Добыча Темного короля (СИ)

— Возможно, и мне пора в свои покои, — тихо сказала Милдред.
— Ты уже в них. Супруге короля надлежит ночевать с ним вместе.
Они стояли друг напротив друга, подле тумбы для разных туалетных мелочей. Протянув руку, Арчибальд распустил завязки на ее платье.
— Эта одежда куда удобнее свадебной, — заметил он, следя за своим дыханием и стараясь, чтобы ни один мускул на лице не дрогнул.
Она же смотрела прямо ему в глаза.
— Цветов аэлиойе здесь больше нет.
Он улыбнулся. Точно, их она высматривала.
— Зато есть мое желание.
Пальцем пробежал по ее щеке, спустился ниже, к шее, прошелся по совершенной линии плеча. Как она прекрасна! И дышит чистотой, невинностью, хоть у них уже была взаимная страсть.
Платье оказалось на полу. Она стояла перед ним в тонкой короткой рубашке, идеально прилегающей к телу.
Арчибальд и не собирался бороться с собой. Подхватив жену на руки, отнес ее в кровать.
И вновь был шелест звезд и морской ветер. Ароматы тысяч цветов и ее прерывистое дыхание, что лучше не только любой музыки, но и, о ужас, звуков боя…
— Я не хочу быть твоей бессловесной служанкой, Арчибальд, — сказала она, когда они лежали рядом без сил.
— Ты и не такая, — хрипло ответил он.
— А кто же я для тебя, великий король?
  
ГЛАВА 57. Дайронги
 
Странно было просыпаться рядом с мужчиной после бурно проведенной ночи. В теле все еще чувствовалось сладостное томление. Я вновь была желанна и любима. Пожалуй, такого у меня не было лет двадцать.
Забытые, но приятные ощущения. И вместе с тем, чувство, что все это впервые. Для Милдред это так и есть.
“— А кто же я для тебя, великий король?”
Было страшно, что он не ответит на мой вопрос… и в то же время, я боялась, что ответит как-нибудь неприятно. Что захочется выскочить из постели голышом и убежать, не оглядываясь.
Жена короля, но не королева. Любовница, но нелюбимая. Или все же есть ко мне чувства? Хотелось, чтобы были. Ведь я уже влюблена в короля как в мужчину. В его гордую осанку, высокомерно вздернутую бровь, ироничную улыбку.
Боже, что за комплексы у меня такие? Почему я выделяю в мужчинах самое неприветливое? Впрочем, Арчибальд соткан из неприветливости.
“— Для меня ты женщина, с которой я хочу сейчас быть. А как именно — покажет будущее.”
Вот и все, что он мне ответил. Что ж, он хочет быть со мной. Туманно, но опять же, похоже на Арчибальда, который не говорит всего, что думает.
Король еще спал, и во сне выглядел безмятежно. Черты его лица расслабились и я видела заметную черточку между бровями, которые он так часто хмурил.
Что будет, когда он посмотрит на меня снова? Улыбнется или с обычным величественным видом оденется и уйдет?
Одно я определенно понимала — будить поцелуями меня в этой постели не станут. Арчибальд вовсе не плох и не излишне черств. Просто он король, который привык держать лицо в любых ситуациях.
Но иногда позволяет себе скинуть маску на короткое время. Я вспомнила, как жарко ласкал он меня ночью, какие слова шептал в порыве страсти. Тут же снова стало горячо. Наше желание было обоюдным.
Чтобы избежать неловкости, я выбралась из роскошной постели, взяла одежду и отправилась в ванную. А когда вышла, король уже не спал. Сидел в кресле, одетый лишь в легкие штаны, так что я смогла оценить еще раз его отличное телосложение, литые мускулы и великолепный торс.
Монарх задумчиво очищал гранат. Он поднял на меня взгляд и спросил, показывая плод:
— Хочешь?
— Благодарю, король, — я присела в реверансе, — предпочту обычный завтрак.
— Нам скоро его подадут, — сказал Арчибальд, — отлично, что ты уже на ногах. К полудню до нас должны добраться дайронги.
— Мне надлежит присутствовать при их встрече?
Король скривился.
— Оставь уже этот суконный язык. Ты видела, как я теряю рассудок от желания, так что к чему этикет в спальне?
— Хорошо, Арчибальд, — я смутилась неожиданно для себя. Он умеет удивлять. Но мне кажется, или он сам не очень пока понимает, что ему делать со мной?
 
