Пламя Эгиды. Книга 2 (СИ)

В обращённом на меня взгляде Самоедова скользнуло раздражение, сразу же вслед за которым пришло опасение.
— Каким именно делам? Собираетесь отправиться к себе в усадьбу?
Я с невозмутимым видом кивнул.
— Безусловно. Но перед этим я хотел бы закончить начатое. Заключить мирное соглашение с фамилией Цурабовых. Они ведь всё равно здесь.
Судя по изумлённому выражению лица, такого поворота офицер не ожидал.
  
— Мне кажется, это не самое лучшее место, чтобы вести дипломатические переговоры.
Хмыкнув, я изобразил удивление уже на собственном лице.
— Почему? Они всё равно будут вынуждены ждать, пока ваш приятель кого-то пришлёт. Или когда отправят своих людей Морозовы. Никто не мешает нам обменяться парой слов и урегулировать конфликт. В конце концов, именно это было целью поединка.
Несколько секунд мертвоборец молчал, уперев в меня тяжёлый взгляд. Потом слегка качнул головой.
— Вы либо безумец, либо человек, у которого нет инстинкта самосохранения.
Слева от меня раздался тихий голос Рощина:
— Это разве не одно и то же?
Офицер на момент отвёл взгляд, а я озвучил ответ.
— Я не собираюсь отступать от тех условий, что были изложены в дуэльном договоре. Всё будет в полном соответствии с законом. Тем не менее, это дело, с которым я хотел бы разобраться до того, как отправлюсь к себе.
Самоедов на момент задумался. Снова посмотрел на спасённого мной нобиля, наверняка жалея, что привёл нас в свой кабинет вместе. Потом вернул внимание на меня.
— Вы не думаете, что это слишком рискованно? Они ведь могут всё обжаловать. Обратиться в Дворянское Собрание или в суд.
Я с усмешкой пожал плечами:
— Сомневаюсь. Цурабовы вот-вот станут причастными к убийству члена императорской семьи. Всерьёз считаете, что после такого у них хватит наглости заявлять о протестах?
Тот тяжело вздохнул. Скрипнул зубами. Снова посмотрел на спасённого мною мужчину, в этот раз обращаясь к нему.
— Я распоряжусь выделить вам комфортабельную комнату. Если что-то потребуется — просто сообщите об этом специальному человеку. Он будет дежурить около двери.
Рощин вскинул подбородок, однозначно желая выразить возмущение. На что хозяин кабинета предпочёл отреагировать упреждением, немедленно заговорив вновь:
— При всём уважении, мы действительно ничего не знаем об обстоятельствах вашего исчезновения. А речь идёт, напомню, об убийстве одного из Годуновых. И у меня приказ.
Всеволод пару секунд помолчал, разглядывая офицера и едва ли не кипя от ярости. Но в итоге всё же решил не заходить на второй виток конфликта.
— Хорошо. Но я подчиняюсь исключительно из уважения к Годуновым.
В глазах полковника мелькнуло плохо скрываемое удовлетворение. А спустя несколько мгновений он покинул кабинет, уводя с собой Рощина. Вернувшись назад через пару минут и попросив меня следовать за ним.
Когда мы проходили мимо соседней комнаты, я бросил взгляд на дверь и повернулся к офицеру.
— Как вы понимаете, своего присяжника я тоже намереваюсь забрать.
Судя по усталому вздоху, Самоедов с радостью бы открутил время назад и принял иное решение, не ввязываясь во всю эту ситуацию. Тем не менее, прямо сейчас выбора у него уже не было. А уступки, на которые он уже пошёл, не шли ни в какое сравнение с желанием забрать своего вассала.
Впрочем, комментировать это полковник не стал. Лишь угрюмо кивнул мне, после чего свернул налево. А через десяток шагов остановился около ещё одной двери. Положив пальцы на её ручку, повернулся ко мне:
— Я надеюсь, вы понимаете, что у этой встречи есть определённая специфика?
Я улыбнулся и чуть наклонил голову, подтвердив:
— Безусловно. Угрожать им мертвоборцами или проблемами с престолом я не стану.
Какое-то время тот колебался, смотря на меня с долей недоверия в глазах. Но в конце концов всё же открыл дверь. И отступил в сторону, пропуская меня внутрь.
Стоило мне зайти, как из-за стоящего около противоположной стены стола вскочила Лидия:
— Ты мертвец! Мы убьём тебя и всех, кто тебе дорог! Слышишь? Теперь ты враг фамилии Цурабовых!
За моей спиной послышался очередной тяжёлый выдох. Не спорю — сегодняшний день у полковника выдался тяжёлым. Крайне насыщенным самыми разными событиями.
Сам я сделал шаг вперёд, посмотрев в разъярённые глаза девушки:
— Твой отец был убит на абсолютно законной дуэли. И что-то подсказывает — сумей он со мной справиться, у тебя не возникло бы ни единого вопроса. Не говоря о том, что мы подписали соглашение. Вы обязаны заключить со мной мир.
Дворянка открыла рот, собираясь выдать ещё одну яростную тираду. Но в этот раз её перебили — в комнате зазвучал голос Андрея Цурабова.
— Лидия, вернись на место. Не создавай ещё больших проблем.
Судя по тембру, аристократ прекрасно понимал, в какой переплёт угодила его фамилия. И сейчас размышлял не столько о гибели своего брата, сколько о шансах выпутаться из всего этого, без критических потерь.
Девушка обернулась, смотря на дядю так, как будто увидела впервые. А мужчина перевёл взгляд на меня:
— Я подпишу мирное соглашение от имени нашей семьи, как того требует закон. Единственный вопрос, что нам сейчас необходимо урегулировать — те десять процентов собственности, о которых шла речь в дуэльном договоре.
Улыбнувшись, я шагнул ближе. Посмотрел ему в глаза. И озвучил вопрос:
— У вас же есть аэролёты?
  
