Фальшивый Итачи (СИ)

В конце концов, Какаши — это всего лишь Какаши.
Это не Мадара и не Кагуя. Даже не Момошики.
Его имя и серия эпичных провалов, которые стоят за ним, были знаковыми для меня, как для человека хорошо знакомого с миром аниме и манги Наруто. И обычно, чем меньше об этом персонаже, выживающем только за счёт чужой сюжетной брони, будет сказано, тем будет лучше для моего здравого смысла… Но явно не сегодня! Раз уж у меня выдалась такая возможность, то я собирался мысленно обругать Какаши в полной мере!
  
И в данный момент, мне показалось немного смешным, что своим отказом передать мне Шаринган, Какаши нарушил законы своей горячо любимой деревни. Он даже имел наглость сказать, что никогда не будет сотрудничать со мной ни в чём, во имя воли огня!
Я простоял пару секунд, поражаясь тому, какой же Хатаке Какаши жуткий лицемер… Когда ему это выгодно, то он говорит о воле огня, болтая о том, что те, кто бросают товарищей хуже мусора, пытаясь вести себя так, будто бы он какой-то праведник. А когда не выгодно, то Какаши смотрит сквозь пальцы на всё вокруг, как в те времена, когда возвращаясь с миссии в АНБУ вместе с прежним Итачи, Какаши просто проигнорировал Узумаки Наруто, который рылся в мусорном баке, пытаясь найти там еду, у него прямо на глазах.
Хороший Какаши человек, что тут ещё сказать? Прекрасно понимая в каком положении находится сын его учителя, Хатаке Какаши равнодушно обрёк его на страдания и голод, очевидно не считая главного героя одним из своих товарищей, предательство которого сделало бы его даже хуже чем мусор… Хотя, Узумаки Наруто в этом мире, если верить памяти прежнего Итачи, жил далеко не так плохо, как это время в его жизни изображали недалёкие авторы некоторых дерьмовых фанфиков.
Однако нельзя сказать, что сын Четвёртого Хокаге жил хорошо. По правде говоря, он сильно недоедал и довольно часто подвергался побоям со стороны жителей Листа, которые не имели и малейшего представления о том, что за существа такие, джинчуурики…
Мне стоит отметить, что сами ниндзя его не трогали. Они просто делали вид Наруто не существует.
Даже, если не считать прямого указа Хокаге, который запрещал взрослым представителям кланов вступать в контакт с Узумаки Наруто, то у ниндзя как правило имелось определённое представление о том, чьим ребёнком является нынешний сосуд для Девятихвостого… Хотя почти каждый из них делал вид, что ничего не знает из-за ещё одного дерьмового указа Третьего Хокаге, который запрещал разглашать любую информацию о Узумаки Наруто. Не говоря уже о том, что обученные ниндзя на самом деле имели, хотя бы общее представление об истинной сущности джинчуурики, а потому ниндзя Листа не были склонны винить потенциального спасителя мира во всех смертных грехах.
Возвращаясь к теме Шарингана, согласно законом деревни Скрытого Листа, глаза Обито — моя собственность, как главы клана Учиха! А поскольку я единственный член этого клана, то я, естественно, его глава. И как глава клана, у меня есть право распоряжаться имуществом клана, в том числе и такими вещами как «додзюцу», принимая решения о временной передачи или же возвращению глаза законному владельцу… то есть мне!
Забавно, что в законах не прописано то, что ниндзя-отступник не может быть главой клана. Впрочем, во время основания деревни, никто, скорее всего не смог бы представить, что глава одного из кланов- основателей Листа станет предателем. Или что предатель, истребивший свой клан объявит себя его главой. И так, этот вариант, был попросту не предусмотрен гениальным Тобирамой Сенджу, который оказался главным законотворцем как деревни Скрытого Листа, так и страны Огня в целом.
В тот момент, глядя на Какаши сверху вниз, я заколебался, но, в конце концов, решил не убивать его. Дело в том, что теперь в этом мире не было никого, кто бы представлял какую либо угрозу для меня, кроме главного героя, его соперника и членов клана Ооцуцуки. Какаши же… он уже исчерпал свой потенциал и едва ли мог быть воспринят в качестве угрозы для кого-то вроде меня… Особенно теперь, когда я забрал его Мангекью Шаринган себе.
