Роковое платье. Муж прилагается

 
Надежда Олешкевич
 
Роковое платье. Муж прилагается
 
© Олешкевич Надежда
© ИДДК
 
Глава 1
 
Работа должна приносить удовольствие! Я довольна своей работой. Это мой хлеб, мой единственный способ накопить на свадьбу… которой уже не будет.
Я прочистила горло от подкатившего к горлу кома. Мерзко! Как Андрей мог? Поскребла ногтем засохшее пятно от глазури на черной юбке. Не нашла ничего лучше, как развернуть ее и спрятать грязь под белым фартучком, который обычно не носила. С ним я выглядела, словно девушка по вызову, ну да ладно. И надо же было столкнуться в коридоре с ребенком!
  
Так, ничего плохого не случилось. Этот день не может стать еще хуже, верно? Все самое плохое позади.
Я достала ключ от двери, вошла в номер люкс. Начала привычные манипуляции по уборке, стараясь не задумываться о том, что делала. Вот только мысли лезли. А еще не отпускало утреннее сообщение Андрея.
«Ты уборщица, детка. Это не прикольно. Я не хочу встречаться с уборщицей».
– Миллиардер хренов! – процедила я и сдернула простынь, зло скрутила ее.
Знала я истинную причину. Как раз перед этим сообщением Катька скинула мне одно фото, где он в кафе целовался с нашей общей подругой.
А ведь Андрей два месяца назад сделал мне предложение. Была назначена дата свадьбы, и ради нее мне пришлось поехать на другой конец света – денег катастрофически не хватало. Зато жених предпочел остаться дома. Видите ли, у него нормальная работа, а увольняться ради трех месяцев подработки в пятизвездочном «Эдеме» на Карибских островах – глупая затея.
Руки, если честно, опускались. Если не надо копить на свадьбу мечты, то и находиться здесь нет смысла. Я все делала зря. Более того, можно возвращаться домой, склеивать разбитое сердце и как-то жить дальше.
Я схватила подушку и закричала в нее. Помогло не особо. Было очень и очень плохо, хотелось рыдать от чувства, будто меня втоптали в грязь, обесценили все старания одним небольшим сообщением. Я не нашла ничего лучше, как вернуться к уборочной тележке и достать оттуда наушники. Вставила в уши капельки, включила музыку. Не думать. Просто слушать песни и делать то, что нужно… пока у заведенного механизма не кончится заряд.
Работать стало гораздо легче. Протереть пыль, прибраться на балконе… Когда настало время ванной комнаты, я вооружилась средством для мытья стекол, распахнула дверь и…
– А-а-а! – завопила я и прыснула очиститель прямо в лицо оголенному по пояс мужчине.
Достала наушники, сунула в карман. А ведь из-за них я пропустила возвращение постояльца. Услышала душещипательную ругань на нашем языке. О, мужчина был красноречив…
– Дура набитая, у тебя мозги вообще отшибло?! А-а-а, как жжет! Где вас только набирают таких убогих, что… Черт, черт, черт!
В попытке промыть глаза он ударился о дверцу душевой кабины. Я же только опомнилась, потому как не ожидала услышать в свой адрес столько «прекрасных» слов. Мотнула головой, поспешила ему на помощь.
Едва притянула к раковине, обратила внимание на прозрачные капельки воды на его бугрящихся мышцами руках. Аполлон, ничего не скажешь. Кубики пресса, широкая грудь с легкой порослью. Андрею до такого далеко… Так, хватит о нем. У меня тут богатей, в которого я прыснула средством для стекол, нужно как можно скорее промыть ему глаза. Чем я, собственно, и занялась.
Схватила мужчину за волосы и достаточно грубо наклонила. А зачем он сопротивлялся?! Тут скорость важна, четкость действий.
Прыснула в лицо постояльца водой. Один раз, второй, третий. Он начал отплевываться, что-то бормотал, чтобы убрала с его волос руку, что сам все сделает. Вроде бешеной куропаткой назвал, но я не стала обращать внимания.
Делала свое дело и не давала помешать мне, по ладоням шлепала, ибо сейчас не время для возражений. Пусть терпит. Ради его же блага стараюсь.
Едва решила, что на этом очистительной процедуры будет достаточно, сняла с крючка белое полотенце, которое не успела заменить на новое. Вдруг осознала всю плачевность своего положения.
Номер люкс. Это номер люкс!
– Все, я закончила, – пролепетала я, набросив на его голову махровую ткань, и рванула прочь.
Подхватила по пути все оставленные инструменты. Захлопнула дверь. Застонала в голос, возведя глаза к потолку, потому что сейчас мне никто не поможет. Все, я труп. Оставалось только молиться, чтобы все обернулось без происшествий. Вот только я сильно сомневалась. Кто он? Миллионер, миллиардер? Меня посадят?
Обернувшись, поскорее покатила прочь тележку. За считаные секунды добралась до лифта, начала лихорадочно нажимать на кнопку.
Увидела, как та самая дверь распахнулась – по полу побежала полоска света. В ней растянулась человеческая тень. Я начала в нетерпении топтаться на месте и, услышав спасительный звоночек, поспешила скрыться в металлической коробке.
– Давай, давай. Не побежит ведь за мной полуголым.
Я жала на кнопку, словно дергала за страховочное кольцо парашюта. Так медленно, почему не закрывалось?!
Заметила приближающегося мужчину – черные мокрые волосы, резкие черты лица, наполненные злостью темные глаза, искривленные в недовольстве губы, а еще широкие плечи, узкие бедра, на которых держалось белоснежное полотенце. Двери закрылись прямо перед ним.
Возможно поседеть за пару минут?!
Как там я говорила? Довольна своей работой?
Увольняюсь к черту и еду домой!
Нет, отследят, быстро выйдут на след. Лучше сразу в лес, к бабуинам. Без телефона и средств связи, куда-нибудь в глубину острова, где меня никто и никогда не найдет.
 
