Мгновенное влечение (ЛП)

Сначала я удивляюсь, что мама упоминает Кристину, но потом радуюсь, потому что могу общаться со своей мамой.
— Под любовью к музыке, я полагаю, ты подразумеваешь тот факт, что она страстная поклонница Тейлор Свифт. И, эй, Тейлор убивает, и она предел музыкальных познаний и интереса Кристины. Кроме того, она никогда не читает книги книжного клуба. Она призналась мне в этом.
  
— Хм. Как необычно.
— Нет, это вполне обычно. Многие люди подделывают любовь к чтению просто посещая книжный клуб. А разве ты не хочешь знать, откуда я это знаю?
— Откуда ты знаешь такие подробности о Кристине?
Я останавливаюсь как вкопанный.
— Ты свела меня с ней примерно три года назад. Тогда из этого ничего не вышло.
— О-о-о. — Затем раздается смешок. — Ну, разве это не доказательство того, что я всегда думаю о своем сыне? Но ты так настаиваешь на том, чтобы сказать «нет», что это заставляет меня задуматься. — Она произносит это как детектив, собирающий улики. — Ты с кем-то встречаешься и еще не сказал мне?
Ой.
Вау.
Черт возьми.
Она предлагает мне выход. И все, о чем я могу думать, это — возьми это. Просто прими это, черт возьми.
Я не думаю. Я подпрыгиваю. Прямо с этого утеса — высотой в сто футов и прямо в воду. И когда погружаюсь в прохладную синеву, я говорю:
— Да, я кое с кем встречаюсь.
Когда я прощаюсь с Мардж, мне нужно выяснить, кто, черт возьми, это будет.
  
ГЛАВА 2
 
Гэвин
Вечером я пью пиво со своим лучшим другом в нашем любимом баре в Уильямсбурге.
— Теперь все, что мне нужно сделать, это найти кого-нибудь, кого можно привести с собой на вечеринку по случаю помолвки, — говорю я, благодарю бармена за IPA и делаю глоток.
— А как насчет твоей секретарши в приемной? Она чертовски привлекательная, — предлагает Эдди, поднимая свой бокал и отпивая немного напитка.
Я смотрю на него так, словно он только что предложил купить новые банные полотенца. Эдди верит, что полотенца не стареют.
— Секретарша в «Хрустальной туфельке» — подставная подружка? Ей около пятидесяти.
Эдди прищуривает глаза.
— И ты не думаешь, что пятидесятилетние женщины не смогут одурачить? Не будь эйджистом, Гэв. Только потому, что тебе двадцать девять, не значит, что пятидесятилетняя женщина не может быть хитрой.
Я поднимаю руку.
— Ладно, я на сто процентов не сторонник возрастных, но я понятия не имел, что она тебе нравится.
Эдди проводит рукой по растрепанным волосам.
— Чувак. У меня пристрастие практически к каждой женщине.
Я смеюсь, отпивая немного пива.
— Да, это в значительной степени правда.
Эдди не склонен к дискриминации. Быть Эдди довольно просто.
Он кладет руку на спинку барного стула.
— Не уходи от ответа. Нужно обсудить тот факт, что ты сторонник эйджизма. Может тебя сводить на тренинг чувствительности? Я ожидал от тебя лучшего, чувак.
— Да, пожалуйста. Потому что это так бесчувственно — не рассматривать Салли Джо в качестве материала для свиданий из-за того факта, что у нее трое взрослых детей. Кроме того, она замужем, — смеюсь я.
Эдди щелкает пальцами, хмурясь.
— Черт. Все хорошие уже заняты.
Выражение его лица снова оживляется.
— Эй, как насчет той стриптизерши? Анджелина. Или Анжелика. Или Энжел. Почему бы тебе не пригласить ее на вечеринку и не притвориться, что она твоя девушка?
Я бросаю на него взгляд «ты-же-не-серьезно».
— Это ты встречался со стриптизершей-леди-полицейским. Не я. Ты что, не помнишь свой день рождения?
У Эдди отвисает челюсть.
— Черт. Да, ты прав. Я действительно встречался со стриптизершей. И знаешь что? Она была милой. Настоящая кукла.
— Кроме того, ее звали Лиза.
— Ее настоящее имя – Лиза?
— Нет, стриптизершу звали Лиза.
— Ах, ты прав. Энжел — это женщина, которая выгуливала хорька моего друга в Проспект-парке. Стриптизершей была Лиза. Милая длинноногая Лиза.
Я закатываю глаза, смеясь и отпиваю еще пива.
— Ты встречался с ней, потому что она была милой? Ты хочешь, чтобы я в это поверил?
В этот момент мелодия «Нэшнл» разносится по дайв-бару и Эдди счастливо вздыхает.
— Она была из тех стриптизерш, которых приводят домой к маме.
— Я не знал, что ты приводил домой к маме стриптизершу. Кстати, эта песня потрясающая.
— «Нэшнл» всегда потрясает. Но не надо говорить о музыке, чтобы отвлечь меня от твоих язвительных слов о женщинах, которые работают у шеста. — Он прищуривает глаза, глядя на меня. — Есть много видов стриптизерш. Мне не стыдно отнести одну из них домой к своей матери.
— Потому что твоя мама руководит эскорт-службой. Именно твоя мама научила нас сексу. Как будто это не было совсем уж чертовски странно.
— Это было немного странно. Согласен, приятель. Но она неплохо справляется со своим бизнесом. Кроме того, она абсолютно классная, и была бы не против, чтобы ты встречался со стриптизершей.
— Моя мать совсем не такая. Несмотря на то, что ей нравится быть со всеми подружками и приятельницами. Так что я не могу пригласить стриптизершу на вечеринку к своей сестре. И это прекрасно, потому что на самом деле я этого не хочу.
Эдди ставит бокал на стойку, подает знак принести еще, затем изображает, как закатывает рукава. Я не думаю, что у него есть рубашка с длинными рукавами; все они из разновидности футболок.
— Ладно, давай разберемся с этим. Давай назначим свидание тому парню из Gav после того, как Дениз бросит его задницу.
Я бросаю на него пристальный взгляд.
— Ну и дела. Спасибо, что напомнил об этом.
Он хлопает меня по плечу.
— Эй, не стыдись того, что тебя бросили. Всех хороших парней бросили. Меня бросили. Тебя бросили. Это обряд посвящения. Я упоминаю о демпинге только потому, что это сделает все намного приятнее, когда ты найдешь женщину, с которой тебе суждено быть.
Эдди — странная смесь грубости и, ну, романтичности. Он реально верит в настоящую любовь. Он верит, что это грядет для него, для меня, для всех.
Дверь в бар открывается, и входит моя коллега и хорошая подруга Саванна Уотерс. Ее волосы каскадом ниспадают на плечи, а подтянутая фигура привлекает мое внимание. Но это всегда происходит. Эмпирически и все такое. Она моя подруга, но она также и умеющая притворяться подружка. Эдди резко поворачивает голову и окликает ее:
— Эй, Саванна. Иди сюда.
      Эдди похлопывает по табурету рядом с собой.
Она присоединяется к нам, темно-русые волосы обрамляют лицо.
— Я встречаюсь со Слоун и Пайпер через несколько минут, но как я могу устоять против вас, двух нарушителей спокойствия?
— Кто сказал, что мы нарушители спокойствия? — спрашиваю я с такой невинной улыбкой.
Саванна приподнимает одну бровь, и выражение ее лица становится немного кокетливым. Ей очень идет. Взгляд, который мне нравится.
— Разве не так? — спрашивает она. — Вы готовите и перемешиваете все это, как пара шеф-поваров.
— У нас в подсобке есть чан для варки пива, — говорит Эдди.
— Просто добавь немного шрирачи. — Она прислоняется к стойке бара. — Немного острого соуса, и я приготовлю его как суп.
Я поднимаю руку.
— Я хочу этот суп-пюре, особенно если он очень острый.
Саванна бросает на меня насмешливый взгляд.
— Всегда острое. Я всегда люблю острое. Это моя мантра.
Моя тоже. Еда, секс, как хотите.
— К черту мягкость, — таков мой ответ, и она в ответ шевелит бровями.
На мгновение я задаюсь вопросом, любит ли Саванна в спальне острое или сладкое, но потом выбрасываю эту мысль из головы. Мы друзья, и я не ищу ничего большего.
  
Эдди машет рукой, большой и смелый.
— Я придумал!
Он кладет руку на плечо Саванны.
— Попроси ее пойти с тобой на свидание.