— Временами мне кажется, что я всё ещё слишком добр! — пробормотал я, издав печальный вздох.
Развернувшись, я шагнул через портал, покинув деревню Скрытого Листа. На другой стороне меня уже ждал Хируко в компании бедного ниндзя-отступника Тумана, который решил поиграть в пиратов Карибского Моря. Он плыл к успеху пока не наткнулся на мой корабль и очень злого карлика, что всегда нуждался в подопытных кроликах для своих экспериментов. И сейчас этот человек, которому суждено было стать жертвой для Нечестивого Воскрешения, лежал парализованным в центре большой и сложной печати, начертанной на полу лаборатории Хируко.
— Джек Воробей, настало твоё время! — заявил я, передавая безумному учёному колбу с Мангекью Шаринганом.
— Меня зовут Фунато Арауми, а не Джек Воробей, грязный Учиха! — горделивым голосом заявил мне ниндзя-отступник, окинув меня высокомерным взглядом, — Мне суждено стать даймё всех пиратов, запомни это! Я повелитель морей и вод! Склонись передо мной и умоляй о прощении! Если ты покажешься достаточно искренним, я просто задушу тебя твоими кишками, а не буду, пытать тебя, разрывая твои внутренности на части силой моего величайшего предела родословной!
Очевидно, что он ещё не до конца понимал своё положение. Впрочем, взглянув на его расширенные зрачки, чёрные круги под глазами и видимые невооружённым взглядом зелёные вены, выступающие по всему телу, мне стало ясно, что Хируко использовал этого человека для испытания нового вида галлюциногенных наркотиков, созданием которых карлик хвастался совсем недавно. Таким образом, в поведении Джека Воробья не было ничего удивительного, ведь он просто находился под кайфом.
— Молодец! — похвалил я, решив подбодрить будущую жертву запретной техники, — Как сказал один человек: ничто не говорит о тебе также хорошо, как твои амбиции! Мне тоже хочется верить, что ты исполнишь свою мечту… В другой жизни!
Подчиняясь взмаху моей руки, Хируко незамедлительно применил Нечестивое Воскрешение и ставший жертвой пират издал наполненный отчаянием крик. Спустя пару секунд, на его месте возник человек с весьма уродливой физиономией, который был хорошо знаком всем истинным фанатам аниме и манги «Наруто».
Это был Учиха Обито собственной персоной. Он потрясённо лежал на полу, слепо глядя в потолок, словно не в силах поверить в реальность происходящего. И прежде чем Обито успел отреагировать, Хируко призвал Шисуи, который применил на мне Изанаги, а я в свою очередь использовал технику воскрешения Чиё, чтобы вернуть «Учиху Мадару» в мир живых.
В следующий миг, я умер безболезненной и мгновенной смертью, но уже через долю секунды вернулся к жизни. Моя гибель и последующее за ней воскрешение произошли настолько быстро, что Десятихвостый даже не успел выбраться из печати. Тем не менее, за этот короткий промежуток времени, мне довелось испытать нечто удивительное.
«Как странно… Кажется, мне на мгновение повезло увидеть местный аналог рая или ада… — задумался я, оценив недавние события, — Теперь благодаря Риннегану, я понимаю, как эта штука устроена и даже с помощью чего она была создана! Очевидно, что Чистый Мир — это уникальная техника самого Мудреца Шести Путей, похожая на Йоми, которая создаёт отдельное измерение и даже запечатывает всех умирающих в этом мире существ, всасывая их внутрь себя! И если бы не наличие у меня Риннегана, скорее всего, я даже не смог бы запомнить это, потому что «Чистый Мир» похоже, стирает воспоминания, всем кто его покидает! Ну, кроме самого Мудреца Шести Путей, конечно же!»
  
К тому моменту Обито уже пришёл в себя. Он пытался сдвинуться с места, но не смог пошевелить и мизинцем. Затем Обито решил активировать силу своего Мангекью Шарингана, но сразу же обнаружил, что просто не способен использовать чакру. Благодаря печатям, заблаговременно нанесённым на тело жертвы Нечестивого Воскрешения, возвращённый к жизни человек также был подвержен их воздействия. По сути, даже после применения той запретной техники, они никуда так и не исчезли, всё ещё пребывая на теле Учихи Обито.