Дракон и жемчужина
Доехав примерно до середины долины, путники внезапно увидели пожар. Горело большое здание.
— Ты знаешь, что это за дом? — спросила Цзывана.
— Наверняка сказать не могу, — отозвался Стэнтон Вэр.
— А ведь это летняя резиденция представительства Британии.
— Не приходится сомневаться, кто поджег ее, — хмуро и резко заключил майор, чувствуя, что это и есть начало той войны, которой все так боялись. Можно было только молиться, чтобы Герберт Сквайерс получил его сообщение, а сэр Клод Макдоналд наконец-то осознал грозящую опасность.
Той ночью путники не успевали доехать до Пекина, поэтому устроились на ночь в парке летнего дворца британского посланника. Дом оказался заперт. Стэнтон Вэр спрашивал себя, сколько же людей прячется там в страхе перед нелепой и тупой агрессией «боксеров».
На следующий день, когда Стэнтон с Цзываной подошли почти к самой столице, сборища молодых людей с красными повязками можно стало видеть повсюду.
Из города выходили простые китайцы, чтобы поглазеть на них. Они требовали зрелищ, искренне веря всему, что изрекали прорицатели в красных повязках.
Стэнтону Вэру казалось, что «боксеров» гораздо больше, чем предполагали сведущие и сознававшие опасность люди.
Эти неграмотные парни были молоды, сильны и не знали меры ни в чем. Не зря принц Дуань рассчитывал на них как на грозную разрушительную силу.
В полдень следующего дня они увидели на окраинах города горящие церкви.
Стэнтон Вэр постарался держаться подальше от пожаров и поэтому выбирал путь по узким боковым улочкам. Нужно было как можно быстрее добраться до дома Цзэнь-Вэня.
Но к его дому молодые люди подъехали лишь поздно вечером. Они остановились не у парадного подъезда, а у одной из боковых дверей, которыми, по словам Цзываны, пользовались слуги.
Принц Дуань вполне мог послать своих людей следить за домом, и девушку похитили бы раньше, чем она успела бы постучать в дверь.
— Ты ничего не забываешь, — с восхищением проговорила Цзывана.
— Просто ты мне дорога, — спокойно объяснил Стэнтон Вэр, — поэтому я не могу думать ни о чем, кроме твоей безопасности.
— Мы не сможем вздохнуть свободно, пока не окажемся в доме Цзэнь-Вэня, — с улыбкой согласилась девушка.
Убедившись, что улица пуста, Стэнтон Вэр спешился и постучал в дверь.
Странно, но ответа не последовало. Озабоченно взглянув на свою спутницу, он постучал снова.
И вновь молчание. Майор уже собирался постучать в третий раз, но тут в глубине дома послышались поспешные шаги, затем лязг многочисленных задвижек и щеколд, и наконец дверь приоткрылась. В узкую щель выглянул Инь!
Цзывана легко спрыгнула с седла.
— Ты вернулся, Инь! — радостно воскликнула она. — Слава богу, ты цел и невредим! Мы так за тебя волновались!
— А я очень волновался за вас, госпожа, — широко улыбаясь, ответил верный слуга. Он впустил их в усадьбу, а потом отвел лошадей в конюшню.
Стэнтон Вэр шел вслед за Цзываной через многочисленные внутренние дворики к главному дому.
Было ясно, что самого Цзэнь-Вэня нет. Это подтвердил и Инь. Он первым делом сказал:
— А хозяин уехал.
— Куда? — спросила Цзывана.
— Он решил погостить у своего досточтимого брата, милях в двадцати к востоку от Пекина, Хозяин очень встревожился, благородный сэр, когда я передал ему ваше сообщение, — обратился Инь к Стэнтону Вэру, — и сразу отправился во дворец, чтобы посоветоваться с Ли Хун-Чжаном.
— Это очень хорошо, — отозвался Стэнтон Вэр. — А вернувшись и немного поразмыслив, мой благородный господин решил, что ему будет лучше покинуть Пекин, учитывая, как ведет себя принц Дуань.
Цзывана бросила быстрый вопросительный взгляд на своего друга.
— Не сомневаюсь в мудрости этого решения, — через мгновение произнесла она. — Принц наверняка постарался бы отомстить ему за меня.
Стэнтон Вэр кивнул.
