Японская война 1904. Книга шестая (СИ)

Как будто это он виноват! А ведь теперь, Пауль был уверен, еще и его повышение, которое он точно должен был получить за то, что первым сумел переслать новости из Кореи, окажется под вопросом.
— Вы выучили все те цифры, что я вам передал? — Йоханнес Мюллер по прозвищу Мельник, в честь его фамилии и умения бесконечно молоть языком, тоже нервничал.
Он тоже допустил ошибку, так и не сумев убедить японцев в полезности переданной им взрывчатки. В итоге стратегия Карла Дуйсберга, управляющего «Байера», надеющегося найти новых заказчиков и инвестиции в Азии, забуксовала. И они даже думали сворачивать свои дела в этой части света, когда на них снова вышел Макаров.
  
— Да, можете не беспокоиться, — фон Винклер успокоил представителя торговцев. — Я свое дело сделаю. Тем более если генерал сам позвал нас, то разве не очевидно, что он уже заинтересован в вашей взрывчатке?
— Некоторые так думали и про полезные ископаемые. А в итоге он просто отказался.
— А может, не стоит замыкаться на одном генерале? — неожиданно задумался фон Винклер. — Это мы постоянно при армии, вот и не смотрим дальше… Но, может, вам выйти на гражданского губернатора? Я слышал, что в России они обладают большой самостоятельностью. А у того же Столыпина еще и репутация хозяйственника.
— Выйти на губернатора с предложением купить взрывчатку? Ну, вы хотя бы думали немного… — Мюллер, только сказав, осознал, что перегнул палку, и зачастил с извинениями.
Если бы так поступил военный, фон Винклер уже предложил бы ему выйти на дуэль, но этот торгаш… Что с него взять.
— А насчет шахт и концессий? — неожиданно Паулю пришла в голову идея, что его старую ошибку еще можно исправить. В конце концов, не простому же генералу решать, пускать в Маньчжурию германские компании или нет.
— Мой коллега пытался поднять этот вопрос, но русские уже послали свои собственные экспедиции по всем найденным месторождениям. Если они не справятся, то да, у нас еще будет шанс. Но в противном случае, если дела пойдут, царь не даст в обиду своих подданных.
Мельник ничего не сказал прямо, но по масляному блеску в его глазах фон Винклер понял, что на самом деле все не так уж и плохо. Как правильно сказал посланник «Байера», если дела пойдут хорошо… Но ведь могут и не пойти. Особенно если помочь. И у Мельника такой опыт точно был.
Тем временем они проехали от вокзала Инкоу до здания штаба Макарова. По пути в глаза бросалась чистота и некоторая германская строгость города, но в то же время фон Винклер не мог не обратить внимание, что на улицах уж больно много простых людей. Даже обычные солдаты. Гуляют, смотрят, шумят… Вся эта суета и гам, конечно, сильно портили впечатление. До степенных улиц Пруссии, где плебс знает свое место, Инкоу было еще далеко, но… Этот город и его хозяин хотя бы пытались.
Впрочем, уже скоро фон Винклеру стало не до таких мелочей. Макаров принял его без задержек, ровно в назначенное время, и молодой офицер принялся подробно и со всеми расчетами рассказывать о преимуществах новой взрывчатки, которая могла бы принести России пользу на поле боя. А Германии — те самые деньги, которые на этом самом поле боя будут добыты.
— Тринитротолуол очень удобен. Он плавится, и его удобно заливать в снаряды без риска взрыва. В отличие от японского мелинита от не вступает в реакцию с металлами и может храниться прямо в снарядах хоть 20 лет, — рассказывал он.
— У вас уже есть такой опыт? — скучающий тон генерала словно намекал, что ему не очень интересно. То ли он и так уже все знает — но откуда? — то ли просто хочет набить себе цену. Еще и вопрос какой задал! Ясное дело, опыта в 20 лет нет ни у кого, потому что в 1885-м этой взрывчатки еще просто не было.
— Это мнение ученых и инженеров, лучших из них, что привлечены компанией «Байер».
— А я слышал, что новой взрывчаткой занимается еще «Дойче динамит» из концерна «Нобель», — Макаров нанес еще один удар. Ну да, он знает про конкурентов и может запросить цену еще и у них.
