыбнулась она, – вас только за смертью посылать.
Всё это время я внимательно наблюдал за Анечкой и успел заметить, как сверкнули её глаза от этой невинной старой шутки.
– Проходите в гостиную, молодые люди, – качнула пожилая леди головой, – неприлично так долго стоять в коридоре. Мы с Анечкой сами всё организуем.
– Мы ща за соком сбегаем, – развязно влезла «птичка», – скоро будем.
Теперь уже в глазах Майи Фёдоровны мелькнуло странное выражение, и она непреклонно заявила:
– Благодарю, но у меня достаточно прохладительных напитков, соков в том числе. Кирилл, пройдите за стол. Николай, помогите нам достать из холодильника…
Хозяйка не успела договорить, как мой противник перебил её:
– Ну нет, я свою девушку с ним не оставлю.
– Кирилл! – топнула ногой Анечка.
Майя Фёдоровна негромко кашлянула. В коридоре наступила мёртвая тишина. Очень тихим, но отлично поставленным голосом хозяйка отчеканила, глядя сквозь Кирилла, словно он больше не заслуживал даже её взгляда:
– Молодой человек, свои порядки можете устанавливать где угодно, но не у меня в гостях. Признаться, это Аня настояла на том, чтобы вы присутствовали на сегодняшнем обеде. И хотя то, что я скажу, нарушает все мои жизненные правила, позволю себе высказаться – вам стоит поучиться учтивости и вежливости. Либо ведёте себя как подобает, приносите искренние извинения всем присутствующим, после чего остаётесь, либо немедленно и навсегда покидаете мою квартиру.
Я старался держать в поле зрения всех действующих лиц и заметил, как Анечка и Кирилл обменялись быстрыми взглядами, и девушка едва заметно кивнула.
– Простите, Майя Фёдоровна, я позволил себе лишнее, – церемонно, словно внутри «птички» щёлкнул переключатель и это теперь говорил совершенно другой человек, ответил Анин возлюбленный. – Всё было изумительно. Но мне и правда пора. Дорогая, – обратился он к Анечке, – я заеду за тобой попозже.
Но теперь уже я был не готов так просто отпустить Кирилла. Нужно было выяснить, что этой парочке от меня нужно. Если они так во мне заинтересованы, что решили даже опоить, то рано или поздно ребята меня найдут, в каком состоянии – неизвестно. Лучше выяснить всё «не отходя от кассы».
Поэтому я подождал, пока дамы скроются на кухне, а Кирилл за квартирной дверью, и бросился за ним. Некрасиво, конечно, но куда деваться. Принесу свои извинения Майе Фёдоровне позже.
– Не торопись, – окликнул я парня, который начал спускаться по лестнице (здоровый образ жизни, что ли, решил вести?), – я тут.
«Птичка» ничем не выказала своего удивления. Кирилл спокойно поднялся обратно, вызвал лифт и выжидающе уставился на меня. Я оправдал его надежды, ответив столь же наглым взглядом в упор. Лифт приехал, мы шагнули в него в полном молчании, каким-то невероятным чудом протиснувшись вдвоём в не слишком широкий проём двери.
– Отойдём подальше? – спросил Кирилл.
Я пожал плечами. Мы прошли арку, какие-то дворы, футбольное поле. «Птичка» привела меня на школьный двор, который пустовал воскресным днём.
– Я не собираюсь с тобой драться, – неожиданно мирно проговорила Анина худшая половина. – Ты можешь честно ответить, зачем ты лезешь к моей девушке?
– Простая вежливость. Поблагодарил за чистый стакан, – я не видел причин скрывать очевидное.
– Не, я про этот стрёмный званый обед. Ты в курсе, что его затеяли, чтобы вас свести?
– Догадался, – и тут я не стал отрицать. – Вроде как нас хотели познакомить. Но я сразу дал понять, что абсолютно не заинтересован. Пришёл из вежливости.
– Откуда ж ты такой вежливый взялся? – сплюнул себе под ноги Кирилл.
– Это все вопросы? – холодно поинтересовался я, давая понять, что если «птичка» не намерена махать кулаками, то пора бы и честь знать.
– Да ладно, – парень «дружески» хлопнул меня по плечу. – Я ж вижу, ты нормальный парень, свой в доску, – он осклабился и без перехода спросил: – А что ты тогда делал у Аниной двери в день убийства?
Я насторожился. Озвучил версию, выданную Анечке:
– Ждал Майю Фёдоровну.
Только вот девушка рассказала об этом за столом. Почему Кирилл задал такой странный вопрос? Мужчина вообще вёл себя очень странно. Я припомнил слова, которые он сказал Анечке: «Пара приёмов, пощада, потом откровенный разговор». Как мне тогда показалось, «птичка» считала, что, опоив меня, ей будет достаточно пары приёмов, чтобы уложить меня на обе лопатки, пощадить, а затем я с чего-то должен был разоткровенничаться. Но всё шло не по плану.
Парень вовсе отказался от драки. Почему он передумал? Испугался? Странно, вводные данные-то не изменились.
– Да как так-то! – в сердцах воскликнул Анин возлюбленный. – А когда ты первый раз с девкой переспал?
– Ты про Аню?! – изумился я.
– Нет, вообще про твой первый раз!
После этого вопроса я всерьёз усомнился в рассудке Кирилла. Но решил лишний раз не выводить из себя сумасшедшего, а потому назвал первый пришедший в голову возраст:
– В шестнадцать.
Парень схватился за голову и едва слышно пробормотал:
– Ну тут же работает!
Я внимательно наблюдал за его на глазах прогрессирующей шизофренией.
– А зачем ты ждал Майю Фёдоровну?
Да, дело плохо. Выпученные глаза, расширенные зрачки, неровное дыхание.
– Кирилл, с тобой всё хорошо?
– Всё со мной зашибись, – буркнула «птичка». – Так зачем?
– Договорились встретиться, – я пожал плечами.
– Да быть этого не может! А сколько у тебя денег на счету?
Такого вопроса я не ожидал даже от спятившего парня, а потому, не удержавшись, хмыкнул. Чем ожидаемо привёл сумасшедшего в ещё большую ярость. Он покраснел как рак, сжимая и разжимая кулаки. И наконец выпалил:
– Отвечать будешь?
– Сто тысяч, – ответил я, даже не соврав. Ненормальный парень же не уточнил, какой именно из счетов его интересует.
– Да ё-моё, ну работает же, – снова пробормотал Кирилл.
Когда мужчина ударил Анечку, я горел праведным гневом и желанием покарать абьюзера. Но невольно подслушал разговор сладкой парочки, и желание защищать девушку и лезть в чужие отношения пропало. Согласитесь, нелегко впрягаться за человека, который строит какие-то козни за твоей спиной.
  
Поэтому единственная причина, по которой я находился в обществе «птички», – желание узнать, что именно негодяи затеяли. Но по всему выходило, что Кирилл то ли обкурился, то ли внезапно спятил, а потому продолжать разговор бессмысленно. Надо сваливать.
Парень всё это время топтался на месте, что-то неразборчиво бормоча себе под нос. Только я решил объявить ему, что ухожу, как Кирилл повёл себя совсем уж странно. Схватил меня за руку и горячо прошептал: