Мгновенное влечение (ЛП)

Джейсон подставляет мне свой подбородок.
— Хочешь потрогать?
Эти трепещущие крылья? Они скатываются по моим рукам, обжигающие и горячие. Может быть, потому что нас разделяет преграда, может быть, потому что я уверена, что дальше этого простого маленького контакта дело не пойдет, я протягиваю руку и глажу его бороду. Это приятно, это правильно... Такое чувство, что прикасаться к нему — это то, что я должна сделать, и это пугает меня больше, чем я ожидала.
  
Я убираю руку и принимаюсь за сортировку стаканов на стойке.
— Зачем ты ее отрастил?
— Я веду колонку об уходе за бородой. Мне нужно протестировать продукты.
— Ты сохранишь?
— Продукты?
Я бросаю на него взгляд «ты не можешь быть серьезным».
— Борода, дурачок.
Он пожимает плечами.
— Я не знаю. Ты хочешь проверить это еще раз и посмотреть, что, по-твоему, я должен делать?
Как будто мы говорим о чем-то другом, обсуждаем то, что происходит между нами.
— Просто для колонки и все такое, — добавляет он.
— Просто для колонки, — вру я, снова поглаживая его, прикасаясь к нему только для себя.
Джейсон все время наблюдает за мной.
Затем он замирает, хватает меня за руку и держит за запястье.
— Я видел свои новогодние сообщения. Мне жаль.
Я застигнута врасплох. Я не ожидала извинений. Честно говоря, я вообще не ожидала, что он упомянет об этом.
— Почему ты извиняешься?
— Я не отдавал себе отчета в том, что делал.
— Ты не имел это в виду?
Я спрашиваю, а потом жалею, что не могу взять свои слова обратно, потому что я звучу как нуждающаяся девушка, которой требуется утешение.
Джейсон встречается со мной взглядом, его глаза сверкают.
— О, я это имел в виду. Я имел в виду это так чертовски серьезно.
Весь воздух вылетает из моих легких. Кажется, становится невозможно дышать.
— Ты серьезно?
— Я просто не хотел говорить всего этого. Чтобы заставить тебя чувствовать себя некомфортно.
Я качаю головой.
— Сообщения не заставили меня чувствовать себя некомфортно.
Он изучает меня, пристально вглядываясь в мое лицо.
— Ты уверена?
— Я уверена, Джейсон.
Он тяжело вздыхает.
— Даже если и так, я больше не буду этого делать. Я буду придерживаться плана.
— А такой есть? План?
Его глаза слегка поблескивают.
— План, который у нас всегда был. План, в котором мы не действуем под влиянием мгновенного влечения.
  
