Мне не хватает тебя (СИ)

А слухи, разумеется, вовсю циркулировали. Однажды, когда Дима был на службе, и девушка шла домой одна, её вдруг догнала Лиля. Это было тем более странно, что бывшая подруга с некоторых пор сама прекратила общаться с Алёной и нашла себе новую компанию по интересам.
Сначала болтали на общие темы, ни о чём и одновременно обо всём, а потом Лилька, красивым жестом перекинув на спину длинные и густые каштановые волосы, без обиняков спросила:
  
— Ну и как он? Так и будешь молчать и разыгрывать из себя святую простоту?
— Кто «он»? — подняла брови Алёнка, которая сразу поняла, с какой целью Лиля вдруг вспомнила о ней, и была готова к расспросам.
Видимо, кому-то захотелось горячих новостей прямо из первых уст. Что ж, придётся разочаровать любознательных одноклассниц в лице Лильки. Тем более, что ничего, кроме правды, Алёне и говорить не нужно.
— Ну военный твой. Не говори только, что вы просто за ручку гуляете. Ну ладно ты, Андреева... Ты всегда была не от мира сего, будто из позапрошлого века. Но он-то здоровый взрослый мужик. Потому кому другому можешь заливать о чистой дружбе, а я не дурочка, чтобы верить в эту чушь.
— Так я ещё ничего и не сказала, — усмехнулась Алёна. — Пока только ты и говоришь.
— Ну так скажи.
— Во-первых, Дима — не мужик, а мужчина, настоящий защитник Родины. А во-вторых, мы и вправду просто гуляем, даже не за ручку. Потому мне нечем тебя удивить, прости уж.
Окончание фразы девушка произнесла холодно и язвительно.
— Ой, не могу! Ты и впрямь глупа, Андреева, а не притворяешься! — деланно рассмеялась Лилька. — Тогда у меня для тебя плохие новости. Вот ты влюблена в него... Всем же видно, что влюблена по самые уши! А у него наверняка есть кто-то. Но ты, разумеется, даже не задумываешься ни о чём таком.
— Как это? — растерянно спросила Алёна, сразу утратив всю свою решительность и насмешливость.
— Так это! Женщина или девушка. Точно есть, к гадалке не ходи!
Лиля свысока посмотрела на спутницу, торжествующе хмыкнула и прибавила шаг. Глядя в её удаляющуюся спину, Алёна тяжело и тоскливо размышляла о том, что наверняка в словах бывшей подруги присутвует не только зависть, но и доля правды.
Интересно, насколько велика эта доля? И ведь не спросишь... Конечно же нет, она никогда не решится задать Диме такой вопрос!
При следующей встрече Алёна была более задумчивой и молчаливой, чем всегда, и Дмитрий несколько раз спросил, всё ли у неё хорошо. Он был в курсе семейных проблем девушки, хотя они никогда не обсуждали эту тему. Видимо, в итоге списал всё на эти проблемы и перестал лезть в душу, а сама Алёна так и не призналась в своих истинных переживаниях и подозрениях.
Впервые в жизни она ревновала, хотя даже не знала, к кому, и есть ли вообще повод для ревности.
В начале мая Дмитрий, вернувшись из Астрахани, принёс Алёнке фирменный пакет из магазина спортивной одежды. В пакете была яркая коробка, а в ней — крутые беговые кроссовки тридцать седьмого размера.
— Вот, это тебе, Алёнка.
— Что это, Дима? Зачем?
Девушка испуганно смотрела на подарок и лихорадочно думала о том, что станет говорить маме. Как объяснит тот факт, что ей дарит дорогие вещи мужчина двадцати четырёх лет?
— Я тут вспомнил о том, что скоро «Зарница», — обезоруживающе улыбнулся Дмитрий.
— Дима... — больше всего на свете Алёнке хотелось принять подарок, однако она должна была сказать то, что сказала. — Пойми, я не могу это принять!
— Почему? — пожал плечами Шелестов. — Это всего лишь кроссовки, удобные и хорошие. Тем более, они тебе нужны. Кросс от класса ведь наверняка ты побежишь?
— Я, но...
— Вот и примерь, не упрямься.
— Нет, я не могу, — энергично замотала головой девушка.
— Не возьмёшь?
— Не возьму, — решительно сказала Алёнка и едва не расплакалась.
— Ну ладно, — Дмитрий опять пожал плечами, сложил кроссовки в коробку, коробку — в пакет, а пакет сунул под мышку.
— А что ты будешь с ними делать? — тут же вскинулась девушка.
