Повод для беспокойства

– Прости. Не надо было ничего говорить, – пробормотал папа.
– Господи! У тебя прекрасный дом, деньги, машина. Человек, который о тебе заботится… – Кэти разозлилась. Эту злость она приберегала для Рэя, но теперь уже не могла остановиться. – Ты живешь не зря. Хватит нести чушь.
Она не разговаривала с отцом в таком тоне уже лет десять. Надо срочно уходить.
– Я иногда начинаю задыхаться. – Отец даже не пытался вытереть слезы. – Меня прошибает пот, и я понимаю, что вот-вот случится что-то ужасное, только не знаю, что именно.
  
Кэти вспомнила. Тогда, во время ланча, он выбежал и сел в патио. Вопли Джейкоба внизу утихли.
– Это панические атаки, они у всех бывают. Ну, может, не у всех, но у многих. Ты не странный. Не особенный. Не сумасшедший. Существуют лекарства. Это можно исправить. – Ее слегка встревожил тон собственного голоса. – Тебе надо обратиться за помощью. Не только ради себя. Надо что-то делать. Нельзя быть таким эгоистом.
Кажется, она отклонилась от темы.
– Может, ты и права, – признал папа.
– Какое еще «может»? Я поговорю с мамой, она все устроит.
– Ладно.
Опять, как тогда в патио. Кэти испугала его безропотность. Отец напомнил ей немощных стариков с плохо выбритыми лицами, медленно передвигающихся по больничным коридорам с мешочками мочи на специальных тележках.
– Ладно, я пойду.
– Давай.
Ей захотелось обнять его, но это было бы уже чересчур.
– Принести тебе кофе?
– Спасибо, у меня тут запас.
– Веди себя прилично, – велела Кэти с комедийным шотландским акцентом, облегченно вздохнула и закрыла за собой дверь.
На кухне она застала идиллическую картину: бабушка кормила сидящего у нее на коленях Джейкоба шоколадным мороженым прямо из коробки. Очевидно, оно дополняло шоколадно-апельсиновое печенье в качестве анестезии.
– Ну что, как там папа? – бодрым голосом поинтересовалась мама.
Кэти всегда удивляла полная неспособность пожилых людей нормально общаться друг с другом.
– Ему нужна помощь.
– А ему ты об этом говорила?
– Да, – сказала Кэти.
– У меня шишка, – встрял Джейкоб.
Она наклонилась и обняла сына. У него даже брови были в мороженом.
– Надеюсь, ты поняла, – заметила мама, – что уговорить твоего отца что-то сделать – невозможно.
Джейкоб вырвался и начал рыться в своем рюкзаке с Бэтменом.
– А ты не уговаривай. Просто делай. Поговори с доктором Бархутяном. Отвези папу в поликлинику или попроси врача приехать домой. Делай что-то.
Мама стала закипать. Джейкоб тем временем зажал в липких пальцах кассету с «Незабываемым Рождеством» и направился в коридор.
– Ты куда собрался, медвежонок?
– Смотреть «Боба-строителя» с дедушкой.
– Плохая идея.
На лице Джейкоба отразилось отчаяние.
Может, пусть идет? У папы всего лишь депрессия. Он не выжил из ума и не глотает лампочки. Пусть пообщается с внуком.
– Ну, иди. Только веди себя хорошо. Дедушка очень устал.
– Ладно, – кивнул Джейкоб.
– И еще… – вспомнила она.
– Что?
– Не спрашивай у дедушки, умирает ли он.
– Почему?
– Это невежливо.
– Ладно. – Джейкоб посеменил к лестнице.
Кэти повернулась к маме:
– Послушай, я серьезно. Насчет папы…
Она думала, что мама возмутится и посоветует ей не лезть не в свое дело, однако та молчала.
– У него депрессия.
– Я уже поняла, – сухо ответила мама.
– Я просто хочу сказать… – Кэти понизила голос. – Пожалуйста, отвези его к врачу. Или пригласи доктора сюда. Это само не пройдет. У нас скоро свадьба, и…
Мама вздохнула и потрясла головой:
– Ты права. Мы не допустим, чтобы он делал из себя идиота.
51
Мел Гибсон висел на цепи в подвале, а какой-то китаец стегал его проводами. Джордж увлекся, и когда раздался стук в дверь, подумал, что Кэти уже вызвала доктора Бархутяна. Однако это был Джейкоб.
– Я хочу посмотреть свою кассету, – заявил он.
Джордж нащупал пульт.
– А что за кассета?
Гибсон издал душераздирающий стон и исчез.
– Про строителя Боба.
