Новое начало (СИ)

— Убей меня сразу, и покончим с этим, — решила я испытать удачу.
— У-убить? — сквозь смех выдавил он из себя. — Я похоронил тебя, своего сына и твою конченую мамашу, — сцедил он через зубы, взяв меня за горло. — Я стоял на кладбище и принимал соболезнования. Я был вынужден строить из себя страдающего папашу перед журналюгами всего города, — его пальцы всё сильнее сжимали моё горло, я взялась связанными руками за его лапищу — бесполезно. Но увидев, как мои глаза уже закрываются, он оттолкнул меня так, что моя голова встретилась со стеной. Боль, которая и так пульсировала, усилилась, и пред глазами замелькали тёмные круги.
— Это самое малое из того, что ты заслуживаешь, — «закрой рот», зашептал мой здравый смысл. Поздно. Звон, и щека пылает огнём.
— Не провоцируй меня, сучка, — зло шепнул он. — Я не могу подложить под своих партнёров такой испорченный товар. Посидишь тут пару дней, потом устрою тебе сладкую жизнь, — я со всех сил старалась сдержать выступающие слёзы. Не дам ему насладится моими страданиями. — И ты мне ещё спасибо должна сказать за то, что я привёз тебя в эти роскошные апартаменты, — я тихо фыркнула. — Если я тебя выпущу, то тебя сразу менты загребут. Ведь благодаря моим стараниям, ты у нас та ещё преступница. А в тюрьме условия… — он цокнул языком и покачал головой.
Он замахнулся, и я инстинктивно подняла руки, защищаясь, но он погладил меня по волосам.
— Тихо, — издал тихий смешок. — Мне нравится новый цвет твоих волос, — он встал и вышел из подвала.
Я, само собой, взорвалась в громкий плач. В истерических рыданиях и не в состоянии сидеть от тупой боли, я легла на бок, свернувшись калачиком. Сквозь всхлипы, задыхаясь от слёз, я молилась всем богам, я просила о смерти, я искренне желала умереть.
В этом состоянии я отключилась, а когда снова пришла в себя, обнаружила рядом с собой картонный стакан с водой. Я подумала, что жажда воды ускорит мой путь на тот свет, но инстинкт самосохранения оказался сильнее: опустошила стакан в два глотка.
Сколько ни старалась успокоиться — всё равно не смогла перестать плакать, хотя голова и так разрывалась от боли.
Не знаю, сколько времени прошло, казалось — вечность. Вечность в мучениях, в страхе не сколько за себя, сколько за любимых. За сына, которому Слава наверняка устроит адскую жизнь, напоминая обо мне. За маму, жизнь которой оборвётся в тот же миг, когда Слава встретится с ней лицом к лицу. А он точно захочет сделать это сам. За Марка… Слава о нём не напоминал ни разу за всё это время. Но если мужу в голову ударит, то он и до Марка доберётся.
Синяки и раны на моем теле начали исчезать, оставляя только зеленоватые следы. А это значит, что скоро Слава исполнит своё обещание. Я готовлюсь, морально готовлюсь к тому, что мне предстоит испытать. «Ну ты и идиотка» — засмеялся мой внутренний голос. — «Как к такому можно вообще подготовиться?»
Меня выдернули из очередной отключки, больно сжимая плечо.
— Твой звёздный час, дорогуша, — оповестил меня голос моего мужа До чего же противно осознавать, что он всё ещё мой муж!
Меня потащили из подвала на деревянных ногах, яркий свет резал глаза, которые уже привыкли к темноте. Пришлось несколько раз моргнуть, и надавить до боли на глаза, пока зрение не привыкло к свету. Из гостиной слышались голоса, много мужских голосов.
— Умойся тщательно и надень вот это, — запихивая меня в ванную комнату, приказал он и бросил в меня какой-то красной прозрачной тряпкой. Дверь закрылась с той стороны, защёлкнулся замок, а я включила воду и зашла под горячие струи воды.
Раз уж я выбралась из подвала, надо хотя бы попытаться сбежать.
Марк
Лежу и смотрю в потолок, моя команда подсыпала мне что-то и силой отправила меня спать. Не знаю сколько дней прошло, не знаю даже какое число сегодня. Самое страшное время в моей жизни, никогда не испытывал такого страха, такого жгучего желания загрызть зубами, порвать голыми руками одну конкретную тварь.
