Эпоха героев (ЛП)

Я вспомнила увиденное в памяти Теутуса, и решимость пронзила меня.
— Я знаю.
Элата хотел что-то добавить, но передумал. Последний раз взглянув на меня своим единственным глазом, он поспешил прочь.
Орна указала остриём на портал. Её клинок расплывался, с каждой волной вибрации теряя очертания.
— Быстро. Уходите.
Моё сердце заколотилось.
— Вернись в мой тахали.
— Ты знаешь, что я не могу, — тихо сказала она.
  
— Я не оставлю тебя здесь!
— Я принадлежала ему задолго до тебя, понимаешь? Он мой хозяин, воин, которому я служила целые эпохи. Я не… — Но, словно понимая, что спорить со мной бесполезно, она ударила эфесом по плечу Мэддокса. Дракон лишь тихо простонал. — Забери его. Или он умрёт здесь, и мой вызов окажется напрасным.
Я не знала, что светилось в моём взгляде — ненависть, ужас или бездонная скорбь. Наверное, всё сразу. Тяжесть Мэддокса всё сильнее вдавливала меня в землю, ноги едва держали его вес.
Я попятилась, таща его за собой.
— Ты больше не принадлежишь никому, Орна. Слышишь меня? — Мир вокруг начал складываться и размываться, словно его швы стягивались, обволакивая нас. Я ощутила, как лёгкость подхватывает нас, а сила иной реальности тянет к себе. — Ты моя напарница! Ты свободна! И ты! — крикнула я Теутусу, зная, что он слышит. — Я жду тебя в Самайн, в бухте Эйре! Трусливое отродье!
Белизна снежного пейзажа канула в пустоту, демоны исчезли, Тир на Ног рассеялся, будто кошмар, отступающий на рассвете.
Последнее, что я услышала, — металлический смех и слова:
— Я не забуду время, проведённое с тобой, Аланна.
***
Он должен вернуться домой, домой, — отчаянно подумала я в том вихре небес и земель, небес и земель. Ему нужна помощь. Домой.
Я вцепилась в Мэддокса изо всех сил — руками, ногами и душой.
Наконец падение остановила земля. Я возблагодарила богинь и всё, что только пришло в голову, за то, что поверхность оказалась мягкой и тёплой. Воздух был другим, и мои кости задрожали от резкой перемены. Я ощутила магию Гибернии, скользнувшую по моей коже, и поняла: мы спасены.
Мэддокс застонал, и я поспешно уложила его на бок, чтобы он не придавил повреждённое крыло. Теутус разорвал сухожилие, соединявшее его со спиной, и сквозь одежду я видела кровавую, изуродованную массу. Глаза наполнились слезами. Он должен выкарабкаться. Всего несколько месяцев прошло с тех пор, как он вновь обрёл свои крылья и снова смог летать. Он…
Моя ладонь углубилась в нечто обжигающее, и я зашипела.
Заставила себя сосредоточиться. Песок. Мы были окружены песком, но это был не красный, грубый песок Вармаэта. Этот имел бледно-золотой оттенок, почти белый, и был таким мелким, что прилипал к пальцам.
Был день. Солнце заливало всё вокруг светом, и лёгкий ропот заставил меня повернуть голову вправо, туда, где тянулся свежий бриз.
Океан. Воды были цвета бирюзы, настолько прозрачные, что дно просматривалось без труда.
— Я должна спать, — прошептала я, потому что именно это случилось в последний раз, когда я была здесь.
И тогда я вспомнила, о чём подумала, входя в портал. О том месте, куда я просила нас перенести.
Глаза наполнились слезами — отчаяния, боли и любви. Я обняла своего спутника и уткнулась в его щёку, заливая её слезами.
— Ах, Мэддокс… ты дома.
Портал перенёс нас в Дагарт, столицу Огненных островов.
Глава 45
Аланна
Говорят, что этой зимой
Триада пересечёт Вах и отправится на Огненные острова.
Логично, а кто бы не захотел сбежать от снега и вьюг
и расслабиться у Сулиса с кружкой яблочного сидра в руке?
Шепотки более чем пятисотлетней давности
У меня почти не было времени подумать — что делать, как поднять Мэддокса, куда направиться.
На песок опустились два десятка драконов, оружие наготове. Я хрипло рассмеялась, обнимая Мэддокса. Ну да, я сменила снег на песок, зиму на лето, но какая разница? Всё равно мы каждый раз оказывались перед теми, кто был готов причинить нам вред.
