Пламя Эгиды. Книга 2 (СИ)

А вот враг оказался предсказуем — силуэт его стремительного помощника показался всего через мгновение после моего удара. Только на этот раз я был готов.
Тварь, от атаки, самом собой попыталась уклониться. Но разминуться со второй стрелой у неё не вышло — та вонзилась в бок монстра.
Успевший отчасти восстановиться Ровер, молнией кинулся вперёд. Я же положил на тетиву ещё одну стрелу. Одну из тех, чей наконечник был пронизан боевым узором.
  
Противник метался из стороны в сторону, отчаянно пытаясь разорвать сеть. Но лишь больше запутывался в ней. Плетение уже протянуло нити к ближайшим деревьям, которые щедро делились энергией. Каждый новый рывок цели, усиливал давление и провоцировал рост шипов, что терзали ренегата.
Тёмная дымка почти исчезла. А тот защитный покров, которым он попытался себя прикрыть, получился слишком слабым. Моей силы, влитой в артефакторный наконечник стрелы, оказалось достаточно, чтобы пробить барьер. Именно с его помощью, враг и перехватил первую стрелу. Окутав свою руку обычной Изначальной силой, спокойно переносящей контакт с жизненной мощью леса.
Теперь же стрела вонзилась в его тело, заставив желтоглазое отродье закричать от боли.
Плеснуло волной яростного удовольствия от Ровера — пёс разрывал на части монстра, в которого противник похоже превратил мёртвую собаку. Я же вытащил вторую стрелу с артефакторным наконечником. Нацелив её прямо в лицо пустотного ублюдка, отрывисто задал вопрос.
— Кто ты? Зачем вы это устроили?
Странно, но тот до сих пор не был в состоянии сбросить сеть. Обычно, даже самые слабые из высших навей, справлялись с этой задачей куда быстрее. Этот же вовсе был полностью разумным Пробуждённым. Тем не менее, никак не мог совладать с плетением. Что могло значить лишь одно — ранее он ни с чем подобным не сталкивался.
Замерев на месте, мужчина упёр в меня взгляд.
— Ты ведь не водник. И не лесной дикарь. Что это за узор? Зачем тебе дочь предательницы? Почему ты лезешь в бой?
Желтоглазый продолжил сыпать вопросами, упоминая службу императору и кажется, вываливая на меня всё, что приходило ему в голову. Я же поднял в воздух новую партию воздушных эйдосов. А вот враг внезапно сменил направление своего монолога.
— Сними это. Убери и мы договоримся. Чего ты хочешь? Золота? Титул?
Его эмоционального фона сейчас не ощущалось. Вокруг продолжал кипеть бой — я улавливал выбросы силы, а призрачные птицы показали появившихся на границах квартала солдат. Которые постепенно продвигались вперёд, истребляя навей.
Из-за этого вокруг было такое количество вибраций энергии, что чужие эмоции среди них попросту терялись. Именно поэтому, я не почувствовал вспышки в сознании Милославы. А она точно должна быть иметь место. Вряд ли дева устремилась бы вперёд, будь у неё холодная голова.
Родион орудовал кухонными ножами, одного за другим укладывая навей, что пытались подобраться с тыла. Ретривер добивал своего противника. А вот русала замерла около оплетённого сетью врага, приставив острие шпаги к его голове.
— Откуда ты знал мою мать? КТО ТЫ ТАКОЙ?
Скорость у неё была потрясающей. Пусть деву никто не обучал, но вот все её инстинкты оставались на месте. И сейчас она им полностью поддалась. Со всей возможной грацией и природной ловкостью. Буквально перетекая сквозь пространство и сияя кольцами Изначальной силы.
Противник же допустил ошибку. Не знаю, что его связывало с матерью моей спутницы, но услышав вопрос, ренегат человеческого вида, сделал рывок в сторону Милославы.
Вернее попытался его совершить. Закончить начатое, помешали сразу две веских причины. Во-первых, добрый десяток длинных шипов, что вонзились в его тело при начале движения. Не прекращая расти и разрывать плоть.
А во-вторых, клинок артефакторной шпаги. Сложно предпринимать какие-то действия, когда твоя голова оказывается пробита сталью.
