Мастер печали

– Ничего.
Аннев отвел взгляд.
Крэг кивнул: мне, мол, такое слышать не впервой.
– Всем нам иногда приходится подчиняться правилам, парень. Думаешь, за забором вашей деревеньки сплошь розами пахнет? Дерьмом там пахнет и падалью, вот что я тебе скажу. С востока надвигается какая-то жуть, а бордерлундские аристократишки только и делают, что грызутся промеж собой! А про Лукуру с Квири я и вовсе молчу! Песня даже такая есть, в кабаках частенько гремит: «Воры в Квири ходят в рясах, в Лукуре – в шелковых чулках». Слыхал?
  
Аннев молча помотал головой.
– А, ну да, где бы ты ее слыхал. Так я про что: пусть и не все правила тебе по душе, зато жизнь у тебя здесь отнюдь не плоха. С голоду ты не помираешь, от головорезов и прочей швали бегать не приходится. Может, не такое уж и зло – правила эти.
«Знай ты, что из-за правил этих скоро лишишься жизни, по-другому бы заговорил».
Аннев снова напомнил себе, для чего он здесь. Не для того, чтобы ублажить древних и снискать милости Тосана – нет. Он пришел сюда потому, что хочет стать аватаром, жениться на Маюн и познать огромный мир за пределами Шаенбалу. Он хочет получить свободу, а цена ее – жизнь Крэга.
– Чего такой смурной, парень? – спросил Крэг. – Вид у тебя, что у той горгульи.
Аннев покачал головой:
– Не важно. Все равно ничего уже не изменишь.
Они приближались к небольшой поляне с торчащими по краю сухими стеблями болиголова. Рядом бежал широкий ручей. У берегов острыми осколками вздыбился лед. Пора.
– Сделаем привал, – предложил Аннев. – Напьемся, наберем воды, и ты расскажешь мне о местах, где успел побывать. Меня всегда интересовало, что творится в большом мире.
«И если я тебя убью, то смогу увидеть все это собственными глазами».
– Слава богам! – пропыхтел Крэг. – Отдых мне не помешал бы…
Тут он заметил, что Аннев на что-то отвлекся. Крэг пошарил глазами по сторонам, и тут его взгляд остановился на поляне.
Взору торговца предстало нагромождение залитых кровью камней. В центре поляны были разбросаны бесформенные останки какого-то животного.
– Сениф!
  
