История, любовь и шоколад (СИ)

— На телефонный звонок можно было ответить, а вдруг бы ты приехала, а меня больше не было, а?
— Не говори глупости, Элла, — уставшая Вика упала на белый кожаный диван на кухне.
Женщина тоже успокоилась и теперь стала раскладывать сладости, чтобы обсудить происходящее за чаем. По этому Вика и скучала в больнице, оставаясь постоянно наедине со своими мыслями.
— По крайней мере, я поняла, что быть постоянно одной не так уж и хорошо. Я могу сосредоточиться, но какие-то мысли постоянно пытаются отвлечь не меньше надоедливых соседей.
— Надоедливых соседей?! — восприняла всё на свой счёт Элла.
— Оу, прости, я не про тебя, а в общем.
Вика рассказала о случившемся с самого начала, только умолчала о том, что всё это время сводило с ума. Когда в памяти вновь всплыли прикосновения Виктора, Вика моментально схватилась за чашку горячего чая и обожгла себе губы.
— Ох!
— Аккуратней, цветочек.
— Элла, у меня же имя есть, — Вику стало немного злить, что уже практически не осталось людей, что называют её по имени, а оно ей нравилось.
Особенно нравилось, когда его произносил определённый человек. До этого девушка и не думала, что всё зависит от того, кто зовёт тебя.
— Лучше скажи мне, что репетитор забыл у тебя в палате на следующий день? — брови Эллы сошлись на переносице.
Девушка стала внимательно наблюдать за подругой. Её сердце под маечкой стало учащенно биться, а щеки наверняка покраснели. Еще она словила себя на том, что слишком часто дышит.
— Будь аккуратней с ним. Это шутки шутками, конечно, но он парень всё-таки взрослый…
— С чего ты взяла, что ему от меня что-то нужно, как от девушки?
Вика почувствовала укол в сердце. Она не хотела врать Элле, возможно, что-то не договаривать, но врать или притворяться было ужасней всего.
— Он творческая личность, Вика, а если еще и популярная…
— Очень, — глухо произнесла Цветаева и опустила вновь взгляд в чашку, когда столкнулась с изумрудными глазами женщины напротив.
— У таких крыша часто едет. Они сам не знают, чего хотят со временем. Вскружит голову, не заметишь, а потом страдать будешь.
— Удивительно, что ты мне это говоришь, — улыбнулась Вика слишком широко и счастливо, — ты же такая романтичная душа. Я ожидала, что ты будешь ждать развития наших «отношений».
— Но не с ним. В отличие от обычного парня, у звезды есть один большой минус: ты будешь постоянно о нём слышать, его видеть. Все будут говорить о нём, пока он будет популярен, а теперь представь, что будет, если не сложится? Боль будет преследовать постоянно… — последнее, что серьёзно сказала Элла, а после тоже улыбнулась. — А так я очень хочу увидеть тебя счастливой с кем-то, мой маленький цветочек.
— Ничего не было и не будет Элла, — Вика серьёзно посмотрела на подругу, чтобы та не усомнилась в её словах. — И еще, твоя романтичная душа может не беспокоиться, Виктор скоро вновь вернётся на сцену.
Вика поставила пустую чашку на стол и встала из-за стола, чтобы обнять Эллу. Она поняла, что про поцелуй ей всё-таки рассказать некому…
В понедельник утром сердце Вики вновь забилось быстрее. И не из-за разбудившего её будильника. Он никак не помешал сну, потому что за ночь девушка так и не сомкнула глаз, а теперь их ужасно резало изнутри, и не покидало чувство, что в них засыпали песок.
Собрав несколько тетрадок со стола, она еще раз проверила телефон, на который так и не пришли сообщения от репетитора.
Школа встретила балаганом в коридоре, криком младшеклассников и неожиданным появлением из-за спины счастливой Ниловой.
— Цветоооочек! Я так соскучилась!
Девушка вовремя увернулась, из-за чего рыжеволосая подруга полетела с объятиями в противоположную сторону.
— И тебе привет, Яна.
Они обе вошли в класс и там уже встретили Нюшу, которая спала за партой. Вике показалось отличной идеей последовать примеру подруги, поэтому, разложив вещи, она тоже сложила под собой руки и положила на них голову.
Звуки стали постепенно утихать, раздалось только тихое приветствие Никиты, который аккуратно разложил и свои вещи, потом вышел из класса к друзьям.
 