За это время мы выяснили всё о Мирославе Соколове по кличке «Сокол», но это в своём криминальном мире. Он со своим дружком и по совместительству партнёром Алексеем Белянцевым (“Белым”) — авторитетные твари в Питере. Уже много лет они перевозят оружие, а с недавних пор и наркотики из разных точек мира. И если бы не поддержка и покровительство местной власти, их давно бы пустили по миру. Подкуплены чиновники, полиция и многие другие.
Эта гнида и вправду муж моей девочки, как оказалось, она вовсе не Алеся Лебедева, и теперь всё встало на свои места. Теперь я многое понял: то, как она шарахалась от любого звука, то, что она лила слёзы по любой мелочи, её неопытность, её страх, то, как она в первый наш раз готовилась к боли, то, что она не знала, что такое оргазм.
Ирина Ивановна Бахтеева — так зовут мою девочку. Она вышла замуж за этого урода три года назад после восьми месяцев работы в его компании. То, что именно в это время её маме сделали дорогостоящую операцию на сердце, которую оплатил этот Сокол, объясняет всё.
Они заключили брак в тот же день, когда была оплачена операция. Было опубликовано множество статей, интервью и фотографий счастливого семейства, по крайней мере, так всем казалось. Но глаза не врут, глаза моей девочки на каждой из этих фотографий полны боли и страха. Я смог это увидеть, потому что я знаю, как сияют глаза моей любимой, знаю, какие они бывают яркие, когда она счастлива.
Я даже представлять не хочу, что он с ней делал, если она решила сбежать таким способом. Мои ребята нашли кучу статей о страшной аварии более трёх месяцев назад, в которой погибли жена, ребёнок и свекровь Соколова.
Сын… у неё есть сын, которого она вместе с мамой отправила в Крым. И я уже понял, что это к ним она ездила каждые выходные. За ними в Крыму ведётся наблюдение, и парни готовы в любой момент бросится на их защиту. Миша с Виталиком хорошо поработали за эти дни, выяснили всё до мелочей, и мы готовимся.
Встал с постели, принял душ и вышел из комнаты.
— Доброе утро, Марк, — в холле меня встретила Лариса. — Подать завтрак? — она с жалостью посмотрела на меня.
— Мне только кофе, Лариса, — не до еды вообще.
— Марк, ты что, хочешь свалиться с ног? Ты и так почти ничего не ел за эти дни. Так нельзя, — я только кивнул и взял кружку с кофе.
— Поем, Лариса, только потом, — направился в свой кабинет, который стал похож на разведывательное управление: набитый до потолка компьютерами и другой техникой, полон подготовленных и способных на всё солдат.
— Доброе утро, — поприветствовал я присутствующих.
— Доброе… отдохнул? — спросил Миша, оторвавшись от плана особняка Соколова.
— Я вам это ещё припомню, — угрожающе ткнул пальцем в них. — Как обстоят дела? — спросил молодого паренька в очках, который наблюдает за особняком.
— Пока картина только снаружи. Тот, кто установил видеонаблюдение в доме — отличный специалист. Но я работаю, — доложил парень.
— Работай лучше, — задолбал всех, но не могу по-другому. — От Саши что-то есть? — спросил Виталика.
— Да, от Саши есть. Кирилла он нашёл, свяжется с нами позже. Это всё, что доложил, — хорошо, хоть одна хорошая новость.
Вышел на балкон, прикурил сигарету: в последние дни только никотин избавляет меня на два процента от переживаний. Позвонил Олегу, ведь я свалил на него управление компанией.
— Да! — ответил он слишком раздражённо.
— Как идут дела? — спросил с опаской.
— Блядь, нормально всё, не вникай. У вас что? — я не стал расспрашивать, я ему полностью доверяю.
— Всё… — я вздохнул с тяжестью и протёр глаза.
— Всё будет нормально, Марк: она сильная, она справится, — попытался успокоить меня друг. Когда он приезжал, то в какой-то момент разозлился и упрекнул меня в том, что я не доверял ей. Олег всегда был на её стороне, всегда находил с ней общий язык, и меня это всегда настораживало. Если смотреть на них со стороны, кажется, что они были знакомы всю жизнь.
— Даже думать не хочу, что эта мразь с ней делает. Главное, чтобы была жива, — после этих слов меня пробрал холод.