Они выкрикивали что-то, чего я не понимала, а я, всё ещё разбитая и вымотанная после боя и путешествия сквозь миры, стояла неподвижно, с пустой головой, пока чьи-то ноги не оказались слишком близко к моему спутнику.
— Назад! — взревела я.
Тьма развернулась вокруг меня, словно размотанный клубок ниток, и ударила во все стороны без разбора. Здесь действительно было оиу для поглощения, и я ощутила нечто, очень похожее на то, что передавал мне Мэддокс: жар, пламя, уголь, взрывную и раскалённую энергию.
Я удержала её всего несколько секунд. Потом тьма заскулила и съёжилась, снова свернувшись в клубок. Едва показалась с моих костяшек, чтобы оплести крылья и рога Мэддокса, защищая его.
Они снова попытались подойти.
— Не трогайте его, — устало пригрозила я. — Он один из ваших.
— Это мы и сами видим, — отозвался мужской голос. — Мы пытаемся понять, кто, чёрт возьми, ты.
Что.
«Может, я и не знал, что ты за существо с самого начала, но я никогда не сомневался в том, кто ты есть: умная, сильная девушка, готовая на всё ради своих близких».
Я глубоко вдохнула. Я справлюсь. Мы выжили в Ином Мире.
— Я — спутница этого дракона. Его зовут Мэддокс, и он был иле, посланным на континент заменить наследного принца Человеческого двора.
В тишине, что последовала за моими словами, я слышала, как волны разбиваются о берег, а солёный воздух ласкает мою кожу, ещё изрезанную холодом. Потом послышались перешёптывания.
Тот же голос ответил, уже напряжённее:
— У спутницы Мэддокса есть имя?
— А… Аланна.
— Хорошо, Аланна. Я — тиарна Дагарта, Си’ро. И мне нужно, чтобы ты позволила нам подойти. Твой спутник истекает кровью прямо на песке.
Да, Мэддоксу срочно нужна помощь. Тысячи мыслей, сковавшие мою голову, начали медленно рассеиваться. Я вела себя, как загнанная в угол волчица, защищающая детёнышей.
Постепенно я выпрямилась. Всё ещё прижимая руки к своему дракону, огляделась. Я видела мужчин и женщин с бронзовой кожей и лёгкими одеяниями, всех — с крыльями. У некоторых они были чёрные, как у Мэддокса, у других — голубые, красные, зелёные, оранжевые. Ни у кого не было рогов или шипов, но каждое крыло украшали сияющие камни, вкраплённые в перепонки, сверкавшие при каждом движении.
Наконец я посмотрела на того, кто был всего в полуметре от меня и говорил со мной. Его крылья были золотыми. Это был мужчина средних лет, крепкий, с глубокими морщинками в уголках глаз. Значит, он часто смеялся.
— У него… рана от гематита в груди и… сломано крыло. — Чёрт, голос у меня дрожал. Адреналин покидал тело с бешеной скоростью. — Он был в риастраде, прежде чем потерял сознание, и пересёк столько миров, чтобы спасти меня, и…
— Аланна.
Мужчина опустился на колени рядом со мной. Его крылья распахнулись, заслоняя от меня остальных. Нижние части были такими тонкими, что я всё ещё видела сквозь них океан.
— Если он тот, о ком ты говоришь, а у меня нет причин не верить тебе, он в безопасности. Он один из нас, и это его дом. Мы поднимем его и перенесём туда, где ему окажут помощь. Ты согласна?
Я кивнула, ошеломлённая, когда почувствовала, как слёзы катятся по моим щекам.
Мужчина, Си’ро, мягко улыбнулся.
— Сможешь убрать свою магию, чтобы мои ребята занялись им?
Ах. Тьма всё ещё цеплялась за Мэддокса, упрямо. Я попросила её вернуться ко мне, и она подчинилась — с трудом, спотыкаясь.
  
Я поднялась на ноги в тот же миг, когда три женщины и один мужчина осторожно подхватили Мэддокса. Они очень внимательно отнеслись к шипам на его предплечьях, и от их выражений лица не ускользнуло моё внимание. Я двинулась следом, решив не спускать его с глаз, пока их крылья не расправились и, взмахнув с силой, не подняли их всех в воздух.
Остальные драконы сделали то же самое, взмыв в небо, кроме двух, что остались на пляже и продолжали наблюдать за нами.