Флоридский ветер перемен (СИ)

— Нет, Тайлер! Я не буду рисковать! Ты не сможешь объяснить полиции, откуда у меня запись!
— Смогу.
— Нет, Тайлер. Пожалуйста, нет. У меня есть другой способ доказать вину Сидмана!
— Говори.
— Бита… Я думала, что выбросила её на улице, когда заталкивала Алекс в машину. Но сегодня утром, собираясь в отель на допрос, нашла её на заднем сиденье. Я просто не запомнила этот момент, адреналин всему виной. В общем, разбивая стекла, я угодила ей по башке Сидмана. Там должна быть его кровь, и она будет лучшим доказательством, нежели видео, которое как показывает практика в наше время, можно легко смонтировать!
  
Страх, мольба, решительность, намерение идти до конца — всё есть на лице этой заматеревшей личности. Хочу ли я сражаться с ней сейчас? Нет. Ломать будем по мере необходимости.
— Твоя правда. Я понял тебя, — Спокойно кидаю, собираясь на выход. Добавить нечего.
— Я усилю тебе охрану, — Говорю уже в дверях. — Эта падаль или его шайка могут заявиться за потенциальной уликой. Без охраны никуда не выходишь. Биту сейчас отдашь моим людям, дальше я сам буду заниматься этим делом.
— Хорошо.
— Мое предложение остается в силе. Если тебе нужна помощь — говоришь.
Дожидаюсь слабого кивка и покидаю номер, про себя усмехаясь парадоксальным превратностями судьбы.
Глава 78 
Саша
Я так искренне, всей душой, молилась Богу все последующие недели, что он услышал меня — Билл Сидман был взят под стражу.
Бейсбольная бита, предоставленная Кимберли, переломила ход расследования. Билл и его адвокаты не смогли объяснить следы крови на орудии защиты, а тщательно скрытые ссадины на лице преступника вскрылись на экспертизе. Немного давления и все приспешники, покрывавшие Сидмана, сдались, владелец клуба сознался в заранее смонтированных записях — наркотики и деньги сделали своё дело, никто не собирался разбираться в чистоте чужих помыслов.
Справедливость восторжествовала, но боевому характеру Тайлера этого было мало.
Федерация смешанных единоборств, узнав, что Сидман преследуется по уголовному делу, запретила официальный бой между Тайлером и Биллом, что в свою очередь принесло кучу облегчения мне, и ни капли — Тайлеру. На судебном заседании мой маньяк выпустил своего зверя на волю и при появлении Сидмана в зале суда под конвоем набросился на него с кулаками, по пути раскидав шесть представителей закона. Драку остановила подоспевшая группа быстрого реагирования, которая удачно располагалась этажом выше.
Да, я разозлилась на своего сумасшедшего мужчину, но потом поняла его и даже вздохнула с облегчением — гештальт закрылся. В итоге, мой маньяк уехал на тридцать суток в тюрьму за нарушение порядка, ну а Билл — на семь лет за покушение с целью изнасилования. Плюсом ему прилепилось дело по хранению наркотиков и пять дополнительных лет за решеткой. Его подельники получили вдвое меньше, но судя по их настрою — они собирались биться за каждый год своей свободы до последнего.
Пока Тайлер охлаждал свой пыл на нарах, я активно наверстывала упущенное — заканчивала заказную работу и досаждала Мэд Тихим Доном. Вообще, в планах стояло взять отпуск на месяц, чтобы активнее сводить подругу с ума — я не теряла надежды, что она переберется на этот свет в скором времени, ведь мы очень сильно ждали её тут.
Радость случилась на вторую неделю после активной бомбежки Мэд русской классикой — сердцебиение нашего доктора участилось, а её тонкие пальчики наконец подали первые движения. Я стала свидетелем этого счастливого момента, которое длилось всего пару секунд. Сначала я застыла от потрясения, когда увидела эти легкие шевеления, а потом запищала от счастья и поставила на уши всю округу. С тех пор мы с Эштоном стали настойчивее извращаться в методах и пустили в ход более тяжелую артиллерию: я начала читать Мэдисон Ветхий завет, а Эштон — пятьдесят оттенков серого. Смесь вышла убойная, но мы очень надеялись на быстрые результаты.