— Ну вот, а я остался дома, чтобы дождаться вас, досточтимый сэр, и вас, моя госпожа. И я счастлив видеть вас снова!
— А мы счастливы наконец-то вернуться домой, — улыбнулась в ответ Цзывана — Господи, как я хочу наконец переодеться!
— Осмелюсь посоветовать, госпожа, — снова заговорил сообразительный Инь, — вам не заходить в дом. Я отослал всех слуг, но все равно принц вполне может следить за нами.
— Ведь и ты этого опасался? — Цзывана взглянула на Стэнтона Вэра.
— Так куда же нам отправиться? — спросил тот.
— В павильон лотосов, в самый дальний конец сада, — пояснил Инь. — Там очень тихо, спокойно, а я уж о вас позабочусь!
Цзывана захлопала в ладоши.
— Как ты здорово все придумал, Инь! — воскликнула она. — Очень мало кто знает о существовании этого павильона!
— Пойдем посмотрим, — позвала девушка Стэнтона. — Цзэнь-Вэнь построил этот павильон много лет назад для своей жены. Там очень красиво! После ее смерти там больше никто никогда не жил! А место просто создано для любви!
Последние слова Цзывана произнесла так тихо, что расслышать их мог один лишь Стэнтон Вэр. Он с нежной улыбкой взглянул в глаза своей очаровательной подруги и крепко сжал ее руку.
Глава 6
В самом удаленном уголке сада, скрытый густыми ветвями плакучих ив, стоял небольшой белый павильон, со всех сторон окруженный искусственными каналами.
Подойти к нему можно было только по узкому горбатому мостику. С первого взгляда Стэнтон Вэр согласился с Цзываной: это место было создано для любви.
Стены павильона украшала изысканная чугунная решетка. По углам крыши сидело по грифону — птице, призванной отгонять злых духов.
Вода в каналах, окружавших удивительный павильон, почти скрывалась цветущими лотосами, которые уже начали раскрывать свои прелестные бело-розовые лепестки.
Внутри было всего две комнаты. Первая, побольше, вполне могла служить гостиной. Однако дальний ее конец был отделен розовыми шторами, расшитыми пышными цветами магнолии. Они очень украшали скромную комнату и в то же время скрывали широкую, мягкую кровать, покрытую стеганым пуховым покрывалом.
Вторая комната, меньшая, была украшена и обставлена более сдержанно. Но зато в ней хранилась великолепная коллекция нефрита.
Многие верили, что этот удивительный по разнообразию оттенков и чрезвычайно любимый в Китае камень обладает магическими свойствами.
— Здесь мы сможем познать счастье, — негромко проговорила Цзывана.
Стэнтону Вэру потребовалось сделать над собой немалое усилие, чтобы ответить достаточно твердо:
— Прежде всего мне необходимо принять ванну. К тому же мы оба умираем от голода.
Он взглянул на Иня, и слуга поспешил в кухню готовить обед, а Стэнтон направился в свою комнату.
Действительно, последние два дня они боялись заходить в деревни, чтобы купить какой-нибудь еды. Им удалось раздобыть в крайнем домике одной деревни лишь немного риса и овощей. Хозяйка казалась испуганной и торопилась спрятаться в дом. Люди ждали начала страшных событий и хотели припрятать припасы на черный день. По многу часов молодые люди проводили в седле. Лошади устали и шли медленно и вяло, поездка по жаре оказывалась очень утомительной. Поздно вечером, едва добравшись до ночлега, оба падали и мгновенно засыпали. Даже во сне Стэнтон Вэр крепко, словно защищая, обнимал свою подругу, но он всеми силами гнал от себя мысли о любви.
Так же, как Цзывана, Стэнтон Вэр ни на минуту не сомневался, что священник, обладавший даром предвидения, не отправил бы их в путь, если бы не был уверен в его безопасности.
Во время путешествия мысли Стэнтона Вэра время от времени возвращались к служителю далекого горного храма, а иногда он ощущал его присутствие настолько явственно, что не сомневался: в этот момент святой отец молится за успех их путешествия.
Однажды ночью, лежа без сна на душистом сене, Стэнтон Вэр задумался о том, что же ждет Цзывану. Неожиданно девушка положила голову ему на плечо и проговорила:
— Не волнуйся и не мучь себя понапрасну: ведь наша судьба в руках Просветленного.