Секреты в тумане (СИ)
«Если внутри окажется подтверждение махинаций Артура Ферроу или что-то из коллекционируемых им сведений о других людях, расскажи мне».
«Могу даже совсем отдать», — легко согласилась я. Лезть в политику я не собиралась ни при каких условиях, так что ничего, собранного моим отцом, мне не было нужно. Разве что почитаю сначала сама, чтобы знать, от кого стоит ждать подвоха. Темные гончие в любом случае распорядятся этими сведениями лучше, чем я. Ночной Кошмар тихо хихикнула.
«Правильная мысль, информация — это сила. Чем больше ты знаешь о тех, кто тебя окружает, тем больше у тебя шансов избежать ловушек. Прятать голову в песок и закрывать глаза — не лучшая тактика».
Связь с Ночным Кошмаром оборвалась, а я добавила в свой список пятый пункт — попросить декана Лероя вскрыть сейф в кабинете. Вот уж к кому я бы ни за что не догадалась обратиться!
*
К вечеру воскресенья у меня были готовы ответы к двум из трех экзаменов и два паука, которые бегали по всем поверхностям наперегонки. Калеб, смена которого в последний день недели была всего до полуночи — даже заядлым игрокам и выпивохам в понедельник вставать на работу — увидев второго «питомца», с горящими от восторга глазами стал носиться за ним по дому, пытаясь поймать. Пауки проявляли чудеса изворотливости и в руки оборотню не давались, заставляя того радоваться еще сильнее. Калебу однако я механическое чудовище пока не отдала — мне еще предстояло показать паука мастерам и доделать артефактную составляющую. Друг не расстроился, передал мне ягодные пироги, собранные заботливой женой владельца игорного дома, ухватился за написанные для него билеты и устроился в гостиной учить. Возвращаться в общежитие оборотень сегодня не собирался, чему я втайне порадовалась. После убийства в «Пьяном лобстере» беспокойство за друга утихало, только когда он был у меня перед глазами.
— А что за сейф? — неожиданно поинтересовался Калеб, разглядывая затесавшийся среди бумаг мой список дел.
— Да тот, в кабинете, — отмахнулась я, а друг непонимающе посмотрел на меня.
— Фай, ты не перезанималась? — оборотень смотрел на меня как на душевнобольную. — Мы все стены простучали, там нет ничего!
— Как это нет? — я же только вчера на этот сейф смотрела! — Мы с тобой его чем только не пытались открыть!
— Фай, там ничего не было. Кабинет пуст, — в голосе друга прорезалось беспокойство, а я сама на секунду усомнилась — а был ли сейф?
— Пойдем посмотрим? — предложила я. Неожиданная забывчивость оборотня мне не понравилась. Я воспоминания ему не стирала, Ночному Кошмару это ни к чему, а других менталистов ни я, ни она не знали. Тогда почему я про сейф помню, а Калеб — нет?
Мы поднялись наверх, и я отодвинула деревяную панель, за которой скрывалась пронизанная магической защитой стальная дверца.
— Хм, — Калеб даже пальцем потыкал, убеждаясь, что это не иллюзия, и пятерней взъерошил и так лохматые волосы на затылке. — Точно, сейф. И мы действительно целый день пытались его вскрыть. Не понимаю, как я мог о нем забыть?
Зато я, кажется, начала догадываться, в чем причина невнимательности и Калеба, и палачей.
— Скажи, мы за пределами комнаты этот тайник когда-нибудь обсуждали?
— Вроде, нет, — задумался оборотень.
— И мне так кажется, — согласилась я, хотя воспоминания уже не казались надежными. — Давай спустимся и проверим, будешь ли ты помнить о нем?
Подготовка к экзаменам была отложена до лучших времен. Мы вернулись в гостиную, и как только Калеб устроился на своем месте, я спросила: — Ты помнишь, зачем мы ходили в кабинет?
— Конечно, помню, — усмехнулся друг и помахал листочком с моим списком. — Сейф искали. Я же говорил, ты просто перезанималась. Нельзя так погружаться в учебу!
Я постучала пальцами по подлокотнику кресла. Так я и думала.
— А ведь мы его нашли.
— Фай, — в глазах оборотня читалось отчетливое желание покрутить пальцем у виска. — Мы только что оттуда. Я мог забыть, что было в позапрошлом месяце, но мы с тобой ходили в кабинет минуту назад!