Лена с сыном и Майком вернулись со своего путешествия и остались в неведении относительно всей ситуации, произошедшей в доме Эмилии. Мы решили не огорчать их, поскольку пара и так находилась в не радужном настроении. Лена проходила через те же мучения, что и Мэд с Эшем — она не могла довериться парню, который был на пять лет моложе её. Пришлось полоскать подруге мозг и взять с неё слово, что пока она будет лететь в Россию, то хорошо подумает.
Майк вернулся к себе в Калифорнию, загадочно проронив, что будет искать крепкие сети, в которые поймает свою русскую рыбку.
В общем, их отношения были покрыты мраком, а друзья не спешили открывать подробности, поэтому взяла паузу, чтобы они без посторонней помощи разобрались в своих чувствах, и не лезла туда, поскольку сама находилась в подвешенном состоянии.
А виной этому состоянию стало новое событие, которое произошло незадолго до освобождения Тайлера: в один из вечеров на меня вышла администрация самого National Geographic — они предложили мне место журналиста в увлекательной поездке по непроторенным местам южной Индии. Сказать, что я захлебнулась восторгом — ничего не сказать. Это была мечта каждого журналиста — отправиться в экспедицию такого масштаба. О таком предложении я даже не могла и мечтать, ведь такие возможности казались для меня слишком далекими и недоступными.
В общем, пока Тайлер постигал кулинарные изыски тюремных поваров, ибо меня с передачками туда не пускали, и не пускали с едой даже адвокатов, я вела борьбу со своими личностями. Предложение известного телевизионного холдинга пробудил моего блогера-путешественника, который фактически начал стучать кувалдой мне по голове и требовать, чтобы я не упускала этого шанса.
Проблема была в том, что я не знала, как отреагирует Тай.
И не знала, как совмещать непростую карьеру и личную жизнь с требовательным мужчиной.
Я хотела быть с Тайлером, чувствовала в нем того самого мужчину. Я любила его вопреки взрывоопасному характеру. И я понимала, что это чувство несет за собой жертвы — конец отшельнической жизни и ограничение свободы на собственный выбор. Теперь нас становилось двое.
И я очень надеялась, что Тайлер даст мне развиваться.
Возможно, кто-то скажет, что я дура, раз не спешу кидаться с головой в семейную жизнь, урвав себе такого мужчину, но я не готова уходить в Тайлера полностью. Моя душа требует еще немного пожить для более нестандартного смысла жизни, нежели обустраивать быт и пускать корни. Я хочу ещё немного посмотреть мир и пожить для себя. Для себя и Тайлера, который не будет ставить палки в колеса моей творческой личности.
Конечно я мечтала отправиться в эту экспедицию со своим любимым мужчиной. Только проблема в том, что он вряд ли отнесется к этой идее с восторгом.
А потому каждый день с приближением окончания срока заключения Тайлера я всё больше дергалась и не знала, что делать.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Тайлер сделал выбор в пользу меня, отказавшись от профессиональной карьеры, но смогла бы я поступить так же? Буду ли я довольна жизнью, выбрав роль простой спутницы рядом с мужчиной?
Душа вопила во все горло, что нет…
Тайлер перед судом обмолвился, что хочет открыть бойцовские секции в своей сети фитнес-клубов, а это могло стать камнем преткновения в наших путешествиях, он был бы привязан к месту своей деятельности.
Я хотела его, но ещё я хотела реализации для себя. Я хотела, чтобы у меня была своя интересная история жизни, я хотела знать, о чем я буду рассказывать своим детям — пусть даже, если они и не будут моими родными.
  
Да, возможно, я — дура, раз пытаюсь сделать выбор в пользу более сложного и непредсказуемого пути, но такова моя природа, и я не хочу быть очередной четырехмиллиардной женщиной, которая положила свою жизнь на благо другого человека. Пусть меня называют бракованной, но я хочу еще немного пожить для себя и своего мужчины, который, впрочем, может и вовсе от такой меня отказаться.