Гули (ЛП)

Глен выключил фары. Он медленно тронулся с места, нащупывая выбоины на подъездной дороге, и остановился перед первым поворотом. С фонариком в одной руке и дробовиком в другой он вышел из машины и углубился в темный лес. Кто-то разговаривал? Он услышал шум, возможно, смех, который донесся до него, отраженный деревьями. Это был голос девушки.
"Подростки, - подумал он. - Еще одни подростки".
  
Но на всякий случай он оставался настороже, высматривая однолучевые фары - торговую марку браконьеров. В него даже не раз стреляли.
- А вот и олень стреляет в ответ! - была его любимая фраза, после чего он всегда выстреливал несколько пуль в воздух.
Это обычно заставляло их сбегать.
Прозвучало еще несколько слов, уточняющих пол. Одна девушка сказала:
- Ну, давай. У нас впереди не вся ночь.
"Отлично", - подумал Глен.
Он их напугает.
За первым поворотом он увидел припаркованную на дороге машину. Он низко наклонился, ступая легко, и вскоре детали транспортного средства стали более четкими. Это был большой "Линкольн", серебристый или светло-серый, и он был новый. Он осторожно приблизился к пассажирскому сиденью и прислушался.
- Приятное ощущение, - сказала девушка. - Мне это нравится.
"Надеюсь, это тебе тоже понравится", - подумал он.
Он направил фонарик на открытое пассажирское окно и включил его.
В машине находились две девушки. Они обе вскрикнули.
Глен не мог поверить своим глазам.
Девушка со стороны водителя убрала руку с брюк другой девушки. Одна из них была блондинкой, другая брюнеткой. В отчаянии блондинка натянула рубашку поверх расстегнутых джинсов.
Он еще мгновение смотрел на нее. Он моргал, пытаясь представить, что эта сцена - мираж, который может исчезнуть в мгновение ока.
Девушки перестали кричать. По выражению их лиц Глен понял, что они не очень-то рады его видеть.
- Я же говорила, что нам не следовало сюда приезжать, - сказала блондинка.
- О, заткнись, - ответила ей брюнетка.
Нахмурившись, блондинка осмелилась поднять взгляд на Глена.
- Ну, ты нас до смерти напугал, - сказала она. - Что теперь будет?
Брюнетка со стороны водителя наклонилась вперед, и на ее губах появилась такая же вызывающая ухмылка. На ней была черная футболка с белыми буквами "Философия панка, больше чем шум" по центру на уровне груди.
- Ты собираешься нас арестовать или как? - спросила она его.
Ни одной из них на вид не было больше восемнадцати.
- Что это, черт возьми, такое? - наконец смог произнести он.
- Мы собирались целоваться, - сказала блондинка.
- Вы обе девочки!
- Умно с твоей стороны, что заметил, - сказала брюнетка.
Глен посветил фонарем сзади.
- Девушки не целуются без парней. А где же парни?
- Нам парни не нравятся, - ответила брюнетка.
Это она заявила вполне убедительно. Не было ни стыда, ни смущения.
- Мы увлечены друг другом, - сказала блондинка.
"Нет, нет, перестаньте. Никто не ожидает, что я в это поверю. Я просто... не могу... поверить!"
- Почему ты так на нас смотришь? - спросила блондинка. - Невежливо так пялиться.
Брюнетка:
- Да, в чем дело? Ты никогда раньше не видел, как две девушки занимаются сексом?
- Нет, - сказал он. - Это Мэриленд, а не Калифорния.
- Мы лесби. Мы признаем это.
Глен покосился на них. Он был сбит с толку.
- Как ты можешь этого не признавать? Я только что видел, как ты вынимала руку из штанов той девушки!
- Это не повод обращаться с нами как с преступниками! - прокричала в ответ брюнетка. Ее голос эхом разнесся по лесу. - Мы не сделали ничего плохого, так что вместо того, чтобы пялиться на нас, как на пару карликов, почему бы тебе не оставить нас в покое? Если наши родители узнают об этом, они заставят нас обратиться к психиатру.
