НеТемный 3 (СИ)

Я старательно смотрел через его глаза, но меня отвлёк рыбный запах. Точнее, он отвлекал теневого щенка… Кутень с величайшим удовольствием втягивал его, и для меня стало дикой неожиданностью, что церберы любят рыбу.
Ну какой Тёмный Жрец мог предположить, что одно из страшнейших исчадий Тьмы может любить рыбу? Откуда вообще в великой и всепоглощающей, в необъятной и безжалостной… откуда во Тьме рыба?
— Ням-ням-ням! — возмущённо поклацал цербер у меня перед носом, передавая мне всю глубину своего голода.
Виол вздрогнул, он ещё не мог привыкнуть, что у меня есть разумный кусок тени, который неожиданно громко может тявкать.
Хмм… А теневого цербера что, надо ещё и кормить? Я задумчиво посмотрел вниз, туда, где из-за поворота тянулся запах рыбы, и передал церберу мысль, что, если он так уж желает, то может и стащить себе чего-нибудь.
Кутень метнулся, сразу же исчезнув за поворотом. Вдоль акведука падала тень, и цербер прекрасно себя здесь чувствовал.
Перед тем, как улететь, он вдруг передал мне, что из одного из проходов немного пахнуло чесноком. Он наспех влетел в него, никого не заметил, вылетел и унёсся дальше, даже не дослушав мою ответную мысль.
— Да ну твою же… — выругался я, протянув следом руку, а потом уставился на тот проход, который приметил Кутень.
Проход был ниже по проулку, и там мы ещё ничего не смотрели. Но оттуда ничего и не было слышно.
Неужели снова чеснок? Я почуял, как на моём варварском загривке дыбится невидимая шерсть.
За стеной тут рынок, с которого доносится много запахов, чесноком могло потянуть и оттуда. А уж пряных специй на рынке и не счесть, тем более, в портовом городе… Наверняка свозят их со всей Тахасмии. Насколько я помню, так называется этот континент.
Может быть, я преувеличиваю? Может, это просто паранойя?
Нет, Десятый сначала проверит все самые опасные теории, а потом уже будет корить себя за излишнюю осторожность. Чтобы не попасть впросак, всегда следует предполагать, что враг сильнее и умнее.
— Слушай, — прошептал я, поудобнее перехватывая топорище, и тихо двинулся вниз.
— Что слушать?
Бард замешкался, не зная, что оставить в руках — то ли кинжал, то ли лютню. При этом ещё и свой свёрток с кольчугой не уронить.
— Всё, что услышишь. Я чувствую силы зла… — сказал я нарочито громко.
Бард скривился, не понимая, откуда у меня взялось столько пафоса.
Я хотел послать чёткий мысленный приказ Кутеню вернуться, но вдруг понял, что не могу. Одновременно меня охватил жар, так бросская кровь отреагировала на тёмную магию.
Это меня удивило, и я замер… Может ли это быть Тёмная Аура? Только её обладатель способен перехватить или заглушить мысленный контроль над существом из Тьмы.
Нет… Такого не может быть. Скорее всего, это какой-нибудь амулет, заряженный сильным тёмным магом. Но следовало предположить самое худшее. И кто же за мной пришёл? Неужели Бездна прислала самого Первого?
Мне прекрасно было известно, что если это Первый Жрец, то мы — трупы. И я, и Виол… Да и вообще вся рыночная площадь будет завалена трупами, Первый бы не мелочился. Но он бы и не поджидал меня в тёмном переулке.
Я заглянул в первый тоннель. Всего через двадцать шагов в пятне света виднелась мельтешащая толпа и край какой-то палатки.
Пройдя вдоль стены дальше, я заглянул во второй… Никого, хоть и темень, потому что с той стороны чья-то лавка вообще закрыла вход.
Я чётко помнил, что Кутень мне показал — чесноком тянуло из следующего. Но я не спешил.
Осторожно, шаг за шагом я приблизился к нужной арке. Чуть отступив от неё, я сделал шаг и заглянул. Всё, как и показывал Кутень… Пусто.
Может, это и глупо, лезть в руки своему потенциальному убийце. Но, если учесть, что я толком не знаю своей миссии в этом мире, любой мой враг сможет пролить свет на эти вопросы. Ведь если мы враги, значит, я в чём-то мешаю. И значит, то, чему я мешаю — и есть моя цель.
