Земля: Начало (СИ)
— Мы с ним друзья, с детства. Можно сказать братья. Придумали дело вместе, и реализовывали его вместе. Саша отвечал за всю техническую часть… — но прежде чем он успел закончить, его рот вдруг наполнился металлом — горячим, ржавым вкусом ненависти. Губы дёрнулись, и из глубины вырвалась жуткая, захлёбывающаяся волна крика:
— Тварь! Твари все! Ненавижу!
Кулаки сжались до хруста, ногти впились в ладони, оставляя на коже тонкие красные полосы. Глаза налились влагой, но не от слабости — от ярости, от нестерпимого жара, который разгорался внутри.
Майор, до этого невозмутимый, едва заметно напрягся.
— Кого вы ненавидите, Сергей?
Голова его дёрнулась вправо, будто кто-то невидимый скрутил мышцы шеи.
— Я… — его губы дрожали. — Я не хотел… Это не я… нет… нет, нет, нет! — резкий вдох, судорожный выдох. Тело начало раскачиваться, как сломанный метроном: вперёд-назад, вперёд-назад. Наручники со звоном ударялись о металлический стол, и этот звук, жуткий, леденящий, бил по нервам сильнее любого крика.
— Прекратите это. Умоляю. Остановитесь! — раздался другой голос. Принадлежащий ему, но иной.
Сергей замер, глаза расширились. Он пытался удержаться, сохранить контроль, но внутри бушевала паника — липкая, удушающая, как мокрая ткань, натянутая на лицо.
Голос его метался от хриплого к шёпоту, от спокойствия к безумию, но майор уже понял — пора прекращать допрос, пока не случилось страшное.
— Сергей, думаю, что на этом пока приостановим нашу с вами беседу. Вам явно надо отдохнуть. — медленно закрыв исписанный ежедневник, мужчина убрал ручку.
— Отдохнуть? — губы Сергея исказились в жуткой ухмылке. Он резко дёрнулся, будто хотел вырваться из наручников, но вместо этого со всей силы ударился головой об металлический стол.
— Что вы делаете? — неожиданно привстал мужчина, и оперевшись руками на свой стул, командным голосом прикрикнул. — Охрана, сюда!
На его призыв сразу вбежала четверка однотипных крупных мужчин, которые резво обездвижили Сергея, и запрокинули ему голову вверх, вставляя небольшой пластиковый цилиндр в зубы, дабы подозреваемый не прикусил себе язык.
— Держите его, я за врачом. — выйдя быстрым шагом из комнаты для допроса, майор направился к ближайшему коммуникатору внутренней сети, и авторизовавшись, запросил штатную бригаду медперсонала к его подопечному.
Не прошло и минуты, как он дождался тройку медицинских специалистов около входа в их рабочую зону. И вся группа бегом направилась к необходимой комнате.
Тяжёлая дверь со скрежетом поддалась, и лампы в коридоре дрогнули, отбрасывая на стены длинные тени. Запах в комнате ударил в нос мгновенно — смесь пота, металла и чего-то тёплого, солоноватого, почти медного.
Свет резанул по глазам, выхватывая из полумрака допросной фигуру, скрюченную в углу комнаты. Четверо охранников сомкнулись вокруг молодого мужчины, чьи запястья, закованные в наручники, были исполосованы свежими ссадинами. Его ногти, грязные и сломанные, вонзились в собственные ладони так глубоко, что между пальцев сочилась кровь, капая на холодный серый пол.
Губы парня дрожали, а по подбородку стекала густая алая струйка. В зубах не было пластикового цилиндра, а его лицо дергалось в мимическом танце. То становясь по детски наивным, то оскалившись гримасами ужаса.
— Саша… — имя текло из него, будто проклятие, будто последняя нить, удерживающая его на грани между человеком и зверем.
Глаза — безумные, расширенные — то метались по лицам людей вокруг, то вдруг застывали, устремляясь в пустоту, туда, где не было ни стен, ни времени.
— Саша… — снова, слабее, прерывистее.
Грудь вздымалась неровно, дыхание срывалось на кашель, смешанный с кровавыми брызгами. Он улыбнулся — уголки губ дернулись, но в этой улыбке не было ни радости, ни надежды. Только ужас.
Майор молча шагнул вперёд, окинув взглядом происходящее.
— Чёрт, — выдохнул кто-то из персонала.