Глава 35
 
– Волки? – спросил Аннев, во второй раз обойдя груду камней.
– Нет. – Крэг покачал головой. – Люди.
Он ткнул посохом, который вытащил из тележки, в следы, вдавленные в мягкую землю под покрытыми инеем стеблями. Рядом лежал лук со спущенной тетивой, который показался Анневу смутно знакомым.
Бо́льшая часть туши животного лежала на каменной плите в центре прогалины. Между камнями, разбросанными вокруг плиты, валялись кишки и кости. Приблизившись к чудовищному столу, Аннев увидел морду мула, а точнее, то, что от нее осталось: глаза выколоты, губы и уши зверски оторваны от черепа, кости наполовину изглоданы.
– Может, люди здесь и проходили, но сотворить такое способно лишь дикое зверье.
– Навряд ли, – возразил Крэг. – Брюхо вспорото ножом.
Аннев подошел еще ближе и увидел в боку Сениф глубокие разрезы, длинные и аккуратные. Ребра торчали наружу, нутро было опустошено.
– Но ведь человек не стал бы грызть…
– Здесь поработал клинок.
Крэг толкнул тушу сапожищем, перевернув ее на другой бок.
– Какой зверь сожрет только ливер, а мясо оставит нетронутым?
Он медленно обошел поляну по периметру, изучая каждый отпечаток на земле, каждый перевернутый камень и сломанный стебель. Затем вернулся к туше и, ткнув посохом груду камней, на которой покоилась плита с останками Сениф, спросил:
– Какие соображения, парень?
– Похоже на алтарь, вот только я раньше не видел таких.
Крэг подергал себя за бороду.
– Поясни.
Аннев еще раз обошел плиту: может, он что-то упустил из вида?
– Это не даритский алтарь – иначе вокруг него был бы желоб с водой; и не илюмитский – я нигде не вижу следов огня. А вот кровь указывает на то, что алтарь возведен терранцами – но в Чаще терранцев нет. Они живут в Восточной Дароэе, за Бордерлундом и рекой Куар.
Он внимательно осмотрел землю. Помимо их с Крэгом следов, он заметил еще одни, вокруг алтаря.
– Похожи на отпечатки копыт. Это могла быть Сениф?
Торговец хмуро кивнул:
– Вполне. – Он показал на копыта мула. – Они даже подковы с нее сняли.
– Разбойники?
– Разве что вконец обнищавшие. Или попросту кретины. Зачем воровать мула ради железных подков, если у хозяина в кошельке золото звенит?
Крэг пожевал трубку, что-то бурча себе под нос.
– Крэг? – окликнул его Аннев, осторожно ступая между окровавленных булыжников. – Нам лучше уйти. Вдруг тот… то, что это сотворило, до сих пор где-то рядом?
Крэг задумчиво смотрел на тропу, по которой они пришли.
– Ты сказал, что ты – «не совсем помощник священника». Получается, наполовину помощник. – Он медленно повернул голову и устремил на Аннева мрачный взгляд. – А наполовину кто?
– Да чего ты… – начал было Аннев, но осекся и через мгновение задал другой вопрос: – Что мы здесь делаем, Крэг? Давай уйдем!
– А если я хочу подождать, пока не вернется сволочь, что распотрошила моего мула?
Аннев обернулся, ожидая увидеть на лице торговца знакомую ухмылку, однако увидел только его затылок. Крэг хищно всматривался вглубь леса, и впервые Аннев почувствовал, что от этого человека исходит опасность. Его поведение, манера управляться с посохом, даже то, как он наклонял голову, прислушиваясь, – все это никак не вязалось с образом обычного торговца, случайно заплутавшего в лесу. Тут Крэг резко повернулся, и Аннева прошиб холодный пот.
«Боги, он все знает… Или, по крайней мере, догадывается…»
Его взгляд задержался на одном из залитых кровью камней. Лучшего шанса уже не будет. Аннев нагнулся и поднял камень, одну из сторон которого покрывали острые зазубрины. Что ж, оружие вполне подходящее.
– Скажи-ка мне… – Голос Крэга треснул, как сухая ветка. – Чем ты занимаешься в своей деревне? Помимо того, что помогаешь священнику?
Аннев так и застыл с камнем в руке, увидев, как переменился этот добродушный толстяк. Крэг почти трясся от ярости; он жаждал крови, изнывал от желания прикончить того мясника, что растерзал его мула. И Аннев не сомневался, что ему это удастся. Движения Крэга выдавали в нем воина, профессионального убийцу. Гибель Сениф лишь пробудила дремлющие инстинкты.
Аннев подошел к алтарю и положил камень на истерзанные останки.
– Мастера в Академии называют нас аватарами суда.
– Аватары, значит… – произнес Крэг, не спуская с него глаз. – Ишь ты, как важно звучит. Мастера ваши, вижу, любят повыпендриваться. – Он поскреб щеку пальцами в пятнах чернил. – И что вы делаете? Скачете на крылатых пони, возвещая миру волю Одара?
Аннев взял еще один камень и положил рядом с первым.
– В основном учимся.
– Учитесь сражаться?
И вновь Аннев поразился проницательности торговца.
– Да.
– Сражаться… и убивать?
– Да, – без промедления ответил Аннев, уже готовый к вопросу.
Однако руки с камня не убрал и краем глаза продолжил следить за Крэгом.
– Это хорошо.
Аннев удивленно приподнял бровь.
«Он что, и правда ждет, что я на него нападу?»
Он быстро взял еще один камень. Дело принимало совсем скверный оборот.
– Мы не только тренируемся, – сказал он. – Еще нас учат добывать разные предметы. Магические предметы.
– Магические? – Крэг прислонил посох к дереву и, не отводя глаз от парня, принялся набивать трубку. – Очень любопытно. Как вы, интересно, о них узнаете, если безвылазно сидите в своей деревеньке? Погоди, не отвечай, дай сам догадаюсь.
В руке у него появилось кресало и кусочек ветоши. Крэг поджег ветошь над чашей и, раскурив трубку, убрал все в карман.
  
– У вас должны быть осведомители, – произнес он между затяжками. – В Баноке. В Лукуре. В Квири. Это само собой. Но как вы с ними держите связь?
Аннев пожал плечами. Озадачил его не сам вопрос, а игра, которую вел с ним торговец.