Вот так, по крупицам лишний раз подтверждая свою миссию, я буду уверен, что иду в правильном направлении.
«Ты не должен идти в храм в бросских горах!» — прохрипит мне в лицо убийца перед тем, как сдохнуть. Значит, тогда я точно туда пойду.
 
«Мы должны убить принцессу!»… Значит, я и вправду должен её спасти.
Или вообще скажут: «Мы пришли спасти от тебя Виола, это он приведёт в этот мир Бездну!» И тогда я буду точно знать, что мне надо свернуть шею барду…
Виол, заглядывающий под арку, как раз обернулся на меня.
— Что? — растерянно спросил он, так ему не понравился мой взгляд.
— Ничего, — хмыкнул я.
Как я заметил движение за его спиной, я так и не понял… Стена между двумя арочными проходами была с таким же характерным вонючим пятном на каменной кладке. Естественно, лишний раз прикасаться к нему не хотелось.
Вот только оно шевельнулось. Может, это и паранойя, а может… Нет, это Магия Тени, и за её завесой скрывается шпион. Теперь я чую запах этой магии, просто его трудно было разобрать в общей вони, царящей здесь.
Я хотел протаранить пятно ногой, вот только на миг мне показалось, что тело Малуша засопротивлялось. Что не так? Лиственная праведность взыграла? Да я аккуратно, не буду грудину ломать…
— Чесноком воняет, — буркнул Виол.
— Ох, что-то мне поплохело, — ответил я, старательно не глядя на пятно и на всякий случай вставая так, чтобы бард закрывал меня от него, — Голова кружится.
Если что, я постараюсь дотащить тело барда до целителя… Отец-Небо, обещаю.
И в этот момент тень метнулась ко мне, резко оформляясь в человеческую фигуру. Это был толстый человек в чёрном балахоне из странной пестрящей ткани…
Хорошо быть варваром. Звериная сила и ловкость означали и отличную реакцию, и всё происходящее показалось мне даже чуть замедленным.
Незнакомец отталкивает замешкавшегося барда, прыгая на меня. С хищной ухмылкой я откидываю свёрток и оттягиваю руку с топорищем, собираясь как следует приложить толстяка.
Капюшон чуть съезжает, и я вижу глаза, которые смотрят на меня с фанатичным блеском. Толстяк разводит руки, словно хочет обнять, и в них нет оружия. Но ткань балахона от скорости натягивается, и под ней проявляется что-то странное…
И тут я понимаю, что это не толстяк. Просто балахон очень просторный, словно незнакомец одел на себя кольчугу из торчащих во все стороны тонких колец и штырей. Это мне очень не понравилось… Очень-очень!
Смердящий свет, это не понравилось мне так сильно, что в последний момент я подгибаю колени, падая на лопатки… и проваливаюсь прямо в сточную канавку, крепко приложившись затылком.
Подо мной раздаётся плеск, я чувствую, как вонючая жижа промачивает мою новую и такую шикарную рубаху. А прямо надо мной проносится этот незнакомец…
Несмотря на звенящий затылок, я, перекатившись набок, сразу вскочил.
Лже-толстяк, по инерции перепрыгнув через меня, пробежался несколько шагов, потом обернулся… и тут же снова метнулся ко мне. Лавируя пьяными зигзагами, он едва не обманул меня, наметив атаку рукой слева, но тут же нырнул мне под ноги, группируясь. При этом он в последний момент повернулся спиной, собираясь просто врезаться мне в коленки.
Как мне удалось перепрыгнуть его, я сам не понял, но своими коленками я себе чуть подбородок не расшиб, до того я задрал ноги. При этом я знал, что уже два раза бы смог вырубить противника, если бы дал ему приблизиться. Но какая-то часть моего сознания прямо верещала, что я всё правильно делаю.
Тем более, нырнув мне под ноги, убийца практически не коснулся земли туловищем… ну или той конструкцией, которая у него была на нём. Он умело оттолкнулся руками и ногами и через миг снова вскочил.
— Эй! — бард уже встал и угрожающе выставил кинжал, — Стоять! Ещё движение, и я зову стражу!
Противник оглянулся лишь раз, а потом, резко крутанувшись, с разворота ногой хлестнул Виола по щеке. Вот это скорость! Бард даже не успел дёрнуться, голова у него беспомощно мотнулась, и он, отправившись в нокаут, осел на колени.