Вику даже не волновало, что первый урок истории. Наконец-то появившееся желание спать казалось важнее и только что прозвеневшего звонка.
Все стали забегать в класс, рассаживаться по местам, кто-то зацепил бедром локоть спящей девушки, которая даже и на это не подняла головы.
«Интересно, Михаил Андреевич простит меня, если я посплю на его уроке?»
Тишина наступила, как только дверь открылась. Вика лениво оторвала голову от парты и открыла глаза…
— Доброе утро, одиннадцатый «А», я Виктор Владимирович, ваш временный классный руководитель и учитель истории и обществоведения.
Парень в чёрных брюках и серой толстовке с журналом в руке уверенно подошёл к учительскому столу и стал оглядывать класс.
— Как вас много… — тихо прошептал он себе под нос, но Вика, что не могла оторвать взгляда от своего репетитора, всё расслышала.
— Сперва я познакомлюсь со всеми вами, затем расскажу, как будут проходить занятия. Говорю сразу, меня не интересует, важен вам этот предмет или нет, мне нужно, что бы уровень знаний в отсутствие вашего учителя не упал, а, значит, учить вы будете все и всё, понятно?
— Да, — раздалось тихо по классу, а после какой-то шёпот.
— Как-то неубедительно, — усмехнулся парень.
Вика продолжала смотреть на того, кто сам на себя не был похож. Возможно, если волосы слегка пригладить, стиль одежды немного сменить и вернуть осанку в виде вопросительного знака…
— Начнём с вас, ребята, — обратился парень к противоположному от учительского стола ряду, где сидели два парня, игравшие в крестики-нолики. Их не сильно впечатлило даже появление нового учителя. Цветаеву удивляло, как уверенно и умело Виктор держится на публике, а после она вспомнила, кто перед ней такой.
— Я Никита, — услышала Вика рядом с собой и немного вздрогнула.
Она посмотрела на профиль своего соседа по парте, а после в тёмные глаза того, кто теперь принял статус её учителя. Виктор с полуулыбкой выслушал пару интересов парня, а после посмотрел на девушку.
— Я… Виктория. Люблю детективы и историю, не люблю ложь.
— Значит, мы подружимся, — улыбка парня стала шире, а внутри девушки вновь стало быстро биться сердце.
Виктор сел за свой стол и стал просматривать журнал. Вика понимала, что совсем нехорошо так внимательно смотреть на того, кто сидит прямо перед ней, но она впервые в жизни ничего не могла с собой поделать.
-Лебедева Алина, выходите к доске.
Что же, желание Цветаевой сбылось, она смогла даже голову повернуть в сторону двоюродной сестры, которая неуверенно шла с конца класса к доске всем на обозрение.
— Напомни, пожалуйста, тему сегодняшнего занятия…
Это стало единственным, что Алина смогла произнести за половину урока, которую Виктор её спрашивал.
— Ладно, больше мне нечего вам сказать, а вам мне?
— А есть что?
Вика чувствовала, как сейчас точно выскочи её сердце. Неужели из-за того сообщения, что она оправила ему по ошибке, он так мучает её двоюродную сестру. Неужели тот поцелуй действительно что-то значил?
Сколько этих «неужели» промелькнуло в её голове за тот короткий промежуток, пока Алина искала нужные слова.
— Например, попросить прощения, для начала. Было бы неплохо, — пожал плечами Виктор и откинулся на стуле, скрестив руки на груди.
Вика чуть не раскрыла рот, и с еще большими от удивления глазами стала смотреть на двоюродную сестру.
— За что? — не поняла та.
Виктор лишь на мгновение пересёкся взглядом с Викой, а после повернулся к отвечающей девушке.
 
— За то, что я трачу своё время на уроке, уделяю своё внимание, пока ты сидишь в телефоне и проявляешь полное неуважение. Не так-то просто держать под контролем двадцать восемь учеников. Телефон на стол и садись на место.
Алина сделала то, что её попросили, и вернулась на своё место.