За завтраком он все больше молчал, только под конец сказал, что к прибытию гостей мне нужно подготовиться, точнее, мне помогут это сделать и предстать при параде.
— А что-то делать или говорить я должна?
— Действуй по обстоятельствам, — заявил король, — ты можешь быть благоразумной, когда захочешь.
Никак, он начал признавать мои достоинства! Мне хватило сил промолчать. Но эмоций скрыть не удалось.
— Ладно-ладно, — он вдруг улыбнулся, — я все равно вижу, что тебя раздувает от многозначительности.
Арчибальд непроизвольно дернулся в мою сторону, но остановил сам себя.
Дальше наши пути разошлись. Он отправился к государственным делам, а я нашла Купера и прогулялась на свежем воздухе, чтобы восстанавливаться после своих подвигов и дальше. Хотя чувствовала себя довольно бодро и без этого.
Когда солнце уже перевалило за полуденную отметку и даже обед прошел, стены крепости завибрировали от топота сотен копыт. Прибыл Дайрус с семьей, в сопровождении чуть ли не армии.
Он в гости, или завоевывать?
Я во время его прибытия была у Славии. Скучно было торчать в королевских покоях, а читать тоже не могла, сосредоточиться не получалось. Поэтому решила занять руки. Грис перед моим уходом осведомилась, куда я собралась. После моего ответа поморщилась.
— Уж не знаю, как ваш высокородный супруг отнесется к подобным занятиям!
— Он наверняка поймет мое стремление создать положительный образ жены короля. Благотворительность всегда украшала сильных мира сего!
Пока я шла к целительнице, подумала, что моя нынешняя семейная жизнь складывается может быть и странно, но лучше первой. Собаку я уже завела, право голоса получила, а теперь и делаю, что считаю нужным. Еще бы получить обратно Дар Звезд, поскольку он явно прибавляет мне авторитета.
Пациентов было много. Еще даже не все раненые успели обратиться к Славии после нападения врага. Те, кто отделались, как они считали, царапинами, сразу к знахарке не пришли. А вот сейчас, когда началось заражение, повалили толпами. Так что моей помощи целительница обрадовалась.
— У меня тут есть две девочки на побегушках, — сказала она, устало вытирая пот со лба, — и толк от них вроде как имеется. Но у тебя и рука легче, и сноровки больше.
Мне, признаться, и самой нравилось быть медсестрой. Неужели наконец-то пригодился мой диплом об образовании! И все же, как оказалось, это мое настоящее призвание.
Я делала перевязки, вскрывала нарывы и не чувствовала при этом отвращения. Да и крови не боялась. Славия тоже немного беспокоилась, как отреагирует на мои походы к ней Арчибальд. Но мне удалось ее успокоить.
Когда стены затряслись а двор наполнился криками, мы делали небольшую операцию, обрабатывали запущенную рану на ноге одного из солдат войска Арчибальда. Закончив, вышли на улицу, как раз чтобы встретить процессию, въезжающую на главный двор перед дворцом.
Как положено — впереди три ряда охраны, по бокам тоже. И где-то в серединке яркое пятно богатого экипажа.
Мы со Славией скромно встали с краешку, пытаясь хоть что-то увидеть поверх голов. Но тут нас заметили и уважительно расступились, пропуская вперед.
— Вот ты где! — Услышала я над головой голос мужа.
Король Арчибальд встречал гостей верхом на вороном. Когда он окинул меня взглядом, я вспомнила, что должна была привести себя в порядок к официальному приему. Или это касается именно ужина?
Охрана Дайруса разъехалась, карета предстала взорам присутствующих. Элегантная, пафосная. Наверное, очень привлекательная для грабителей, поэтому столько вооруженных людей ее охраняют. Позолоты и каменьев на отделку экипажа пошло немало, и эти богатства для кого-то ценнее жизни императорской семьи.
Двери открылись. С правой стороны не торопясь спустился высокий мужчина средних лет, где-то пятидесяти с небольшим. Породистый, харизматичный. Точно император.