Только не это! (СИ)
— И на вкус вряд ли лучше. Пей.
Пока я пересказывала другу произошедшие во время его обморока события, Майло сунулся в лежащий рядом чемодан. Как мы и думали, вещи в нём оказались более подходящими по размеру. Ну что ж, надеюсь, мальчики сумеют разделить гардероб на двоих и не подерутся за брюки.
— Смотрите-ка, у нас боевой трофей, — я вытащила из-под груды осколков стекла и льда пергамент, оставленный Ингрэем. Короткое заклятие, и вот карта вновь чистая и сухая.
Теперь мы могли сориентироваться. Наше будущее учебное заведение отсюда и так видно, если приглядеться, башенки и остроконечные крыши замка ни с чем не спутаешь, а вот подробности пришлись очень кстати. В карту было встроено магическое увеличение вплоть до детального плана этажей в Академии. Удачное приобретение, клянусь Императором! Можно крестиками вычёркивать места, которые обыщем…
Оставаться в разгромленной комнате плохая идея. Без лишних задержек мы с Майло подхватили Лёву под руки и переместились на «базу» — в тот самый дом, где дожидался оставшийся багаж. Уже тут, сидя на голых досках под тусклым сиянием зелёного фонарика, смогли немного расслабиться, рассмотреть выданные документы и обсудить то нелицеприятное положение, в которое нас загнал директор Варлоу.
Чародеи, под чьими личинами нам предстоит жить до обнаружения артефакта, оказались старше нас на год. Да и плевать, всё равно программы Школы тёмных и Академии светлых не совпадают. Годом больше, годом меньше — какая разница? Мы здесь ненадолго.
— Антоний Затасски? — прочитав своё новое имя, Майло скривился, словно ядовитого паука лизнул. — Имя странное, фиг с ним, но что означает Затасски? Какое-то странное прозвище?
— У светлых это называется фамильяром, — я блеснула познаниями в «обществознании». — Наследуется при рождении и ничего особенного не значит. Кстати, давайте договоримся: друг дружку мы называем своими настоящими именами, чтобы не путаться и не заикаться, а всем говорим, что это такие сокращения. Лады?
Друзья полностью поддержали мою идею.
Лёва отныне стал называться Тадеушем Муринку, а я Имани Баранка.
В Стране Орз живут чудные люди! Надеюсь, кожа у них не зелёная ко всему прочему. За языковые различия можно не переживать — на Восточном континенте все говорят на руару, как светлые, так и тёмные; как приморские народы, так и горцы. Кстати о географии. Столь не шибко важный предмет был в программе обучения и, по счастью, его я не игнорировала, но кроме расположения Страны Орз и названия их столицы всё равно ничего не знаю. Директор этот момент предусмотрел и положил в мой багаж увесистую книгу под заголовком «Чародеи Страны Орз».
— Почитаем на досуге.
— Ты сперва проверь, вдруг это сборник сказок про девочку и ураган?
Уже открыла рот, чтобы съязвить, но в словах Майло притаилось до страшного много смысла. Варлоу мог схватить первую попавшуюся книгу, не заглянув внутрь.
— Доисторическая эпоха, династия Ковальски, династия Заремба, переходной период… — я быстро пробежала глазами оглавление. — Никаких девочек, трусливых тигров и железных странников. Выдыхаем, парни.
— Иви, что ты думаешь о нашем задании? Есть шанс? — негромко спросил Лёва.
— Ну, как сказать… — я пожала плечами. — Отыскать артефакт в громадном замке всего за восемь дней задача не самая простая… ладно, не буду врать — она непосильная. Нам не только предстоит притворяться светлыми, что само по себе не легко, так ведь ещё придётся учиться, чтобы не вызывать подозрений. Варлоу капитально подставил нас, — вердикт получился однозначным. — Мерзко, подло, без вариантов, всё, как он любит.
— Урод конченный, я всегда это знал.
— Если мы провалимся, нас убьют, да?
— Скорее всего, в самом прямом смысле. Ладно, завязываем с трагическими настроениями, — я резко хлопнула в ладоши, заставив друзей вздрогнуть. — Найдём мы это зеркало! Найдём, разобьём и свалим домой победителями. Договорились?
Майло с Лёвой переглянулись и дружно кивнули.