Глава 2
 
– Ты убрала номер семьсот три? – спросила Алана, стоило мне подойти к ресепшену, где она с администратором обсуждала что-то крайне важное. Наверное, очередного постояльца, которого не мешало бы совратить…
Шутки у них такие, не более. В другой ситуации я послушала бы их задорные обсуждения, но сейчас было не до этого.
– Нет еще, у меня тут срочная проблема появилась, мне нужно…
Зазвонил телефон. Я внезапно поняла, что теперь все точно пропало.
Следовало бы нестись из «Эдема» сломя голову, но сам процесс оказался не таким уж быстрым. Уже успела откатить на свое законное место уборочную тележку, прихватить сумку, переодеться. Все бегом, бегом. Это заняло от силы десять минут, возможно, даже меньше.
Присутствовала уверенность, что богатей не успел на меня пожаловаться. Мужчина все-таки не одет, к тому же он и ему подобные люди с таким количеством денег жили значительно медленнее. Им не нужно носиться ужаленными пчелами, чтобы заработать сущие копейки.
Администратор ответила на телефонный звонок, произнесла набор заученных до автоматизма фраз. Я же вся похолодела. Почему не додумалась сразу, что миллионеру из того номера ведь даже спускаться не нужно, чтобы нажаловаться на оскорбительное поведение горничной? Всего лишь поднять трубку, сказать несколько слов – и все, моей жизни конец.
– Мне надо немедленно уйти, – снова зашептала я Алане, как вдруг увидела того самого богатея, который вышел из лифта в белоснежной рубашке и светлых хлопковых штанах.
Внутри все сжалось от страха. Я должна была залезть под стойку, спрятаться, но вместо этого встала как вкопанная. Вот часто со мной такое случалось. Не могла действовать нормально в стрессовых ситуациях.
– София, ты меня слышишь? – Алана толкнула меня в бок.
А она что-то говорила? Я тут не могла оторвать взгляд от миллионера, который неукротимо приближался к ресепшену.
  
Все ближе и ближе. Глаза постояльца были красными, он хмурился, разговаривая по телефону. Единственное – смотрел прямо перед собой, явно не замечая меня.
– Нужно срочно убрать номер, скоро заселяться приедут. София!
Я почувствовала что-то в своей руке. Рассмотрела записку с номером.
– И снова доброго дня, Роман Витальевич, вы так быстро вернулись, – елейным голосом произнесла администратор.