Шёпот магии

У задней части дома я остановилась возле двери, которая, хоть и была внешне стилизована под старинную каменную кладку, при близком рассмотрении все же оказалась намного современнее. Вытащив телефон, я набрала коротенькое сообщение Джессу, а тот позаботился о деактивации сигнализации.
Вскоре от него пришло: «Иди». Я достала инструменты для взлома, которые с момента выхода из дома оттягивали карман плаща, и проворно заработала пальцами.
  
Всего несколько секунд, и раздался знакомый звук открывшегося замка. Приоткрыв дверь на ширину ладони, я прилепила к косяку кусочек пластилина, чтобы как можно плотнее прикрыть ее, но не захлопывать, после чего юркнула внутрь.
Отмычки снова скрылись в кармане, а я повернулась в сторону коридора. Он простирался передо мной кромешной чернотой. Потребовалась пара мгновений, пока глаза не привыкли к темноте. В отличие от дома мадам Минервы, где можно было не опасаться, что кто-нибудь заметит свет от фонарика на мобильном, здесь следовало действовать осмотрительнее. Не в последнюю очередь потому, что ко взлому музея полиция отнесется гораздо серьезней, чем к ограблению ведьмы-шарлатанки.
Когда наконец начала различать очертания предметов вокруг, я пошла дальше. Половицы скрипели под ногами, и после каждого шага мне приходилось замирать и прислушиваться. Тишина. Я одна.
Наконец я добралась до зала с пером. Шум собственной крови в ушах поначалу мешал разобрать шепот магии, однако через какое-то время он отделился от приглушенного звука моего сердцебиения. У меня на губах расцвела улыбка. Затаив дыхание, я приступила к вскрытию витрины. Хоть в способности Джесса я верила максимально, но опасения, что в любой момент сработает сигнализация, все равно присутствовали.
Замок щелкнул и открылся, и тут неожиданно послышался скрип, который точно породили не мои шаги.
Я застыла.
Скрип половиц повторился.
Снова, и снова, и снова.
Черт!
Я не одна.
Меня прошиб холодный пот, а руки затряслись, несмотря на перчатки. По всей вероятности, это охранник, патрулирующий ночью особняк леди Стэр.
Блин!
Блин!
Блин!
Как такое возможно? В панике я озиралась и искала подходящее место, чтобы спрятаться, или пути отступления, но их не было. Я здесь застряла. Защитой служили лишь плащ и темнота. За неимением других вариантов я укрылась за витриной. Придется надеяться, что меня не заметят.
Стараясь дышать ровно, я не выпускала из поля зрения вход, и очень скоро порог комнаты переступил чей-то темный силуэт. Вместо крови внутри меня растекался страх, а сердце колотилось у самого горла. Все тело приготовилось к побегу, как вдруг сознание пронзила одна-единственная трезвая мысль: «Почему у охранника нет при себе фонарика?»
– Фэллон?
Его шепот прозвучал не громче шепота магии, и все-таки едва слышных слов хватило, чтобы послать разряд молнии по моим венам. Я вскочила, прищурив глаза:
– Рид?
– Что ты здесь делаешь?
– Что я здесь делаю? Это что ты здесь делаешь? – прошипела я и вышла из-за витрины.
– Я первый спросил.
– А я первая пришла.
– Уверена? – Мы стояли напротив друг друга, и невзирая на тени, я увидела, как он вопросительно выгнул бровь. Он серьезно был тут до меня? Если да, то каким образом? Мы в музее, здесь нечего красть, кроме небольшой выручки сувенирной лавки и брелоков с изображениями Эдинбурга. Разве что…
– Рид, что ты тут делаешь? – спросила я уже настойчивей. Взгляд дернулся в ту сторону, откуда исходил шепот пера.
– Шел за тобой.
Меня окатила ледяная дрожь. Как такое могло быть? Я всегда была внимательна и осторожна. Как я не заметила Рида?
– Зачем?
– Зачем? Ты влезла в музей.
Я фыркнула:
– Спасибо за напоминание, а то я чуть не забыла.
– Я серьезно, Фэллон, что с тобой не так? Сначала Таро, а теперь это? Для человека, который обвинял меня в воровстве, у тебя потрясающий талант по части ограблений.
– Я ничего не собираюсь здесь красть.
Рид закатил глаза:
– Разве я только сегодня днем не говорил тебе, что ты плохая лгунья?
– Поверишь, если я скажу, что хожу во сне?