— К сожалению, они не работают в Азии, иначе мы бы смогли сделать вам уже общее предложение, — фон Винклер почти прямо намекнул, что германские компании на внешних рынках друг с другом не конкурируют. На самом-то деле, конечно, все бывало, но не может же этот генерал еще и в таком разбираться.
Макаров промолчал. Фон Винклер выдохнул и перешел к цифрам.
— «Байер» сейчас выпускает в год несколько сотен тонн тринитротолуола, и, если вы хотите усилить возможности вашей армии, они могут вам пригодиться. На тысячу 76-миллиметровых снарядов уйдет всего 150 килограммов нашей взрывчатки, для минометов того же калибра — 600 килограммов, для крупных орудий на 152 миллиметра — уже две с половиной тонны. Но, напоминаю, это на тысячу снарядов.
Пауль заметил, что Макаров оценил, что он в свою очередь обратил внимание на использование его армией минометов. Они действительно хорошо себя показали, и фон Винклер лично включил расчеты примерных затрат на мины для них в общие цифры. Теперь главное, чтобы сработал план Мельника, и генерал, сосредоточившись на тысячах, не обратил внимание на затраты на каждый конкретный выстрел, которые…
— То есть тротила на каждый снаряд уходит больше, чем пироксилина, — естественно, Макарова запутать не удалось, так он еще и название взрывчатки сократил до разговорного варианта, словно говорил о чем-то давно знакомом. — Старого пороха на то же количество снарядов ушло бы на 10–20 процентов меньше. А так как мы не будем менять их форму, то получится, что уменьшится эффективность наших выстрелов.
Сомневается или торгуется? Было совершенно непонятно.
— Если брать разлет осколков, то вы правы. Но важно же не только это! — встрепенулся фон Винклер.
За последние дни он прочитал о взрывчатке больше, чем многие за всю жизнь. Формулы, результаты испытаний, как самостоятельных, так и сравнительных. И какие-то выводы он смог сделать даже помимо тех, что были записаны в переданных Мельником бумагах.
— Пироксилин, кордит, мелинит — все они взрываются резче, это верно, — продолжил фон Винклер, не обращая внимания на раскрасневшиеся щеки. Все-таки зацепил его Макаров! — Они рвут снаряды, швыряют осколки. Тротил по сравнению с ними создает более медленную, но более длительную и нарастающую волну. Что в свою очередь дает гораздо более сильный фугасный эффект, а кому как не вам, генерал, понимать, насколько это важно? В условиях современной войны, когда каждая армия будет все глубже закапываться в землю и бетон, именно новая взрывчатка будет максимально эффективно разрушать эти самые укрепления.
Фон Винклер замолчал, ожидая реакции на свои слова, и Макаров неожиданно взял и похвалил его.
— А вы молодец, ухватили самое главное, — несмотря на слова, на лице русского генерала не было и тени улыбки. Казалось, он раздумывает, а не стоит ли вообще избавиться от слишком умного германца…
— Спасибо, — по спине пробежала волна дрожи, но фон Винклер мог признаться хотя бы самому себе: ему была приятна эта похвала.
— Пожалуйста, — лицо Макарова ни капли не изменилось, но молодой офицер почувствовал, что генерал принял решение. Насчет сделки и насчет него.
Фон Винклер невольно напрягся, когда Макаров опустил руку ниже стола, но тот всего лишь вытащил несколько папок с документами. Две отправились обратно, а вот третью генерал толкнул вперед.
— Здесь предложение, которое я готов сделать компании «Байер».
— Сколько вы готовы купить? — фон Винклер задал главный вопрос, даже не открывая папку.
— Если вам так важны цифры, то… Я куплю все, что вы произведете. Здесь, в Маньчжурии. Если же вам нужны еще ответы, то все они внутри переданных вам документов.
  
Молодой офицер уже хотел было резко ответить, что Макарову не стоит даже рассчитывать на перенос заводов в Азию, но потом вспомнил итоги прошлых переговоров и не стал спешить. Вместо этого он открыл собранную русским генералом папку и чуть не поперхнулся, когда первая же страница оказалась едва ли не полной копией того, что он учил наизусть все эти дни.