ГЛАВА 21
 
Джейсон
Неделю спустя, когда мы заканчиваем занятия по джиу-джитсу и выходим из студии, вечер окрашивает небо в оранжевый цвет. Падает снег, белые хлопья падают с облаков.
Трули счастливо вздыхает.
— Я люблю снег.
— И почему это?
— Он всегда кажется умиротворяющим, но в то же время возможным. Ты понимаешь, что я имею в виду?
— Как будто что-то может случиться, когда идет снег.
Она встречается со мной взглядом, и ее глаза загораются.
— Да. Это именно так. Такое ощущение, что из-за снега могут произойти самые невероятные вещи. Разве это не странно?
Я качаю головой, пока мы идем по району.
— Нет, я не думаю, что это странно. Снег по своей сути романтичен. Из-за этого кажется, что город замедляет свой ход. Как будто Манхэттен накрыт одеялом, и под ним раскрываются секреты.
— Я хочу узнать секреты Манхэттена, — задумчиво говорит Трули.
И я хочу, чтобы у нас с ней были секреты. Я хочу укрыться с ней, пока идет снег, и поделиться с ней всевозможными секретами, которые погода сохранит для нас.
— Знаешь, что мне еще нравится в снегу? — спрашивает она.
— Расскажи мне.
— Катание на сноуборде. Разве мы не собирались уезжать? Ты хочешь выбраться из города в эти выходные?
— Было бы неплохо.
— Мы должны пригласить Малоуна, — предлагает она.
Но когда она пишет ему в нашем групповом чате, он говорит, что не может поехать, потому что занят.
Я испытываю огромное облегчение. Я не хочу кататься на сноуборде с Малоуном и Трули. Я хочу покататься с ней на сноуборде.
Итак, мы составляем план, как сбежать.
В выходные мы едем в горы на арендованной машине, и включаем Rolling Stones и поем «Wild Horses», а затем напеваем «Come Together» группы The Beatles. Мы также не можем удержаться от того, чтобы не спеть «Лейлу» Эрика Клэптона.
— Нет ничего лучше, чем петь с тобой классический рок. Кроме того, ты получаешь основные баллы за первоклассный музыкальный вкус, — говорю я, когда мы подъезжаем к горнолыжному курорту.
Трули дует на свои ногти, затем трет их о грудь.
— У меня действительно превосходный вкус.
— Если бы ты сказал, что тебе нравятся Эд Ширан или Coldplay, я бы передумал насчет нашей дружбы.
Ее глаза становятся широкими и игривыми.
— Срочные новости. Мне нравится Эд Ширан.
Я съеживаюсь, как будто она сказала худшую вещь в мире, потому что она вроде как так и сделала.
— Я притворяюсь, что ты этого только что не говорила.
Трули пожимает плечами.
— Я люблю Эда.
Я непреклонно качаю головой.
— Нет. Ты не любишь. Ты женщина с тончайшим вкусом.
Она бросает на меня застенчивый взгляд.
— У меня действительно превосходный вкус.
И прямо сейчас я бы хотел, чтобы она руководствовалась этим вкусом, когда дело касается парня, с которым она катается на сноуборде.
За исключением того, что этого не может случиться.
***
Когда мы доберемся до склонов, клянусь, мы будем за миллион миль отсюда.
Мы проводим день, взбираясь на кресельном подъемнике, а затем спускаясь с холмов, взбудораженные адреналином и возможностью, которую приносит снег.
После финального заезда решаем, что ни за что не сможем вернуться в Нью-Йорк.
Когда мы направляемся офис курорта, Трули говорит:
— Я думаю, нам стоит остаться на ночь.
— Согласен.
Мы бронируем два номера, и как только встречаемся за ужином, кажется, что все вот-вот изменится.
ИНТЕРЛЮДИЯ
Спенсер
Что-то вот-вот изменится? Интересно, что он вообще мог иметь в виду под этим.
Однако этот вопрос подождет. Потому что мне до смерти захотелось узнать о вечеринке Саванны и Гэвина с ночевкой.
Можете считать меня безумным, но я не думаю, что это из тех, которые предполагают использование спального мешка. На самом деле, я задаюсь вопросом, будут ли они вообще спать.
  
ГЛАВА 22
 
Гэвин
Я веду Саванну вверх по ступенькам, положив руки ей на бедра. Дорога до моей квартиры занимает очень много времени. Ступени скрипят и стонут, особенно потому, что мы останавливаемся на каждой третьей или четвертой, чтобы поцеловаться. Я целую ее за ухом, и она вздрагивает. Я откладываю это в долгий ящик, зная, что захочу поцеловать ее там снова и выяснить, вызовет ли это такую же реакцию.
Она останавливается, поворачивается и запечатлевает поцелуй на моих губах. Я чуть не падаю навзничь, потому что настолько мощно, что бьет мне в голову.
Я беру себя в руки.
— Я чуть не упал.
— Тебе лучше не падать со ступенек, — говорит она.
— Тогда тащи свою задницу на мой этаж и перестань отвлекать меня от.... — Я шлепаю ее по заднице.
— Я далека от того, чтобы отвлекать тебя своей задницей.
— Это очень отвлекающая задница.
Мы поднимаемся еще на несколько ступенек, когда я дергаю за ее джинсы.
  
— Просто проверяю, насколько быстро они снимаются.
— Почему бы тебе не выяснить это, как только мы окажемся в квартире?