Придворный медик. Том 5 (СИ)

— Да вы что? Три недели — это только через председателя врачебной комиссии. Зачем вам такие проблемы? Придётся идти к господину Кустову… Нет, лучше давайте обойдёмся тремя сутками. Этого мне с головой хватит.
Да, именно так работает выдача больничных листов. И в моём мире, и в этом.
Некоторые пациенты этого не понимают. Думают, что всё зависит от врача. Бывает, встречаются особые индивиды, которые полагают, что за конфеты и коньяк можно продлевать больничный чуть ли не до бесконечности.
  
Но почему-то эти люди не думают, что в таком случае врач может попасть под статью. Я всегда говорил своим пациентам и коллегам, что такие вещи нужно объяснять массам любыми способами.
К примеру, в моём мире все смотрели программу «Здоровье» по телевизору. Большая часть информации, которая освещалась там, это безумное мракобесие. Просто набор провокационных тем, которые, к великому сожалению, люди запоминают и потом применяют на практике. А часть из них откровенно противоречит медицине. В итоге приходится потом лечить пациентов, которые занимались самолечением на основе советов от садистов, возомнивших о себе невесть что. Рассказывают по телевизору любой бред, получают за это деньги, а настоящим врачам потом приходится разгребать это дерьмо.
Если бы я сейчас мог с помощью магии передать сообщение всем людям из своего мира, я бы посоветовал найти себе хорошего врача. Начать именно с терапевта. И самое главное — не доверять статьям в интернете. И уж тем более телевидению. Там хороших врачей нет. Только люди, которые пытаются заработать на наивных зрителях. Не более того.
Вот как раз об это мы с коллегами и говорили. Если бы по телевизору рассказывали о стандартных правилах, было бы куда лучше. Например, о том, как открывается больничный, на какой срок, как работают законы, регулирующие эту систему — всем было бы куда проще. И специалистам, и больным.
Гаврилов выдал мне лист нетрудоспособности на три дня. Как только я покинул клинику, все симптомы заболевания я тут же убрал.
Повезло ещё, что Евгений Кириллович поверил мне на слово. А то пришлось бы проходить ряд обследований, те же самые рентгены, мазки на вирусы гриппа и ковида. Да зачем мне это надо? Я и так неплохо манипулирую людьми.
Но самое главное — у меня теперь будет алиби! Сейчас я вернусь домой, отправлю Светлану в общие комнаты для служанок и останусь наедине с Кириллом. Объясню ему, что делать, если кто-то придёт.
В случае, если кто-то из коллег решит проверить моё состояние, попасть в мои покои никому не удастся. Никто не имеет на это право. Грубо говоря, я могу с чистой совестью умереть в своей спальне — и никто не имеет права мне помешать.
Так я и поступил. Справка Кирилла, освобождающая его от учёбы, ещё не закончилась. Я кратко пояснил брату, как ему себя вести в моё отсутствие.
Не стал рассказывать мальчику о своём плане. Не хватало ещё, чтобы он за мной увязался. А он может! Тот ещё бунтарь. Тьфу! Подростки! Гормоны хлещут, требуют подвигов и свершений! Нет уж, обойдёмся без этого.
Я прошёл в небольшой закуток между двумя коридорами, а затем использовал на себе оборотную пыльцу. Грима всё это время контролировала камеры. Не давала службе безопасности понять, что я покинул свои покои.
Пусть суетятся. Они уже давно поняли, что ворона и бегемот работают вместе. Мне даже интересно, как этот урод Коршунов вместе со своим заместителем Рыбиным будут оправдывать происходящее.
На них у меня, кстати, отдельные планы. Я собираюсь доказать императору, что эти подонки осудили господина Бондарева зря. Сместили его с должности, захватили власть во всём императорском дворе.
Те ещё паскуды! Первое время Коршунов всё время пытался выслужиться и получить похвалу от начальства за счёт притеснений меня. А затем ещё и Рыбина подключил к этому делу. Сейчас они уже перестали заниматься этим, потому что я возвысился над ними. Получил новую должность, место в совете. И вот-вот стану графом. Теперь им страшно соваться в мои дела.
