Флоридский ветер перемен (СИ)

— Обожаю твою ревность, — Медленно ведет языком по моей щеке.
— Я не ревную, — Спокойно отвечаю, зарываясь руками в волосы, и отрываю его голову от себя, чтобы видеть бесстыжие глаза. — Я злюсь. А все потому, что не люблю неуважение. Ты сам объявил меня своей девушкой, но при этом на глазах у всех трешься об другую. У нас в России за это можно получить развод!
Преувеличиваю конечно, но ответственность за свой выбор нести заставлю. Сразу обозначу границы дозволенного, чтобы потом не было удивления от моего тихого побега.
  
— Это хорошо, — Смиренно вздыхает Тай, но продолжает довольно тянуть свои губы. — Люблю серьезных красавиц.
Тянется снова к моей шее и оставляет влажную дорожку языком.
— Но только давай договоримся сразу, — Хрипло продолжает, обдавая кожу горячим дыханием. — Что ты возьмешь за привычку сначала разбираться в ситуации, и только потом бежать разводиться со мной.
Прикасается языком к моему плечу, следом меняя его на зубы и впивается ими в кожу. Требовательно вдавливает свое тело в мое.
Держусь из последних сил, потому что хочу добиться ответа за причиненные мне волнения.
— Засранец, — Цежу через зубы, ругая себя за то, что его напор мне дико нравится. Я реально сошла с ума. Самая настоящая латинская эпопея — хочу призвать его к ответу, но при это веду себя как порочная девка, молясь о продолжении. Его запах, смешанный с легкими нотами алкоголя, вызывает помутнение, и дарит упоительные ощущения чего-то грязного и запретного.
— Я ей так и сказал, — Хрипит мой маньяк сквозь череду мелких поцелуев. — Что моя женщина дико ревнивая и что к ней не стоит проявлять неуважение.
Привет колючкам, которые заполняю мое тело с головой. От его нахальной близости здравый разум теряет силу.
— А еще, — Продолжает сводить меня с ума легкими прикосновениями. — Добавил, что ты из России… а у вас принято соперниц сажать на кол… Пытка тяжелая и смертельная, была введена еще в 15 веке, но до сих пор не потеряла актуальности.
Что он там бурчит, я уже плохо соображаю. Живот дико тянет, а кровь в венах норовит достигнуть точки кипения.
Тайлер отрывает меня от стены, удобнее устраивая на своих бедрах, и не спеша вносит в дом. Медленно поднимается на второй этаж, продолжая оставлять укусы на моей шее.
— Ты куда? — Произношу срывающимся голосом, теряясь в ощущениях.
— В пыточную, — Следом зализывает свои укусы, срывая с меня стон. — Одна дерзкая особа должна ответить за мои почившие нервные клетки.
Его слова мелькают словно в тумане, но я пытаюсь сопротивляться:
— То есть косячишь ты, но виновата я?
— У нас в паре косячишь только ты, — Тай входит в нашу комнату и падает спиной на кровать, утягивая меня сверху на себя. — Я же сражаюсь с твоими демонами.
Одним движением переворачивает нас, и вдавливает меня в мягкую перину.
— Прям страдалец, — Произношу на выдохе. Тайлер снова принимается покрывать меня поцелуями от чего я постоянно сбиваюсь в дыхании — это на столько приятно, что грозит мне захлебнуться в сладких муках.
Он разводит мои бедра шире, устраиваясь между ними, и запускает руки мне в волосы. С неистовым напором обрушивает свои губы на мои, пытаясь утолить нашу общую жажду. Свой собственный продолжительный стон я слышу где-то на задворках.
Очень требовательно давит на мои зубы, раздвигая их, и проникает глубоко внутрь своим настойчивым бархатным языком. Тут я и теряю остатки здравомыслия, жадно припадая к нему, как одержимая к объекту своей зависимости. Сталкиваюсь с ним языком и тону в этой напористой грубоватой ласке. Засасываю и кусаю его губы, сбавляя темп, но потом снова набрасываюсь как дикарка. Наши рты переплетаются в каком-то хаосе, и мы оба не можем остановиться.
Одной рукой он спускается вниз, жадно обрисовывая каждый изгиб моего тела. Ладонь перемещается на шею, переходит на плечо, ведет вниз по руке и цепляет мою талию. Ложится на бедро и тянет на себя. Я сгибаю колени, позволяя ему теснее прижаться, и удобнее устроиться между моих ног. Я хочу чувствовать тяжесть его тела на себе — у меня жизненно необходимая потребность в этом.
