Онлайн - связь (СИ)

— Открывай, — ерзает на своем месте Мила и снимает мою трубку, которая горит входящим, — потом ответишь.
— Ладно, — осматриваюсь по сторонам, убеждаясь, что больше никто не наблюдает, и осторожно вскрываю посылку. Шуршу черной бумагой и прикусываю до боли губу.
— Вау, — слышится Милкин возглас, и она отбирает коробку.
    
Глава 07
 
Она не дает мне опомниться. Вынимает из упаковки шикарный зонт и раскрывает его.
— Вот это да, — цокает языком и осматривает подарок, — прямо как нагадала. Итальянский, дорогущий и суперпрочный.
— Красный, — констатирую и так очевидный факт и возвращаю себе пустую коробку, которую Милка неосторожно бросила на стол.
— И от кого же, от кого же этот подарок? – она округляет ротик и шевелит бровями. — У меня всего два предположения. Первое на «З», второе на «Л».
«Тебе идет красный».
Раскрываю карточку, что лежала на дне, и перечитываю ее два раза. По телу проходит жаркая волна дрожи. Лелес явно намекнул на мой лифчик. Теперь все более чем очевидно. Не просто так он пялился на меня. Действительно запал, как и предполагала Милка.
— А если он позовет на свидание? — быстро шепчет она и одним нажатием на кнопку складывает зонт.
— Свидание?
Настоящая встреча. Сердце разгоняет свой ритм все сильнее, и подступает паника. Четко понимаю, что к этому не готова и ничего не выйдет.
На самом деле я уже пробовала несколько раз выйти из зоны комфорта, но каждый раз меня ждал провал. Бывший одногруппник, коллега, с которым поболтала на корпоративе, сын маминой подруги. Они все выглядели безобидными и приятными. Мы ходили в кино или кафе, гуляли по парку, и каждый раз было одно и то же. Я что-то лепетала, вела себя зажато и неестественно, почти все время молчала. Расслабиться не получалось ни на секунду, потому что в голове стреляла лишь одна мысль о том, что должно произойти дальше — физический контакт. И они действительно пробовали. Артем поцеловал в щеку на прощание, Сергей пытался всю прогулку держать меня за руку. И каждый раз это ощущение западни, понимание того, что парень сильнее меня, а я ведь не знаю его мыслей. Ни один не перезвонил на следующий день. Со странной девчонкой продолжать знакомство было неинтересно. Да и мне не хотелось. Слишком сильный стресс.
Только в своей развратной комнате, где я в полной безопасности, мне легко. Можно болтать, смеяться, даже заниматься сексом. Как бы ужасно это ни звучало, постыдная работа для меня не только про деньги, она про свободу быть собой, хоть немного.
— А почему нет? — Милка присаживается на край моего стола и вздыхает. — Вообще не помню, чтобы ты мне рассказывала про своих парней. У тебя же нет никого?
— Нет, — складываю яркий зонт в коробку и пихаю ее на нижнюю полку, — нет у меня времени.
— Вера, — она кладет мою трубку на место, и на ней мгновенно зажигается лампочка, — так вся молодость пройдет. Не тупи, особенно когда такой классный мужик подкатил. Это же мечта любой из нас. Красавчик, не женат, не придурок и не маньяк. Думаю, если ты ему понравишься, то Колесникову он быстро хвост прижмет, — добавляет она.
— Помяни черта, — многозначительно смотрю на нее и тут же поднимаю трубку. Колесников собственной персоной выплывает из кабинета и осматривает опенспейс. Недовольно косится на Милку, которая поспешила к себе за стол, потом на меня с сальной усмешкой и направляется к Гавриловой. Та при его появлении быстро закругляется с разговором и принимается что-то ворковать.
Противно и мерзко смотреть. Она ведь тоже молода, нет и тридцати. Да еще и очень эффектная блондинка. Каково ей с этим старикашкой.
— Тебе ли осуждать, — шепчу сама себе и сосредотачиваюсь на клиенте, который вторую минуту подробно рассказывает о партии канцтоваров, которую хотел бы заказать у нас в этом месяце. Я чиркаю ручкой в блокноте, вношу правки в его пожелания и пытаюсь максимально сосредоточиться на работе.
Затем второй звонок, а потом еще один и еще. Люди на том конце трубки занимали мою голову цифрами и вопросами, так что до конца рабочего дня я о личном не думаю.
— Пора домой, — Милка склоняется над моим столом, уже готовая к выходу, — доставай свою прелесть.
Я с надеждой гляжу в окно, но там ситуация так и не изменилась, даже ухудшилась. Дождь продолжает стучать в окно.
— Сейчас, — быстро привожу в порядок свой рабочий стол и накидываю на плечи уже высохший пиджак. Вытаскиваю зонтик и прячу в сумку. Не мог этот Лелес выбрать что-нибудь не такое вызывающее.
Бросаю последний взгляд на полуопустевший опенспейс и тащусь за Милкой на выход.
Сотрудники, счастливые оттого, что рабочий день закончился, вываливали под дождь дружной толпой и рассредотачивались. Кто к метро, кто на автобусную остановку, а кому-то и на маршрутку за город.
Я вздыхаю и вытаскиваю зонт, осматриваюсь, и, заметив знакомую черную иномарку, нажимаю на кнопку. Зонт выстреливает и раскрывается плотным алым куполом.
— Класс, — восхищенно подмигивает Милка и убегает на свой автобус, а я медленно бреду в сторону метро.
— До завтра, — киваю ей и мчусь дальше.
— Класс, — восхищенно подмигивает Милка.
— До завтра, — киваю ей. Она убегает на свой автобус, а я медленно бреду в сторону метро, а потом бегу.
Зонт это хорошо, но ледяных луж никто не отменял. Новым босоножкам точно конец с этой погодой.
Уже спускаясь по ступенькам, опять оборачиваюсь на машину Лелеса. Она стоит все на том же месте, с работающим мотором. Почему не уехал? Смотрел на меня? Зачем, если вокруг намного более привлекательные женщины?
До дома добираюсь быстро и раскрываю зонт в прихожей, чтобы просушить. Принимаюсь за приготовление ужина, но все равно периодически через открытый дверной проем кухни посматриваю на алый купол на полу. Он примагничивает мой взгляд, так же, как и его хозяин тогда, у себя в кабинете.
«Нравлюсь?» – от этого вопроса и его взгляда мурашки по телу.
Неожиданно по квартире разносится звук глухого удара и обрывки ругани. Хлопаю глазами, не понимая, что происходит, и срываюсь к двери.
Заглядываю в глазок и чуть не закипаю от злости. Рабочие с каким-то диваном вписались в мою дверь. А квартира, между прочим, съемная, и дверь хозяйская. Если они ее хотя бы поцарапали, то спрашивать будут с меня.
  
Быстро открываю замок и выхожу в коридор, запахивая на себе короткий халатик.
— Вы что творите? — первым делом осматриваю свою дверь и нахожу на ней вмятину и несколько царапин. Черт, дверь же железная. Это с какой силой они умудрились ее долбануть?