Любовь вне памяти (СИ)

Я подошла к молодой женщине, лицо ее было в ссадинах и руки все травмированы, ей оказали помощь, но она отделалась ушибами в легкой степени.
-Здравствуйте, меня зовут Кристина Олеговна, я ассистирующий врач. – Вашему сыну срочно нужна операция!
- Доктор, он выживет?! – плача и хватаясь за меня, произносила женщина.
- Мы делаем все возможно, но без операции ребенок … - запинаюсь в этот момент всегда, бросить в лицо родителям, что он умрет без операции сложно, но и операция не дает гарантий.
-Я согласна, спасите, моего малыша! – девушка трясущимися руками ставила свою подпись. Передав документы Светлане, для дальнейшего оформления, вернулась в операционную.
Операция шла около четырех часов, восхищалась стойкостью и выдержкой Никиты, именно таких врачей не хватает в каждом медицинском учреждении. Все закончилось успешно, мальчика перевели в реанимационное отделение для дальнейшего наблюдения.
Выйдя на перекур с Никитой, хотя сама и не курила, решила пообщаться с другом, как-то после аварии не складывалось общение, многое сгинуло в моем подсознании и никак не хотело вспоминаться.
-Кристин, спасибо, что помогла?! – Выходной день, сама понимаешь, каждый специалист на вес золота.
-Да, о чем речь – Никит, всегда обращайся!
-Ты сама, как? - Давно с тобой не виделись вне работы.
-Ну, собственно, особенно и рассказывать нечего, как у большинства врачей, работа-дом, дом-работа, в промежутках дежурства.
-А, на личном фронте как? – он спокойно стряхнул пепел в пепельницу и посмотрел, такой взгляд обычно называют «проницательным».
-А личная жизнь, не предвидится, видимо, – с горькой усмешкой произнесла.
-Я после аварии, как в тумане, мне кажется, меня выбросили в пустыню на «выживание» и смотрят, не сдохну ли! – отвернувшись, посмотрела в окно, сегодня моросил дождь, не приносящий ничего кроме тоски.
-Слушай, а может, куда-нибудь сходим вместе?! Все же курилка это не то место, где можно говорить, и студенчество не вспомнить, стоя тут! – он заулыбался, и подмигнул.
-Да, я в целом не против, но сложно девочек оставлять, няня, у нас только на мои дежурства приходит, если только специально с ней договориться.
-Ну, а что, может и стоит договориться, я ничего против девчонок не имею, но у меня свободны вечера в основном, вряд ли они высидят допоздна, да и формат больше взрослый все же.
Расставшись, обдумывала разговор с Никитой, вроде ничего обещающего быть не может, но словно внутренний голос протестовал и был против даже просто дружеских встреч. Остановившись на минутку, попыталась взять себя в руки. Да, что же такое происходит?! Мне все время кажется, что я что-то упускаю из вида!
В остальном дежурство проходило размеренно, зайдя в приемное отделение, попросилась к Свете подремать, а так вдруг кого-то снова на скорой привезут. В маленькой подсобке, у нас всегда стояла пара раскладушек, для врачей и младшего персонала, не очень удобное место отдыха, но все лучше, чем ни какое.
Погрузившись в сон, меня снова откинуло в дни после аварии. Я как будто очнулась, в палате были мои родные и близкие: мама, девочки, и в тени находился мужчина, не могу его рассмотреть, лица практически не видно. Девочки бросились ко мне на встречу.
-Мама, мамочка ты пришла в себя?! – они плакали и целовали, и что-то еще говорили, но я уже плохо понимала, что происходит.
Повернув голову, посмотрела на мужчину.
-Кто это? – тяжело приподняла руку и указала в темную фигуру.
-Дочка, да это же Егор!- вопросительно и непонимающе, на меня смотрела мать.
Картинка оборвалась и новый образ, все та же палата, я проснулась, мужчина сидел ближе, но никак не могу рассмотреть его, что-то все время мешает, и напряженно вглядываюсь в темноту. Он держал меня за руку, прижавшись губами к моим прохладным пальцам.
-Вспомни, ты должна вспомнить! – он практически шептал, горячий воздух им выдыхаемый, обжигал и сеял панику в моей душе.
Я ничего не испытывала кроме страха и отчаяния. Кто он? Почему так настойчив? В груди становилось тяжело и трудно дышать, вопреки всему он продолжал повторять и повторять: «Вспомни!».
 
