Любовь в академии (СИ)

Базовые символы иных стихий, которые в этой части Альтаса считались сопутствующими лидирующей огненной стихии. Все эти знаки медленно вычерчивались перед моими глазами, а ощущения при этом — словно кто-то выводил их острым пером прямо на моей коже. Голова раскалывалась от боли, в глазах появилась сухость и “песок”. Я смотрела в окно, но не видела ни толпящихся внизу адептов, ни тренировочной площадки, ни самого парка. Мой взгляд был прикован к магическим символам, подмечал каждый фрагмент рун, нарисованных с такой тщательностью, словно над знаками потрудился виртуозный каллиграф.
Когда же невидимое перо начертило очередной знак огня, я не выдержала и оттолкнула его от себя. Это был жест отчаяния, я просто отпихнула от себя руну, сводящую меня с ума. И я точно крышей поехала, потому что знак огня вдруг полетел прочь, наливаясь оранжевым светом, а потом рассыпался снопом ярких искр.
Или это искрило в моих глазах? Мигрень сделалась такой невыносимой, что во рту разлилась гадкая горечь.
И новая руна. Она снова возникла в моей голове и залипла в ней, не давая думать ни о чем другом. Удивительно, как Хвостика услышала:
— Держись, Любаш, я за помощью.
Держаться…
Чтобы устоять на ногах, я ухватилась за стену, и тут же на ней стал проявляться тот самый символ, что я только что видела. Попыталась его мысленно стереть, но руна не поддавалась и упорно прорисовывалась…
— Если ты сейчас покроешь эту стену коркой льда, многие заинтересуются, как маг огня смог активировать этот символ.
Знак льда.
Его я даже не пыталась рисовать  в тетради, просто вчера увидела в справочнике магистра Арда. Внезапно я поняла, что большая часть рун, устроивших дискотеку в моей голове, были из того справочника. Госпожа Филария не рассказывала о них на лекции, но я все равно их помнила…
— Так, Цветочек, придется перенести тебя на более укромную полянку, — твердо объявил кто-то стоящий совсем рядом.
Ещё бы я могла сосредоточиться на его голосе. Какая-то поляна, цветы…
Знак земли я создала и активировала так быстро, что сама не поняла, как это произошло, а в сочетании с руной льда получилась потрясающая комбинация, заставившая чистенькую стену покрыться гадким черным грибком.
— Мама… — испуганно прошептала я.
— На маму не претендую, в родственники не набиваюсь, но если ты меня сейчас ударишь, придется тебя связать. Рыжий, прыгай ей на руки, чтобы они у нее были заняты.
И к моей груди прижалось нечто мягкое и тискательное, а потом уже тискать начали меня, точнее, меня очень неприлично подхватили на руки и куда-то понесли от стремительно чернеющей стены.
А в голове уже зарождалась новая руна.
— Если создашь руну в защитном коридоре, об этом тут же узнает смотритель, — пригрозил мужской голос.
Кто такой смотритель я не помнила, но то, что руну нужно удержать в голове, как-то сообразила.
— Сконцентрируйся на эмоциях, Любаш. Ухвати хотя бы одну, хоть самую пренеприятную и раскачай, — ворчал тот, кого я механически гладила по мягкой шерстке.
Эмоция. Да, ее я чувствовала. Такую терпкую и непонятную, немного с горчинкой тревоги, но если копнуть чуть глубже…
Ау!
Чьи-то зубы прикусили кончик моего уха.
— Ты что-то не то раскачиваешь, Тихоня. Продолжишь — уроню.
Норгат! Совсем обалдел!
Собственно после этого мысленного крика, я и пришла в себя и четко осознала, что дракон меня куда-то тащит, а на руках у меня мечется беспокойный Хвостик.
— Говорил я тебе, Любаша, не связывайся ты с этими волшебными добавками. И кто послушал? Правильно! Никто? Что? Вкусный был сок?
Что? Сок? Но это же…
Я зажмурилась от вспышки головной боли.
Оказывается, думать мне все еще было сложно, котелок не варил, но из него пытались убежать, словно вскипевшее молоко, магические руны.
— Норгат, оно снова… — пролепетала я.
— Знаю. Постарайся не думать. Белка, жри ее эмоции. Вот все что есть жри, иначе не донесу.
— Не могу я есть Любашу, она моя хозяйка.