А Сергей продолжал повторять это имя, тише, глуше, словно пытался удержаться за него, как за единственную спасительную нить в бездонной тьме.
* * *— Артём Артёмович? — неловко обратился лейтенант к мужчине, который казалось о чём-то задумался.
— Всё нормально, Гена. К завтрашнему утру мне всю информацию, которая есть у нас на Вишневского. Со всех отделов, пользуйся директивой “восход”.
— Есть! — подобрался лейтенант, и быстрым шагом удалился в сторону выхода.
Присвистнув, мужчина снова посмотрел в недра игровой комнаты, как они называли её между собой. И тихо пробормотал.
— Что же с тобой случилось, Сергей?
Глава 12
Силы постепенно покидали меня. Грудь ходила ходуном, каждая мышца ныла, а ладони дрожали от перенапряжения. Чувство облегчения от победы над чудовищем медленно улетучивалось, сменяясь ледяным осознанием: это только начало.
Я ещё раз скользнул взглядом по ванной, полной мутной, вязкой жидкости, в которой поблескивали злополучные камни. Выглядели они почти безобидно — маленькие, чёрные, идеально гладкие, похожие на игральные кости без чисел. Но что-то в них все равно настораживало.
— Голыми руками? Ни за что.
Окинув взглядом помещение, я заметил пару швабр, прислонённых к стене рядом с раковиной. Выбрал ту, что выглядела относительно целой, и осторожно начал вылавливать камни. Они были невесомыми — будто перышки — но каждый раз, как я поднимал один, он норовил выскользнуть обратно.
— Что за…
Два последних давались особенно тяжело. Казалось, что их удерживала невидимая сила, не желающая расставаться со своей добычей. Пять минут я возился с ними, как идиот, пыхтя и матерясь вполголоса. Когда, наконец, все семь лежали на холодном кафеле, я выдохнул и смахнул пот со лба.
Схватив с машинки полотенце и осторожно подняв находку. Камни приятно холодили кожу даже через махровую ткань, и почему-то этот факт вызывал во мне какое-то необъяснимое чувство.
Как они тут оказались, если до этого появлялись после смерти монстра? — невесело хмыкнув, я представил как чудище самоубилось в ванне от горя. Это вызвало какую-то дурную улыбку, и наводило на совсем уж чудные мысли.
Но пока думать было некогда. Быстро вытерев их насухо, я сунул добычу в задний карман джинсов.
Теперь — место для отдыха.
Я побрёл в сторону маленькой комнаты, которая, судя по всему, служила отцу семейства кабинетом. Шаги звучали глухо, и каждый эхом отдавался в моих висках.
Бросив короткий взгляд на помещение. Тут был относительный порядок — что удивительно, учитывая всё остальное в этой квартире. В углу, у окна, стояла тёмно-синяя софа, её ткань выглядела слегка потрёпанной, но вполне пригодной для отдыха. Напротив неё — шкаф с книгами, полки покосились, часть томов валялась на полу, а остальные хаотично громоздились на столе рядом.
Глаза зацепились за небольшой серый ящик с жёлтой изолентой на ручке.
— Интересно…
Не задумываясь, я потянул его к себе и плюхнулся на софу. Точнее, попытался плюхнуться.
— Блять! — вскрикнул я и тут же подскочил, чувствуя, как что-то твёрдое впивается в ягодицы.
— Камни. Чёртовы камни!
Злобно выругавшись, я переложил их в боковой карман и снова опустился на софу. Мягкая спинка приятно обнимала мою спину, но вместо расслабления меня накрывала пустота.
Лишь слабый гул в ушах и мерный стук сердца, которое, кажется, всё ещё пыталось догнать хаос происходящего.
Я глубоко вдохнул, задержал воздух в лёгких, затем медленно выдохнул. Не помогло. Напряжение всё равно грызло меня изнутри, пальцы подрагивали, а виски жгло от усталости.
— СКАМ, нам пора поговорить. — мысленно обратился я к своей… шизофрении? Кибернетической помощнице? Неизвестно кому.
Ответ последовал мгновенно:
— Хозяин, я тут, спешу сообщить, что вы отлично справились с монстром, но вам точно есть куда рас… — начала заливать эта секретарша.
Я резко сжал кулаки, мои эмоции начали закипать, а изнутри рвалась клокочущая ярость.