— Так и сделаем! И пусть родители заткнутся со своей шарманкой «в вашем возрасте мы уже сотворили сто пятьсот гадостей», — Майло хищно клацнул зубами, как самый настоящий полноценный оборотень. Молодец, давно пора.
— Тёмные всё могут, — подтвердил Лёва не так уверенно, как друг, но в его случае это уже победа. — С нами чёрная магия, её возможности безграничны.
— Академия вздрогнет!
— А её студенты преклонятся!
Так-так, сейчас они договорятся до всяких безумств, а вытаскивать нас из эпицентра заварушки как всегда придётся мне.
— Только не увлекаться, — немного осадила их энтузиазм. — Вздрагивать Академия не будет, её студенты не преклонятся. Даже если нас никто не застукает за ритуалами, от использования чёрной магии всегда портится погода, не забываем. Профессора не бестолковые пуфики, смекнут что к чему. Отныне мы обычные студенты, до чёртиков счастливые оказаться в Академии Света, глупенькие и невзрачные, на которых не падёт ни тени подозрений. Уяснили?
На сей раз парни кивнули не так энергично. Ну и ладно, тоже сойдёт.
— Поднимаемся и вперёд. Долгой жизни Тёмному Императору!
— Долгой жизни!
Прежде чем покинуть дом, мы тщательно скрыли все следы нашего в нём пребывания, а на пороге угольком нарисовали маячковую руну, чтобы на обратном пути не плутать. Уж больно дома светлых похожи друг на дружку.
3 Глава. Неправдивая ложь.
К воротам Академии подошли только на рассвете. Намеренно не спешили, тренируясь по дороге быть светлыми. Почти все свои знания о них мы почерпнули из страшилок на ночь, а они, мягко говоря, не самый надёжный источник. Перво-наперво улыбка! В общении важно, чтобы собеседник не решил, будто мы мысленно разделываем его на мелкие кусочки.
— Улыбка у светлых наиглавнейшая эмоция, — говорила я, наставляя друзей, патологически не желающих учиться даже под угрозой директорской расправы. — В ней нет злорадства и она не напоминает оскал. Она вообще ничего не напоминает, просто тупо растянутые к ушам губы. Представьте, будто вас стукнули по голове мешком с мукой.
— Это больно, — с сомнением в голосе протянул Лёва. — Только дурак станет улыбаться после удара.
— А ты вообрази, что тебя прокляли и превратили в светлого. Так лучше?
— Тогда я пойду и утоплюсь, пока мама не узнала.
Майло, нагруженный всеми тремя чемоданами, многозначительно хмыкнул:
— Если она узнает, то сама утопится. Утопится, и ты сможешь делать, что захочешь!
— Так она ж сначала меня…
Не выдержав, я резко сжала кулаки, высвобождая непроизвольное заклятие чёрной магии, от которого повяла трава в радиусе трёх метров.
— Сейчас я вас утоплю в первой же попавшейся луже!
— Расслабься, Иви, — фыркнул Халявщик, заметив моё недовольство. — Скажем, что в Стране Орз не принято улыбаться незнакомцам. Никаких проблем.
— Может, скажем ещё, что и петь у нас не принято?
Успокоиться получалось с трудом. Всему виной вечная жажда держать происходящее под контролем и невозможность её утолить.
— Нас заставят петь? — испугался Лёва. — О цветочках, солнышке и любви?
Я сбилась с шага. У Лёвы очень живое и яркое воображение, но тут он, конечно, преувеличил. Кому в голову придёт петь о такой дури? Выдохнула и призналась:
— Это же светлые, они всегда поют. Наверняка не знаю, но мне мама рассказывала на ночь страшилки о принцессах, которые в любой непонятной ситуации поют и пляшут.
— А те ребята из страшного дома не пели и не плясали…
— Ну же, парни, такое впечатление, будто наказание за провал меня одну ждёт! Соберитесь и старайтесь лучше.
Друзья пристыжено притихли на ближайшие десять минут пути. Как мы собираемся незаметно влиться в студенческую среду Академии, если не способны даже на такую малость, как улыбка?
— А давайте представлять, что мы топим Варлоу в кипящем масле? — предложил Майло.
— Хм, а это идея…
Хороший совет всегда сработает! На наших лицах засияли самые настоящие «улыбки светлых» — незамутнённое счастье сбывшейся мечты. Надо запомнить это состояние, но теперь возвращаемся в реальность. Ещё столько вещей нужно рассказать, а ворота всё ближе и ближе.