Только не это! (СИ)
— С чего вдруг? — скептически вздёрнула бровь. — Вообще-то, это я тебя спасла.
— А ты начни считать с призрака.
— Не важно, с чего начать. Важно, на чём закончить, — изрекла я с умным видом. — По сравнению с устроенным тобой апокалипсисом, призрак был беззубым котёнком.
— Да ладно, соглашайся. Я попрошу не много.
— Не много и получишь.
— Тебе совсем не любопытно, Огонёк?
— Ну хорошо, чего ты хочешь?
— Чтобы ты призналась. Когда я умер, насколько сильно ты испугалась?
— Нашёл же тему для шуток. Но раз хочешь услышать ответ, пожалуйста: чуть больше, чем призрака, и чуть меньше, чем получить ноль баллов по любому из предметов.
— Врёшь, — Ингрэй рассмеялся. — Ты беспокоилась. Очень!
— Не фантазируй! Ты валялся без сознания и ничего не видел.
— Я притворялся… по большей части.
Ни о каком продолжении учёбы на сегодня речи не шло. Мы вернулись в башню факультета Защитной магии, Ингрэй поводил меня до комнаты, а сам отправился в лечебное крыло к мистрис Солрин.
Лишь закрыв дверь я позволила себе поддаться безмерной усталости и сползла по стенке на пол. Да уж, Иви Всезнайка ещё слишком слаба, чтобы тягаться с мёртвыми. Я не мой отец, и уже не знаю, стану ли когда-нибудь той дочерью, которую он заслуживает.
14 Глава. Поймай меня, если сможешь.
Силлаг Чернокнижник проклял целое королевство. Разрушитель стёр под основание четыре города и десяток деревень. Вечная Ведьма своими чарами сгубила сотни мужчин. Но я утверждаю, и моя сила мне свидетель, что светлая магия куда как разрушительнее чёрной! Я говорю сейчас вовсе не о её физическом воздействии, а о её способности влиять на человека изнутри. Любовь с лёгкостью разбивает все убеждения, что раньше считались такими важными. Она проникает своими щупальцами в душу, меняя то, к чему прикоснётся. Она предлагает другой путь… даже там, где его нет.
Как давно я влюбилась в Ингрэя? Сейчас уже не могу ответить на этот вопрос. Вчера он предлагал бороться за то, чего я хочу на самом деле, но он светлый. Светлый идеалист, которому трудно понять, что тёмные терпеть не могут слово «компромисс». Наши родители никогда не примут условия, если им не пообещают всеобщей власти, а молодое поколение просто не знает другой правды. Это не им, а мне, Майло и Лёве выпала возможность лично познакомиться с врагами и узнать, как лживы оказались все страшилки на ночь.
Разбивать артефакт больше не хотелось…
Почувствовав безмерную безысходность, включила кран с холодной водой и сунула голову под струю. Может так станет чуточку легче. С одной стороны собственная жизнь и жизни моих друзей, единственных, кто мне по-настоящему дорог, а с другой жизни половины светлых, в числе которых тот, за кого мне самой умереть не страшно. Полный тупик.
Коротким заклинанием высушила волосы. За ночь магический резерв полностью восстановился, силы вернулись. Отлично! Жить будем.
Завтрак начался минут двадцать тому назад, поэтому коридоры факультетской башни пустовали. Друзья встретили меня на выходе из общей гостиной. Сидели на подоконнике и бездумно разглядывали покрытое серыми тучами небо. Вчерашняя гроза удалась на славу! Молнии едва не спалили почтовую башню, а дождь не мог успокоиться до самой ночи.
— Привет, парни, — махнула им рукой. — Как у нас дела?
— Хреново.
На их лицах проглядывались отголоски минувшей тревоги за меня, но я без труда уловила блеск паники в глубине жёлтых глаз Майло и непонятную нервозность Лёвы.
— Зеркала в кладовке завхоза не оказалось, да?
— Именно.
После вчерашнего ритуала у меня едва нашлись силы доползти до комнаты и рухнуть на кровать. Отключилась я моментально. Друзьям хватило совести заняться обыском кладовки завхоза самостоятельно. Как выяснилось, их поход всё равно оказался напрасным.
— Призрак надул нас, — Майло в бессильной ярости ударил кулаком по укреплённому стеклу. — Как так? Сделки священны!