– Хорошо. – Джордж вспомнил последний визит Джейкоба. – А папа с тобой?
– Папа Рэй или папа Грэм? – уточнил Джейкоб.
Джордж испытал легкое головокружение.
– А что, и Грэм здесь? – Он уже ничему не удивлялся.
– Нет. И папы Рэя тоже нет. Он ушел… ушел и не вернулся.
– Ясно, – сказал Джордж, хотя ничего не понял. Лучше не спрашивать.
– Что там у тебя?
– Можно я посмотрю про Боба?
– Да, конечно.
Джейкоб со знанием дела извлек «Смертельное оружие», вставил свою кассету и нажал на кнопку перемотки.
Молодежь захватывает мир. Они с младенчества разбираются в технике. Вот так просыпаешься однажды утром и в полной мере осознаешь – детсадовцы понимают в технике лучше тебя, ты по сравнению с ними – пещерный человек.
Промотав рекламу, мальчик нажал «стоп» и залез к Джорджу на кровать. На сей раз от него пахло гораздо приятнее: ванилью и шоколадом. Поняв, что Джейкоб не намерен приставать к нему с разговорами о панических атаках и психологах, Джордж приободрился. Интересно, дети сходят с ума? По-настоящему, не так, как умственно отсталая девочка Хендерсонов? Наверное, им не с чего сходить, пока не дорастут до университета.
– Нажми запуск, – укоризненно посмотрел на него Джейкоб.
Джордж повиновался.
– Прости.
Заиграла веселая музыка. По снежному пейзажу под звездным небом поползли титры. Два пластмассовых оленя ускакали в сосновую рощу, и в кадр въехал игрушечный человечек на моторизованных санях. У саней было лицо.
Джейкоб засунул большой палец правой руки в рот, а левой ухватился за руку Джорджа.
Том, вышеупомянутый игрушечный человечек, вошел в дом на полярной станции и поднял трубку телефона. Экран разделился надвое. Полярнику звонил из Англии его брат, строитель Боб. Во дворе стояли паровой каток, экскаватор и кран, все с человеческими лицами.
Джордж вспомнил Дика Бартона и «Шоу болванов», лорда Снути и медведя Биффо. За прошедшие годы все стало громче, ярче, быстрее и проще. Через пятьдесят лет дети смогут удерживать внимание на каком-либо предмете не дольше воробья, и у них напрочь исчезнет воображение.
Боб танцевал на стройплощадке и пел: «Том приезжает на Рождество, Том приезжает на Рождество!»
«Наверное, я обманываю себя, – подумал Джордж. – Вероятно, старики всегда обманываются, притворяясь, что мир катится под откос. Это легче, чем признать, что ты остался позади. Жизнь уплывает вдаль, а ты сидишь на своем островке, желая ей удачи и понимая в глубине души, что тебе больше нечего ждать, кроме как болезней».
Джордж вновь посмотрел на экран. Если подумать, «Смертельное оружие» тоже достаточно банально. Боб помогал готовить городскую площадь к лазерному шоу Ленни. Джейкоб придвинулся ближе и сжал руку Джорджа.
Пока Боб работал не покладая рук, готовясь к концерту, Том задержался по дороге к паромной переправе, чтобы спасти оленя, застрявшего в расщелине, и опоздал на корабль. Теперь он не мог встретить Рождество с Бобом, который очень расстроился.
Как ни странно, Джордж тоже. Особенно когда в мультике маленький Том получил на Рождество игрушечного слона, сломал его и горько заплакал, а Боб его починил. Чуть позже Ленни (из лазерного шоу) узнал, что случилось, и полетел в своем самолете на Северный полюс, чтобы доставить Тома в Лондон на Рождество, и когда Том с Бобом воссоединились на концерте, по лицу Джорджа потекли слезы.
– Тебе грустно, дедушка? – спросил Джейкоб.
– Да, грустно, – ответил Джордж.
– Потому что ты умираешь?
– Да, поэтому.
Он обнял мальчика и прижал к себе. Через две минуты Джейкоб вырвался из его объятий и возвестил:
  
– Я хочу какать. – Слез с кровати и ушел.
Кассета закончилась, экран заполнил белый шум.
52
Кэти выдвинула стул.
– Надо заказать длинный шатер. – Мама надела очки и открыла каталог. – Он поместится. Только колышки придется вбивать по границе цветочного бордюра. Главный стол будет круглый или овальный. Получается двенадцать столов по восемь человек. Всего…