— Выброшу. Зачем они мне? Ты мою ногу видела? — мужчина указал глазами на свои армейские ботинки. — Мне точно не подойдут, а тебе не нужны.
— Нужны! — с отчаянием выкрикнула Алёнка.
Да гори оно всё огнём! Будь что будет! Она ни за что на свете не откажется от подарка, если его сделал Дима.
— Ну вот так бы сразу, — радостно улыбнулся Шелестов. — Я ведь от души, Алёнка!
И он снова достал коробку из пакета.
«Зарница» в этот раз прошла без эксцессов. Дима постоянно находился рядом с Алёной, страховал её, поддерживал и болел за неё. И девушка вновь одержала заслуженную победу в кроссе.
А в начале лета у Алёны состоялся очень серьёзный разговор с мамой по поводу поступления.
Период вступительных экзаменов неумолимо приближался. Для того, чтобы определиться и подать документы на поступление, у Алёны осталось чуть больше двух недель.
Девушка и так пребывала в растерянности и в расстроенных чувствах, а тут ещё Дима уехал на учёбу в другой регион и отсутствовал вот уже десять дней. Не с кем было посоветоваться, поделиться проблемами, пусть даже пожаловаться.
Конечно, они переписывались и созванивались, как только Дмитрию позволяло время, но это было совсем не то. Во всяком случае, девушка была уверена в том, что, общаясь с ней по телефону, самый близкий человек не может почувствовать её настроение и метания.
В один из вечеров после ужина, когда Женя ушёл в свою комнату, Надежда Александровна вернулась за стол, устроилась напротив дочери и тяжело вздохнула.
— Алёнушка, нужно что-то решать с поступлением. Тянуть дольше некуда, время уходит.
— Знаю, — тоже вздохнула девушка.
— В медицинский, как ты хочешь, можно попасть на бюджет только одним путём: попросить целевое направление в районной больнице. Конечно, они не откажут, дадут его тебе. Но где потом работать? Относительно нормально функционирует сейчас только лаборатория.
— Там Алевтина Александровна, — покачала головой Алёна. — Она вечная, бессменная, и ещё лет двадцать точно проработает.
— Вот и я о том же, — закивала мать. — А положенный срок нужно где-то отработать и желательно при этом не прозябать. Посмотри правде в глаза, дочка! Самое верное дело — поступать на бюджет в педагогический, на преподавателя начальной школы. Подумай, только не слишком долго.
Алёна послушно думала, всю ночь не спала, а к утру признала тот факт, что мама права, и поступление в педагогический в данный момент — единственный разумный выход.
Девушка успешно прошла вступительные испытания и ждала зачисления, но при этом не испытывала никакой радости и смотрела в будущее без энтузиазма.
До зачисления оставалось всего несколько дней, когда поздно вечером кто-то позвонил в ворота дома семьи Андреевых. Женька на правах пока единственного мужчины в семье вышел узнать, кто же пожаловал, но вскоре вернулся в компании... Дмитрия.
Алёнка вскочила и стояла молча, не в силах вымолвить ни слова. Только сердце бешено колотилось, — так, словно собиралось выскочить из груди и убежать.
— Здравствуйте, — сразу ко всем обратился поздний гость. — Извините, что побеспокоил вас в такой час, но дело срочное.
Хоть Дима и бывал до этого дома у Андреевых крайне редко, родные Алёны его знали.
— Проходите в кухню, Дима, — распорядилась Надежда Александровна. — Алёна, поставь чайник.
Девушка наконец-то отмерла и заспешила в кухню, где начала накрывать стол для чаепития.
Когда все устроились за этим столом, Шелестов достал из тёмной папки на замке, которую принёс с собой в кухню, какие-то документы в файле.
  
— Вот, Алёна, это тебе.
— Что это? — удивлённо спросила девушка, которая всё ещё не могла прийти в себя от радости.
Они с Димой не виделись почти месяц, и вернуться он должен был только через шесть дней. Алёна безумно скучала, и каждый день, проведённый в разлуке, давался ей с огромным трудом.
— Это целевое направление на обучение в Медицинском институте от поликлиники Министерства внутренних дел.