— Вот именно, — согласилась я. — Пойдем снова посмотрим? Пожалуйста, в последний раз. Потом я все объясню, — пообещала я, хотя у меня не было уверенности, что объяснения друг тоже не забудет.
Наверх мы поднялись в молчании — я надеялась поймать момент, когда Калеб вспомнит о сейфе. Оказалось, пока я не уберу фальш-панель и не покажу мерцающую от наложенных чар дверцу, воспоминания не возвращаются.
— Твоих рук дело? — с надеждой поинтересовался оборотень, когда понял, что уже дважды умудрился забыть о найденном нами тайнике, и, если первый раз еще можно было списать на дырявую студенческую память, второй явно указывал на постороннее вмешательство. Я покачала головой.
— Напиши, что видел сейф и что забываешь о нем за пределами комнаты, — попросила я, указав другу на стол. — Иначе, боюсь, ты так и не поверишь мне до конца, когда я снова буду об этом рассказывать.
Калеб послушно сделал запись, отметив заодно дату и время. Я спрятала записку в карман. В гостиной я вновь задала тот же вопрос: — Ты помнишь, зачем мы ходили в кабинет?
— Искали привидевшийся тебе сейф, — друг закинул ногу на ногу и потянулся за билетами.
— Тогда почему мы делали это дважды? — оборотень задумался, а я потянула ему записку. Калеб вчитался в текст, нахмурился, посмотрел на меня. Подумал, прочитал еще раз, сверил время с большими напольными часами.
— Если ты решила тренировать на мне свой дар, отложи до окончания сессии, пожалуйста. Будет обидно забыть только что выученные билеты, если ты случайно ошибешься, — совершенно спокойно, будто я каждый день только и делаю, что стираю ему память, попросил друг.
— Это не я, — я тоже оглянулась на часы, запоминая время. Посмотрим, забудет ли Калеб о тайнике, если я расскажу о нем за пределами комнаты, и если да, то через сколько. — Несколько месяцев назад мы с тобой закончили выносить мебель с третьего этажа и принялись искать тайники. Один такой мы нашли — в кабинете за стенными панелями оказался очень старый сейф с мудреной магической защитой, которую мы, несмотря на все усилия, так и не смогли обойти. Мы устали и решили попытать удачу в другой раз, возможно, найти специалиста по взлому, и покинули кабинет. А дальше, насколько я понимаю, ты перестал о сейфе помнить, а я перестала о нем вспоминать.
— Разве это не одно и то же? — поинтересовался друг. Я снова мотнула головой.
— Тебя удивила моя запись о том, что нужно вскрыть сейф. Стоит тебе покинуть комнату, и ты забываешь о существовании тайника. Меня же твой вопрос не удивил — я не забыла о том, что нас ждет закрытый сейф, но ты можешь поверить, чтобы за столько месяцев я ни разу не напомнила, что мы собирались его вскрыть? На меня защита тайника тоже действует, хоть и намного слабее. Я помню о существовании сейфа, но за пределами кабинета мне приходится сосредоточиться, чтобы не забыть о своем к нему интересе.
— То есть там в защите что-то ваше, ментальное? — уловил мою мысль Калеб. Я украдкой выдохнула — до последнего боялась, что чары тайника повлияют и на доверие между нами, и я не смогу убедить друга, что сейф все-таки существует.
— Никогда о подобном не слышала, но очень похоже, — согласилась я. — Сейф можно увидеть и потрогать, но по мере удаления от него ты забываешь о его существовании. Даже не блок, а очень аккуратное размытие памяти, которое исчезает, как только ты вновь оказываешься рядом с тайником.
— А ты помнишь, потому что ментальный маг, и твою защиту чары сейфа не пробивают? — задумчиво протянул оборотень.
— Или потому, что я Ферроу, а этот дом строился основателем нашего рода. Возможно, здесь какая-то семейная защита. А еще я сейчас все-таки ставлю на тебе эксперимент и очень надеюсь, что завтра утром ты про наш разговор будешь помнить, потому что иначе задача попросить декана Лероя помочь со взломом сильно усложнится.
— Почему его, кстати? — приподнял бровь оборотень. На этот вопрос мне было непросто ответить, не выдавая общение с Ночным Кошмаром.