Личный аптекарь императора. Том 8 (СИ)

Глубоко вздохнув, напрягся и усилием воли открыл глаза. Передо мной серое небо и переплетённые кроны деревьев. Я в лесу. Но… как я здесь оказался?
С трудом поднял руку и прикоснулся к голове там, где болело сильнее всего — висок справа. Липко. Эфир собственной крови защекотал нос. Продолжил обследование и обнаружил рану. Небольшая и круглая. В меня стреляли или чем-то ударили? Ничего не помню.
  
Упираясь руками, сел. Волна резкой боли накрыла меня. Замутило. Глазах запрыгали разноцветные кружки. Мне казалось, что всё вокруг кружится, а земля ходит ходуном, но я прекрасно понимал, что этого не может быть, поэтому глубоко задышал, стараясь утихомирить внезапно нахлынувшую панику.
Потребовалось несколько минут, чтобы утихомирить сознание и дождаться, когда резкая боль сменится на тупую. Вновь открыв глаза, осмотрелся.
Возле меня, на расстоянии вытянутой руки, журчал ручей. На прошлогодних листьях и траве вода. Одежда на мне влажная. Я в лесу и явно попал под дождь, но как я оказался здесь. Что я вообще здесь делал?
Принялся щупать карманы, но не нашёл ничего. Абсолютно ничего. Даже клочка бумаги. Попытался собраться с мыслями, но думать было тяжело. Замутнённое сознание выдавало лишь какие-то обрывки, которые никак не хотели складываться в цельную картину.
Ладно, потом разберусь с потерей памяти. Сейчас нужно позаботиться о том, чтобы остаться в живых. Для начала нужно найти место, где смогу согреться. Небо темнеет, вечереет. В мокрой одежде я не переживу холодную ночь.
Схватившись за тонкое деревце, растущее неподалеку, поднялся на ноги и увидел неподалеку тропу. Тропа — это люди. Надо идти.
С трудом переставляя ноги и хватаясь за деревья, я побрёл по лесу в надежде, что успею дойти до людей, пока совсем не обессилел.
По пути пытался вспомнить хотя бы своё имя, но даже этого не знал. В голове крутилось только одно — надо выжить. Остальное потом.
Сколько прошло времени, я не знал. Сумерки сгущались, появились первые звёзды. Вскоре в полутьме я разглядел какой-то темный силуэт. Подошёл поближе и понял, что это машина. Голова всё-таки немного работает, и услужливо подсказала название странной шутковины.
Прошёл мимо машины и вышел на дорогу. Узкая просёлочная дорога. Воодушевившись, ускорился. Осталось надеяться, что люди меня не прогонят и пустят хотя бы обсохнуть и переночевать. Есть совсем не хотелось, но я бы не отказался от горячего питья.
Вскоре дорога вывела меня ещё к одной дороге. Эта была намного шире и покрыта каким-то серо-черным полотном…. Асфальт — вновь возникло в голове непонятное слово.
Впереди показались яркие круги. Они быстро приближались, а вместе с ними какой-то рёв. Стало не по себе. Я отошёл на самый край дороги.
Когда круги приблизились, я понял, что это тоже машина. Она остановилась возле меня, и из окна высунулось мужское лицо.
— Помощь нужна?
Я медленно кивнул, чтобы не «расплескать» боль.
— Садитесь. Отвезу вас в лечебницу. У вас голова в крови.
Я снова кивнул, но не сдвинулся с места. Силы оставили меня, и казалось, сделав шаг, я просто упаду и не смогу больше встать.
Мужчина вышел из-за руля, подошёл ко мне, взял под руку и подвел к задней двери. Затем открыл её и помог мне сесть.
В машине тепло, сиденье мягкое и пахнет чем-то приятным. Сладкий аромат.
— Я еду в столицу, поэтому сразу отвезу вас туда. По пути будет лечебница Коганов. Вы не против, если я вас там высажу? — мужчина внимательно посмотрел на меня, ожидая ответа.
— Нет, — хрипло ответил я, еле двигая пересохшим языком.
Он сел за руль, и машина тронулась с места. Я прикрыл глаза, пытаясь разобраться с той ситуацией, в которую попал.
Итак, я лежал на берегу ручья. Как я там очутился? Сколько времени пролежал? Кто я вообще такой⁈
Подумал, может, моя одежда подскажет хотя бы статус или сословие, но на мне был лишь костюм из недорогой ткани без каких-либо опознавательных знаков. Ботинки хоть и мягкие, но тоже явно простые.