Тайлер очень тяжело дышит и продолжает терзать мои губы, с каждым разом делая поцелуй все глубже.
Дает рукам полную свободу, и я чувствую их на своих бедрах. Он медленно тянет ладонь по коже, призывая все мои клетки сдаться ему в плен и раствориться в блаженстве. Платье медленно сдается под натиском его рук и теряет свои территории. Я чувствую, что мои стринги уже предоставлены на полный обзор, но Тайлер не может оторваться от моих губ. Он вдавливает меня в постель и продолжает исследовать каждый дюйм моей кожи руками, не давая шанса сделать глоток свежего воздух. От его жара и рваного дыхания схожу с ума, утопая в томительных ощущениях, смешанных с эйфорией.
Чувствую его каменный член животом и схожу с ума еще больше.
Он так медленно растягивает удовольствие, что моему рассудку не остается ничего, как только потеряться окончательно. Когда его пальцы подцепляют ткань нижнего белья, я почти издаю умоляющий стон, который теряется в наших губах.
Пальцы невесом скользят по моему бедру, продвигаясь ближе к промежности и дышать становится труднее.
— Боже…Ты же пьян, — Где-то на задворках слышу свой хриплый голос, вырываясь из сладкого плена, когда его пальцы повелительно ведут вдоль линии бикини. Выгибаюсь под натиском его умелых прикосновений, чувствуя пожар в животе.
— Пять рюмок текилы пойдут нам на пользу, — Слышу его хриплый шёпот. Тайлер перекидывается на мою шею с голодными поцелуями. — Мне они дадут продержаться подольше. А тебе подольше радовать меня сладкими стонами.
Его алчный рот оставляет отметины, опускаясь все ниже. Рукой срывает с меня бретельку платья, активно тянет её вниз, выпуская грудь на свободу. От соприкосновения горячего тела с прохладным воздухом кожа покрывается мурашками.
— Офигенно, — Слышу рваный выдох Тайлера, после чего на мою грудь обрушивается горячий рот. От захвативших переживаний дикий стон с моих губ срывается бесконтрольно. Зарываюсь руками в его волосы и выгибаюсь, в попытках слиться с ним теснее.
Засасывает сосок, ласкает языком, кусает кожу. Оставляет дорожку поцелуев до второй груди, терзая плоть жадными покусываниями. Он зарывается в мою грудь лицом, а я улетаю от кайфа.
Нетерпеливая рука возвращается к моей талии и снова прокладывает себе дорогу вниз. Пальцы цепляют ткань трусиков, натягивая их на кулак. Следом слышится характерный треск разрываемой ткани, отчего ощущения обостряются до предела. Тай откидывает тряпку и опускает ладонь на мой живот, не прекращая терзая кожу на моей груди. Захлебываюсь в ощущениях, оставляя отметины от ногтей на его спине.
Рука медленно прокладывает дорогу вниз по моему животу, разливая по всему телу предвкушающий озноб. Ладонь с требованием вдавливается в разгоряченную кожу, смещается на мое бедро, властно сжимает ягодицу и возвращается по внутренней стороне. Когда его пальцы без спроса вторгаются внутрь меня, я не могу сдержать громкий протяжный стон. Как же я ждала этого…
Пальцы грубо проникают в меня, а я сильнее тяну Тая к своей груди, давно не стараясь контролировать свое поведение.
Настойчивые губы смещаются с моей груди вниз, оставляя влажную дорожку до пупка, и покрывают кожу на животе. Медленно спускаются все ниже, а пальцы не останавливают своих ритмичных погружений внутрь меня.
Когда язык Тайлера касается моего клитора, я теряю связь с реальность — судорожно всхлипываю, откидываясь головой назад. В глазах мутнеет, живот простреливает тянущей болью. Я хочу большего.
  
Прикосновения мужчины становятся требовательнее, вторая рука с жадностью собирают мою кожу на талии, в то время как язык с трепетом водит вокруг клитора. Пальцы размазывают влагу и отправляют меня в рай на очередной круг.
— Тай, — Еле тяну, потому что на грани, но хочу большего. — Пожалуйста.
Он понимает, чего я хочу, но предпочитает продолжать сладкую муку. Слишком медленно возвращается ко мне, я тяну его за волосы к себе, но он не слушается. Ведет языком по лобку, зубами кусает кожу, и неторопливо прокладывает дорогу вверх, вызывая у меня дрожь от желания. Когда он вгрызается мне в живот, дрожь выходит из-под контроля и меня накрывает горячая волна.