Наконец, шок начал нарастать.
- Как вы сюда попали? - спросил он. - Вы те люди, которые разрезали мои цепи?
Хмурое выражение лица блондинки сменилось гримасой.
- Мы не разрезали никаких чертовых цепей.
- Мы воспользовались одной из проселочных дорог на окраине города, - добавила брюнетка. - Мы не хотели никого обидеть.
- Да, я это понимаю, - сказал он. - Послушайте, то, что вы делаете друг с другом, - это ваше дело, но когда вы делаете это здесь, это становится моим делом. Это частная собственность, и повсюду развешаны знаки, и вы когда-нибудь задумывались, что, возможно, парень, которому принадлежит эта земля, не хочет, чтобы вы двое приходили сюда и ласкали друг друга? Как бы вам понравилось, если бы я припарковал свою машину у вас во дворе и трахнул там свою девушку?
- Ты не должен оскорблять нас, - огрызнулась брюнетка в ответ. - Знаешь, быть лесби не запрещено законом.
- Хорошо, я это понимаю. Просто идите и станьте лесби где-нибудь в другом месте.
В глазах блондинки сверкнул интерес.
- Ты хочешь сказать, что не собираешься доносить на нас? Ты не будешь сообщать нашим родителям?
- Нет, я не собираюсь доносить на вас. Просто уходите. Уезжайте тем же путем, каким приехали.
- Ты серьезно? - подтолкнула брюнетка. - Ты точно не скажешь нашим родителям?
- Я точно не скажу вашим родителям. Уходите сейчас же. Отвалите. Проваливайте. Будьте как кометы. Быстро!
Через несколько секунд они скрылись из виду, а рев их мотора оглушительно разносился в ночи. Глен сделал небольшую пометку об инциденте в своем ежедневнике, затем поднял взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как гаснут их задние фары.
Это было впервые в его карьере. Возвращаясь через лес к грузовику, он все еще не мог поверить, что это вообще произошло.
"Две девушки, - подумал он. - Новая эра наступила прямо у меня на глазах. Подожди-ка, когда Курт узнает об этом".
Неясный свет пробивался сквозь кроны деревьев. Луна сияла над головой сквозь разрыв в облаках. Глен шел вперед, инстинктивно высоко поднимая ноги, чтобы избежать невидимых веток и пней. Слишком часто из-за хитрости этого леса он падал лицом вниз.
Он тут же споткнулся и упал. Он приземлился лицом вниз.
"Глупый болван".
Он уронил дробовик и фонарик, не сумев, однако, смягчить падение. Но обо что он споткнулся? Упавшие ветки? Трухлявое бревно? Когда он попытался подняться, его рука наткнулась на что-то скользкое и твердое.
- Господи...
Запах был слабый, но ужасный. Его рука была влажной.
- Что это, черт возьми, такое? - спросил он во второй раз за ночь.
Он нашел фонарик, направил его на место, куда упал, и...
 ЧАСТЬ ВТОРАЯ 
В твоей любви - моя смерть;
почувствуй, как мое мертвое сердце бьется сильнее.
Это длится вечно,
но я могу ждать дольше.
Меня убивает, когда он прикасается к тебе,
каждый шепот, каждый поцелуй.
Но твои годы - это мои секунды,
и твои страдания - мое блаженство.
- "Трое" РОДЕРИК БАЙЕРС.
Ты никогда не узнаешь, где именно,
и ты никогда не узнаешь, когда это произойдет.
- Убийца, - шепот. - В зеркале.
И снова.
Ты никогда не узнаешь, как,
и ты никогда не узнаешь, кто именно.
Но это грядет, и грядет за тобой.
- "Двойник" Л. ЭДВАРД С.
Они не мужчины и не женщины,
они не звери и не люди;
они гули.
- Эдгар Аллан По
 ГЛАВА 17 
  
ТУК, ТУК, ТУК...
Курт поднял глаза и нахмурился. Он читал в кабинете, за его креслом мягко горела напольная лампа. На коленях он держал книгу под названием "Красная исповедь", но все страницы в ней были чистыми.