Вскоре вдали показались огни города и первые здания. Я их узнавал. Даже мог предугадать, что находится у следующего… светофора. Это название трёхцветного светильника мне тоже память любезно подсказала. То есть знания не пропали из моей головы, они будто просто заглушены. Осталось надеяться, что я всё же приду в себя и вспомню хотя бы как меня зовут, и где мой дом.
— Приехали, — сказал мужчина и остановился у большого здания, которое мне тоже было знакомо.
Он помог мне выбраться из машины и завёл внутрь, придерживая за руку. К нам подошла молодая женщина в белом халате и быстро оглядев меня, спросила:
— Что случилось?
— Не знаю. Нашёл у обочины. Может, сбили, — пояснил мужчина.
— Как вас зовут? — обратилась она ко мне, четко выговаривая каждое слово, будто разговаривала со слабослышащим стариком.
— Я… я не знаю, — еле слышно признался.
— Что с вами случилось? — вновь тем же тоном спросила она.
— Я не знаю, — ещё тише ответил я.
Мне даже стало как-то стыдно. Взрослый мужчина, а не может ответить на элементарные вопросы.
— Ничего страшного. Мы всё выясним, — улыбнулась она и кивнула мужчине. — Спасибо, что привезли, мы о нём позаботимся.
Тот отпустил мою руку и двинулся к двери, но я остановил его.
— Я хочу знать, как найти вас и поблагодарить за помощь.
— Мне ничего не надо, парень. Ты, главное, лечись. Будь здоров, — улыбнулся он и хотел продолжить путь, но я схватил его за руку.
— Я должен знать, как найти вас. Не хочу оставаться в долгу, — в это время меня пошатнуло и я еле удержался на ногах.
— Ну ладно, держи визитку, — он вытащил из кармана кусок бумаги и протянул мне.
Я кивнул и не глядя, положил в карман. С этим потом разберусь, а пока нужно привести себя в нормальное состояние.
Женщина подозвала мужчину в белом халате, проходящего мимо, и они вдвоём повели меня по длинному коридору. По пути обсуждали, что нужно со мной сделать.
— Позову Авраам Давидовича. Он сегодня на дежурстве. Пусть проведёт диагностику и определит, в какое отделение надо его положить.
— Здесь явно черепно-мозговая. Но его нашли на обочине, поэтому возможны и внутренние повреждения.
Мы зашли в небольшой кабинет, и меня уложили на кушетку. Пока женщина обрабатывала чем-то рану на голове, мужчина вышел и вскоре явился в сопровождении очень знакомого человека. Я не мог вспомнить его имя, хотя уверен, что знаю его..
— Господин Саша! — ужаснулся он, увидев меня. — Что с вами? Кто вас так? Ц-ц-ц-ц.
Он зацокал языком, бегло осматривая меня. Я ничего не ответил. Значит, меня зовут Саша, и этот лекарь меня знает. Это хорошо. Очень хорошо. Вот он-то и поможет мне всё вспомнить. Ну или просто расскажет, кто я такой.
— Я ничего не помню, — проговорил в ответ на вопросительный взгляд лекаря. — Я очнулся в лесу у ручья и вышел на дорогу. Там меня подобрали и привезли сюда.
— В лесу? У ручья? — черные брови лекаря взметнулись вверх. — Что вы вообще там делали?
— Я не знаю… Ничего не знаю, — выдохнул, чувствуя, как силы покидают меня.
— Ну ничего-ничего, мы таки вас сейчас подлечим, и ви восстановитесь, а пока позвольте себе отдохнуть, — мягко проговорил лекарь и положил мне на грудь какой-то прибор.
Я почувствовал, как погружаюсь в ласковое объятие сна.
* * *
Я проснулся и упёрся взглядом в белоснежный потолок. Пахло антисептиком и… Коганом.
— Ну наконец-то ви очнулись! — надо мной появилось добродушное лицо Авраама Давидовича. — Как ваше самочувствие? Ви таки выспались?
— Здравствуйте, Авраам Давидович, — я с кряхтеньем приподнялся на локтях и огляделся.
  
— О, ви-таки вспомнили имя старого друга! — обрадовался он. — Я так и знал, что дело не в черепно-мозговой травме, а вот в этом непонятном аппарате. Ваш мозг был в идеальном состоянии.
Он вытащил из кармана коробку из-под лекарства и достал круглую вещицу не больше сантиметра в диаметре. Я сначала подумал, что это пуговица, но, рассмотрев повнимательнее, увидел в центре красный камень, а на ободе тонкую вязь рун.