— Хочешь, чтобы о ее золотом огне стало известно уже сегодня?
 
— Эх… Люба, знай, я это делаю только ради твоего блага. Предупреждаю, тупить будешь долго.
И бельчонок внезапно увеличился в размерах и меня обнял передними лапками. И сразу стало так хорошо и спокойно, шею словно уютным шарфом укутало.
— Следи за ее дыханием. Если вдруг случайно начнешь душить, я случайно что-нибудь тебе оторву, — последовала незамедлительная инструкция.
— Норгат, ты просто король предупреждений, — вяло буркнула я.
— Я принц.
— Помню. Не впечатляет.
— Благодарю, что сообщила.
— Лукавишь. Нет в вас ни капли благодарности, Ваше высочество.
— Белка, плохо стараешься, — процедил сквозь зубы Норгат.
— Я поглощаю только эмоции. А говорить ей сейчас нужно.
А почему?
Стоило мне замолчать и призадуматься, как в мыслях снова нарисовалась волшебная руна.
— Люба, ты чего? — Хвост тут же принялся меня тормошить. — А ну-ка поговори со мной. Расскажи, что ты думаешь о наглеце, который тащит тебя неведомо куда?
Подумала и выдала:
— Походка легкая, уверенная. Знает, куда несет. Руки не дрожат, так что здоровье у несуна отличное…
— Да какой я тебе несун, — прошипел Норгат.
— Несун, а не несушка. Это же не обидно. А кстати, как у драконов обстоит дело с яйцами? То есть, с вылуплением. Ваше высочество, как вы размножаетесь? Странно, раньше мне казалось, что ты шагаешь увереннее.
— Вот донесу и покажу, как мы размножаемся, — предельно нервно бросил дракон, который еще и несун.
— Не покажешь. У тебя не то настроение.
Возле моего уха отчетливо послышался скрип крепко стиснутых зубов.
И снова руна. Только я замолчала, как она снова нарисовалась перед моими глазами. Следом нарисовались два парня. Брюнет и рыжий. Они вышли к нам из разных частей коридора, заметили и сразу сделались как будто выше, внушительнее и злее.
— Норгат, куда ты тащишь, мою подопечную?! — взревел Рыжий.
— Присоединяйся — покажу. А если Азаарт не создаст над нами полог невидимости, то остальные тоже это увидят.
— Не создам! — нервно выплюнул слова тот, кого назвали Азаартом. — Я не умею.
— Это ты зря-я-я… — насмешливо бросил дракон.
Я же уловила совсем другие эмоции. Норгат относился к маскирующим чарам предельно серьезно, словно они были для него жизненно важными…
Как интересно.
— Все приходится делать самому.
И дракон раскрыл над собой зонтик. Парни слаженно заняли места рядом с Норгатом, словно телохранители. Таким образом магический зонт прикрывал всю нашу четверку. Я бы обязательно прикинула, как мы все выглядели при этом со стороны, но в этот момент очередная руна дала о себе знать, причем начала вырисовываться не в моей голове, а прямо в воздухе.
— Норгат, смотри, — обеспокоился Рыжий.
— Я уже на десяток таких полюбовался, — процедил сквозь зубы дракон.
— Откуда Люба знает руну взрывной активации? — удивился Азаарт, имя которого я уже вспомнила.
— Из справочника магистра Арда. Там много значков было, — через силу произнесла я, чувствуя, что обязана прояснить ситуацию.
Дальнейший разговор уже вели без меня. Эдмард, имя которого я тоже вспомнила, доказывал, что отец не мог мне дать что-то опасное. На что Норгат заявил, что из феникса паршивый куратор, раз его подопечная на второй день утратила контроль над силой. Эдмард фыркнул, что все проблемы у меня происходят, когда рядом крутится Норгат и еще нужно разобраться, чем мы с ним занимались.
Азаарт молчал. Причем как-то виновато.
Эдмард и Норгат продолжали спор, слаженно шагая по ступеням в парк. Я же больше и не пыталась уследить за разговором, нужно было удержать руну, которую я даже не учила!
Я точно не тренировалась рисовать ее в своей тетради, не читала о характеристиках этого знака и поэтому не знала, что от него ждать. Но раз Норгат сказал держать, я держала и сама держалась из последних сил, хотя в висках давно активизировались дятлы.