Глава XXIV
 
Аэролёт у Цурабовых оказался всего один. Тем не менее, отдали они его без лишних вопросов. Более того, плюсом к нему я получил пару автомобилей, часть арсенала, участок земли и двадцать тысяч рублей золотом. Немало. С другой стороны, возможно, это было и меньше чем десять процентов от всех активов фамилии. Это бы объясняло полное отсутствие сопротивления с их стороны. Хотя, прямо сейчас Андрея Цурабова больше волновала безопасность, чем вопросы сохранения собственности.
Очевидную проблему с передачей имущества я решил простым незамысловатым путём — отправил в их фамильную усадьбу своего нового присяжника с посланием от нового главы семьи, в сопровождении офицера мертвоборцев, которому доверял Самоедов.
Письмо было заверено оттиском силы, так что проблем с передачей имущества возникнуть было не должно. А присутствие имперского офицера, который прихватил с собой десяток солдат, исключало потенциальные эксцессы.
Впрочем, оказавшись на улице, я понял, что полковник вовсе стянул к зданию управы почти все наличные силы. Солдаты дежурили на всех окрестных перекрёстках. А в проулках укрывались ударные группы, чьей задачей было вступить в бой, если противник рискнёт штурмовать здание.
Если честно, я предполагал, что Самоедов отправит со мной одного из своих офицеров. Но вместо этого тот решил поехать сам. Что невольно вызывало вопросы о приоритетах человека, с которым я недавно беседовал. Глава мертвоборцев явно выполнял его указания. И судя по тому, что не остался в управе, моя персона интересовала его приятеля куда больше, чем свидетель убийства одного из Годуновых и потенциальные заговорщики из числа Цурабовых.
Ровер, которому не нравилось, что наш канал связи изрядно ослаб из-за защитной системы транспорта, бегал вокруг машины кругами, периодически лая, а пару раз вовсе попытавшись пометить колёса. Не слишком успешно, понятное дело — сложно провернуть нечто подобное, если твоё тело полностью состоит из чистой энергии. Пёс это тоже понимал и попробовал прибегнуть к проверенному методу — сделать какую-то часть себя осязаемой. Благополучно остановившись после моего ментального окрика.
  
Когда мы удалились на несколько кварталов от управы, сидящий рядом со мной полковник всё-таки не выдержал. Повернув голову, поинтересовался:
— Как так вышло, что вы немецкий барон, но прекрасно говорите по-русски?
Глянув на него, я пожал плечами.
— Это единственный вопрос, который вас сейчас интересует?