-Я не помню тебя, уходи, мне страшно! – удушливые слезы скатывались по лицу, падая на щеки и скатываясь за шиворот больничной сорочки. Влажная ткань неприятно холодила кожу, вызывая озноб.
И вот, я уже на приеме у больничного психиатра, показывая картинки точек и черных пятен на белом фоне, меня настойчиво спрашивают, кто я? И что помню? - эта пытка казалась мне вечностью. Проснулась от легкого толчка в плечо, Светлана низко склонилась и улыбнулась.
- Кристина Олеговна, просыпайтесь, скоро обход.
  
Глава 2 (2)
 
 Глава 2 (2)
Сонная и встревоженная отправилась на обход, в целом люблю этот процесс, ведь многих деток, которые пошли на поправку можно отправлять домой. Я приверженец, если кризис миновал, то «дома и стены лечат», это всегда лучше, чем больничные стены.
Вернувшись, домой только отошла от сна, как на пороге меня встретила зареванная Ксюша. Вот какие могут мысли ворваться и так болезненное сознание матери? ЕЕ кто-то ударил? Еще раз поругалась с подружкой? А может уже успела чем-то себе навредить? Так как старшей сестры еще не было дома, то драка с сестрой отпадала автоматически.
-Ксюша, что случилось? –дочь подняла испуганный взгляд, не успела я ничего сообразить как телефон в сумке просто разрывался.
-Кристина Олегована? – хамоватый женский голос, меня начинал вводить в уныние.- Да я вас слушаю, чем могу помочь?
-Научитесь воспитывать своих детей, а то они словно дикие бросаются на адекватных деток!!!
-Это вы сейчас мою дочь назвали неадекватной? – Простите, как вас зовут, не расслышала, чтоб вы представлялись?
-Правильно откуда вам знать, родителей одноклассников ваших дочерей, когда вы эпизодически участвуете в их школьной жизни.
- Собственно, почему я должна вас всех знать, и наконец, я могу понять, что произошло?
-Ваша Ксения, побила моего Владика!!! – переведя строгий взгляд на дочь, поняла, что она уже в курсе с кем я разговариваю.
-Давайте договоримся так, я сейчас переговорю с дочерью, узнаю, все и вам перезвоню для дальнейшего обсуждения ситуации, сейчас извините мне некогда!
Положив трубку, сейчас понимала только одно, чтоб мой ребенок кинулся на другого человека, а тем более мальчика, должна быть веская причина.
-Ксюш, объясни, что произошло, и только без эмоций, четко и по делу? – взяла дочь за руку, и к моему ужасу, Владик дрался видимо лучше кошек, вся рука дочери исцарапана ногтями.
-Мам, он нас с Алиской безотцовщиной назвал, и тебя оскорбил. – вот так новости, это какой же надо пользоваться популярностью в «родительских» кругах, чтобы дети такую ересь несли.
-Ну, а ты что? – уже выдохнув, пошла, искать аптечку, чтобы обработать ребенку руку.
- А я что, сказала, чтоб не лез, а она начал гадости про тебя говорить, ну я и зарядила ему в глаз.
-Ксюш, всем фингал не поставишь, у людей вообще это любимое дело обсуждать других людей и критиковать их.
-Но мам, он же тебя оскорбил, а значит и меня?!- непонимающе посмотрела Ксюша.
- Глаз у Владика цел? – главное сейчас избежать активных разборок, конец учебного года.
-Да, что ему будет, у него там такой запас под кожей, что может и без фингала дело обойдется.
-Ксюш то, что ребенок полный, не дает нам право его в этом унижать. Запомни это, давать отпор только в самых очевидных ситуациях. – Мне приятно, что ты постояла за честь нашей семьи, но ты девочка и должна уметь себя защищать другими путями, а не лезть открыто в драку.
 
Решила перезвонить тревожной маме одноклассника дочери.
-Добрый день, еще раз – это мама Ксюши, я приношу вам извинения, и такого больше не повторится. – Но вам лично мой совет, если вы любите своего сын, то старайтесь в его присутствии не обсуждать родителей его одноклассников, так в следующий раз, в глаз ему может попасть не от девочки, а другие родители не будут такими отходчивыми как я.