Сама русала ещё секунду постояла на месте, с некоторым удивлением смотря на врага, который медленно оседал на землю, соскальзывая черепом с её клинка. Я же потянулся к тому нитью силы. Осторожно коснувшись, подхватил первую порцию трофейной силы, проверяя, насколько справляется лигата. А спустя секунду, втянул всё, что у того было.
Почти одновременно нахлынули ощущения от поглощения ещё одной порции трофейной мощи — Ровер окончательно разобрался с противником.
Выдохнув, я оценил картину, которую передавали эйдосы птиц. И вернув в колчан артефакторную стрелу, рявкнул.
— Собрались! Держаться за мной! Без приказа вперёд не бросаться!
Милослава повернула голову, уперев в меня пылающий взгляд. На момент показалось, что дева либо разразится вопросами, либо впадёт в боевое безумие, кинувшись крошить навей. Но к счастью та удержала себя в руках. И когда я двинулся вперёд, благополучно заняла позицию позади.
Родион, одежда которого была заляпана кусочками плоти и тёмной крови, тоже шагал следом. А рычащий Ровер, с безумной яростью рвал появляющихся навей. Пёс всё ещё не мог отделаться от чувства боли и страха, что на момент накрыло зверя во время неожиданной атаки. Вовсю компенсируя это выплёскиваемым в пространство гневом.
Я же, наблюдал за происходящим глазами сразу пяти воздушных эйдосов. Отбросив в сторону лишние мысли и быстро продвигаясь к эпицентру событий — тому особняку, где до сих пор продолжался бой.
Туда же пробивался небольшой отряд воинов в чёрных мундирах. Плюс, внутри заражённого квартала оказалось сразу несколько групп Пробуждённых, в сопровождении солдат. Благополучно сцепившихся с той парой ренегатов, которых казались мне «вторым эшелоном».
Концентрация силы и её всплески привели к ещё одному результату — спала ментальная блокировка заточённого в перстень древнего божества. Артефакт, некогда подаренный мне предыдущим Претором, изрядно раскалился и обжигал палец. А когда до особняка, где шёл отчаянный бой, оставалась пара сотен метров, в голове зазвучал голос сущности.
«Уверен, что не перепутал направления? Тебя же там сожрут и даже не подавятся. Поворачивай назад, пока ещё есть шанс.»
Забота о моём благополучии, могла бы выглядеть весьма благородно. Не будь одного «но» — если артефакт возьмёт в свои руки случайный человек, никакого контакта с ним у запечатанного бога, наладить не выйдет. Ему останется лишь вечно парить в темноте. Без единого шанса на общение.
Уловив мои мысли, он снова начал что-то говорить. Кажется, пытаясь возразить. Но дослушивать я не стал — вновь отсёк его от своего сознания.
Последние сто метров мы прошли в крайне медленном темпе. Буквально прорубаясь сквозь толпу навей, которая нахлынула на нас со всех сторон.
Ровер, с таким обилием целей не справлялся. Пёс превратился в стремительную и сверкающую золотом машину смерти. Но противников было слишком много, чтобы он успевал уничтожить всех.
Родион и Милослава тоже вовсю истребляли врагов. Тем не менее, их хватало лишь на то, чтобы удерживать тыл и отчасти фланги. А вот фронтальный сектор мне пришлось взять на себя.
Стрел на всех врагов точно было недостаточно. Потому я забросил лук за спину. И вооружившись двумя охотничьими ножами, которые изначально были куплены соратникам, перешёл в ближний бой.
Сталь недавно приобретённого оружия тоже была артефакторной. Но далеко не настолько качественной, как у шпаги, которой сражалась русала. Спустя полсотни оставленных за спиной навей, лезвия начали буквально плавиться. А когда я уничтожил ещё несколько десятков, вовсе потеряли форму.
Будь это обычные навы, подобное оружие их бы не взяло. Но сейчас мы сражались с непонятными существами. Они дышали воздухом, а по их венам текла, пусть и странная, но кровь. Тем не менее, плоть была пропитана грязной навьей мощью, а единственным желанием было нести смерть в массы.
  
Ещё один момент, который сразу стал очевиден — ими управляла чужая воля. Небольшую группу людей в чёрном, которых я определил, как мертвоборцев, тоже пыталась сдержать толпа таких же «навей». С которыми те, надо сказать, неплохо справлялись.