– Фэллон… – В голосе Рида появились предостерегающие нотки, по-моему, чересчур громкие по сравнению с тишиной музея.
Я стиснула зубы до боли в челюсти, потому что ничто из того, что я сказала бы или сделала, не могло адекватно объяснить данную ситуацию. Это под силу лишь правде, но я была не готова поделиться ею с Ридом.
«Лгать нужно ближе к правде».
Я опустила голову.
– Дело в том, что в этом музее находится предмет, который мне очень необходим. Очень. Не могу рассказать тебе почему. Можешь либо принять это и прекратить задавать вопросы, либо сделать то, что собирался сделать теперь, когда ты меня поймал.
Рид просто смотрел на меня, а потом кивнул:
– О’кей.
– О’кей?
– Да, о’кей. – Он пожал плечами. – Ищи свой предмет. А я пока наведаюсь в сувенирную лавку.
– О’кей… а зачем?
Рид изобразил невинную улыбочку, еле различимую в темноте.
– У тебя свои секреты, а у меня – свои. Встречаемся через пять минут у задней двери. Тебе этого будет достаточно?
Я кивнула, слегка выбитая из колеи подобным развитием событий. Ситуация выглядела просто слишком абсурдной, и я начинала думать, что вот-вот очнусь от этого странного сна.
– Отлично, до встречи!
Рид попятился и скрылся в направлении сувенирного ларька. Еще мгновение я, не шевелясь, пялилась ему вслед и размышляла, что это вообще было, но тут же оставила попытки это понять.
И повернулась к витрине, из которой доносился шепот. Шок и замешательство моментально исчезли, и ко мне возвратилась концентрация. Пальцы покалывало от волнения. Я приподняла уже вскрытую стеклянную пластину и взяла магическое писчее перо с золотым стержнем и темным опахалом.
Покрутив в ладони перо, я наслаждалась чувством безопасности, которое вызывала во мне его магия. Она окутывала, как любимое одеяло из детства, согревавшее меня холодными ночами. Хотелось держать его и никогда не отпускать, но выбора у меня не было. Я аккуратно убрала перо в карман плаща и заперла витрину, после чего отправилась к выходу.
Там меня уже дожидался Рид. Он расслабленно прислонился к стене, руки в карманах кожаной куртки, на губах довольная ухмылка.
– Нашла то, за чем пришла? – поинтересовался он, и эхо его голоса отразилось в пустом коридоре.
– А еще громче нельзя?
Его улыбка стала шире, но, прежде чем он успел произнести хоть слово, я схватила его за рукав куртки и поволокла за собой из музея на неровную мостовую. Сейчас уже никто не поймает нас с поличным, а единственными доказательствами нашего взлома являлись перо у меня в кармане и кусочек пластилина в руке, который я на ходу отлепила от замка́.
Не отпуская Рида, я поспешила в сторону парка на Принцес-стрит, поэтому у него не осталось выбора, кроме как следовать за мной. Идеально было бы сразу вернуться в Архив, чтобы надежно спрятать перо, но если нас все же кто-то видел, я не хотела привести этого кого-то прямиком к своему антикварному магазину.
Рид не выказывал никакого сопротивления, и, убедившись, что он и дальше пойдет за мной, я выпустила рукав его куртки.
– Кажется, я теперь сообразила, почему у полиции на тебя такое огромное досье. Ты самый шумный вор, которого я знаю.
– Мы были одни в музее.
– А если бы тебя снаружи кто-нибудь услышал и вызвал полицию?
– К тому времени, когда они приедут, нас уже и след простынет. – На этих словах Рид ускорил шаг. Я инстинктивно подстроилась.
Куда мы шли, я не понимала, пока мы не остановились перед рестораном быстрого питания на Принцес-стрит, до сих пор открытым для сотен голодных посетителей.
  
– И что мы будем тут делать?
Рид потянул дверь на себя и дал мне знак проходить внутрь.
– Есть? Пить? Разговаривать? Все сразу?
Скользнув взглядом вдоль окон, я посмотрела на подвыпивших людей, которые ели картошку фри и потягивали через трубочки колу. Их было не очень-то и много, но это место все равно казалось мне чересчур людным после того, чем мы только что занимались. Пальцами я нащупала магическое перо в кармане плаща, чтобы ощутить его присутствие, хотя и так ясно слышала шепот.