— Уже без разницы как, — я качнула головой, нехотя признавая профессиональное поражение. Напрасно посчитала, будто мне хватит сил и умений контролировать потустороннюю силу, и в результате мы впустую потеряли столько дней! Уж лучше бы подняли пару умертвий.
— Нас ни к чему похожему не готовили. Хмырь Варлоу, утопись он в масле, бросил нас на убой в самое пекло, а сам-то ничем не рискует, козёл. Получится с артефактом — заберёт всю славу себе, а если нет — виноваты мы.
— И что теперь нам делать? Возвращаться в Резервацию без зеркала или его осколков чистое самоубийство.
— Давайте тогда не возвращаться вовсе, — внезапно предложил Лёва.
— Ч… что?
Мы с Майло в немом удивлении уставились на друга. Неженка озвучил самый худший вариант из возможных. Куда нам идти? В леса? Нет, мы совершенно не приспособлены к дикой жизни и очень скоро станем добычей многочисленных диких народцев. В селения Королевства? Тоже не выход. Мы не сумеем затеряться среди светлых хотя бы потому, что с трудом ориентируемся в их мире. Да и что это будет за жизнь? Мы тёмные и гордимся этим! Лучше смерть, чем подачки светлых. А потом не стоит забывать о Варлоу. Директор запросто пожертвует ещё одним кусочком души, лишь бы отыскать нас и уничтожить всех, кто нам поможет.
Нет, нет и нет. Побег — это мучительная отсрочка неизбежного.
— Ладно, идём на завтрак, — я обхватила друзей за плечи и направилась в столовую. — У нас есть ещё полтора дня, что-нибудь придумаем. Кстати, что сегодня по «официальному» плану?
— Алхимия, — Майло высунул язык в карикатурном отвращении.
— Алхимия и финальная игра, — поправил Лёва. Впервые за утро его глаза радостно блеснули.
— Тихо!
На выходе из гостиной Халявщик сделал знак замолчать и остановиться. Приложив палец к губам, выразительно кивнул на двери.
Я поднялась на носочки и осторожно подкралась ближе; у меня нет слуха оборотня. В десятке метров от двери стояли двое — парень и девушка. С виду ничего необычного, но они шептались, как пара заговорщиков, упомянув при этом имя нашего Тадеуша!
— Я не уверен, — протянул голос неизвестного парня.
— Брось, будет весело, — ответила… Фелисити!
— Не спорю, но тебе не кажется, что с моей стороны это крайне непрофессионально?
— Всем всё равно, вот увидишь.
— Там же будут профессора…
Фелисити равнодушно фыркнула и нетерпеливо притопнула ножкой, послышался звонкий стук её каблучка. Я аккуратно выглянула в щель. Блондинка беседовала с веснушчатым старшекурсником с сотней косичек на голове. Судя по жёлто-зелёным цветам ученической формы, он с факультета Лечебной магии.
— Вёрдж, так ты хочешь пойти со мной на свидание или нет? — лично в её голосе такого желания не звучало, только раздражение медлительностью кавалера.
— Хочу.
— Значит, ты согласен.
— Хорошо, я согласен.
Закончив непонятный разговор, они направились в сторону столовой. Мы выждали две минуты и вышли следом.
— Вы что-то поняли? — шёпотом спросил Лёвы; на его лице мелькнула тревога.
— Лично я нет, — Майло почесал голову. — А ты, Иви?
— Немного. Фелисити пообещала парню свидание в обмен на какую-то услугу.
— А причём тут Тадеуш?
— Хотела бы знать… Но вряд ли она задумала что-то серьёзное, — я успокоила Лёву. — Она не знает, кто мы, а на всё остальное плевать. Идём уже, пора есть.
***
Финальная игра за кубок Академии по баскетболу на драконах была назначена на час дня, но уроки не отменили. Ректор Ливси далёк от спорта в силу возраста (это же не турнир клоунского мастерства), поэтому не проникся просьбами студентов сделать день выходным. Единственная уступка, на которую он пошёл, — сокращение количества занятий до одного. У пятого курса факультета Защитной магии этим одним оказалась алхимия.
Мы зашли в «стеклянную» лабораторию вслед за сокурсниками и заняли места на последнем ряду. Никакого рабочего настроения не было и в помине. Даже моя неутолимая жажда знаний сегодня взяла отпуск. Как можно думать о рутинной учёбе, когда жизнь рушится?