Но я это просто так не оставлю. Игорь Станиславович Бондарев был очень хорошим человеком. Он старался навести порядок в императорском дворе.
И ко мне он относился как к равному. Не рылся в моих вещах, не искал ложных доказательств моих преступлений.
Я поклялся себе, что вызволю его из тюрьмы. Он того не заслуживает. А вот Коршунов с Рыбиным отправятся за решётку на пожизненное. Ведь их действия можно приравнять к предательству Родины.
Оборотный порошок подействовал. В моём уме был лишь один человек. Александр Четвёртый. Император Российской Империи.
И я, наконец, обратился в него. Высококачественный порошок сработал отлично. Даже моя одежда превратилась в его привычную форму. Вот насчёт этого момента я опасался больше всего. Неловко бы вышло, если бы я стал императором в костюме обычного лекаря.
Всё. Ключ при мне. Я выгляжу точь-в-точь как император. Пора приступать к делу, которое я запланировал ещё много месяцев назад.
Я прошёл мимо гвардейцев, не сказав ни слова. Мой путь лежал в выставочный зал. Именно там находился спуск в императорскую сокровищницу.
Все солдаты кланялись мне. Никто не задавал вопросов до тех пор, пока я не оказался у входа в тайные подземелья. Там передо мной появился седовласый мужчина. Я видел его впервые, но внешность у него была очень уж запоминающаяся.
Густые бакенбарды, высокий воротник. Вечно суровое выражение лица. Он даже на императора смотрел так, будто тот вызывал у него отвращение.
К счастью, я знал его имя. Перед своей вылазкой я хорошо изучил структуру императорской гвардии. Это командир. Пётр Евгеньевич Макеев.
— Добрый день, господин Макеев, — поприветствовал я командира гвардейцев.
— Добрый ли? — хмыкнул он. — Рад видеть вас, Ваше Императорское Величество, — он поклонился. — Я думал, что вы уже уехали. Разве вы сейчас не должны быть в Москве?
— Планы изменились, господин Макеев, — сухо ответил я. — Вы что же думаете? Это — моя коллекция! Я знаю несколько способов, как проникнуть к ней. Остался ещё один. Возможно, он сработает. Отойдите. Я попробую разрешить эту неловкую ситуацию.
— Конечно, Ваше Императорское Величество, но… — замялся Макеев. — А вы уверены, что вам следует спускаться туда в одиночку? Это ведь слишком опасно. Мы не можем рисковать нашим импер…
— Вам придётся остаться снаружи. Иного выхода у вас нет, — отрезал я. — Даже если я пострадаю внизу — это мой выбор.
— Как вам будет угодно, — ответил гвардеец.
Наконец, настал момент истины. Я спустился вниз, нащупал в каменной стене отверстие для ключа. Вставил его — и тут же все ловушки отключились.
Но на этом мой путь не закончился. Мне пришлось пройти через сотни метров бесконечных коридоров. Я преодолел лабиринт, пробрался через металлические двери из магического металла. И наконец добрался до той самой коллекции императора.
В первую очередь прошёл мимо «красного» отделения. Нашёл разбитый саркофаг, из которого выбралась мумия. Подобрал несколько бинтов. Чувствовал, что они мне ещё пригодятся.
А затем переместился оттуда в «жёлтое» отделение. Именно там находилась Чаша очищения. Найти её не составило труда.
Я вставил ключи в постамент. Стекло тут же исчезло.
Именно в этот момент я почувствовал свои сомнения. Они нахлынули на меня с новой силой. Стоит ли предавать императора? Нужно ли идти против Российской Империи ради брата и своего учителя?
Как только я коснулся Чаши, кое-что в моём сознание изменилось. Хотя это мягко сказано. Я сразу же понял ВСЁ.
Мне удалось получить информацию, о которой я даже не догадывался. Но, к сожалению, вдали послышались шаги пяти или даже десяти приближающихся ко мне гвардейцев.
  
Беда. Похоже, меня раскрыли!
  
Глава 18
 
— Идиот! Я только что созванивался с императором! Он уже в Москве! — слышались переговоры гвардейцев. — Кого ты туда впустил⁈
— Клянусь вам, командир! Это был он. Александр Четвёртый. Можете потом посмотреть на камерах! — оправдывался второй.