Эффект бумеранга

– У Саши Сергеева сегодня день рождения. Машу пригласили. Они почти всем классом идут на квест.
– Что за квест? – спросил муж. – Где это?
Я назвала адрес и добавила:
– Они всегда туда ходят. В прошлом году мы тоже там справляли. Разбуди Машу, я заеду за ней через…
–Нет, – отрезал Игорь.
От его грубого отказа у меня сердце подскочило к горлу. Я больше не ждала от мужа ничего хорошего. Но он обещал, что я смогу видеться с Машей.
  
– В каком смысле нет? – уточнила я, аккуратно подбирая слова.
– Машка переживает. Ей не захочется с тобой встречаться сейчас.
– С какой стати?
– Ей тяжело, Кира. Не нужно тебе сейчас маячить и нервировать ребенка.
Я помнила, что мне не стоит спорить с мужем, но он нес такую чушь, с которой сложно согласиться.
– Я не буду ее нервировать, Игорь. Просто отвезу на день рождения.
– Вам не стоит сейчас встречаться, – продолжал стоять на своем муж. – Марина ее отвезет.
– Ты бы хоть спросил саму Машу, – повысила я голос. – Я ее мать, а не Марина!
И он снова бросил в меня козырную карту.
– Начнем с того, что ты не в себе…
Я зажмурилась. Доказывать что-то Игорю бессмысленно.
– Что у Маши с телефоном? – спросила я. – Дай мне поговорить с ней.
– Вам пока лучше не общаться, – выдал Игорь.
– Это ты решил? С какой стати?
– Нет. Это решила сама Маша. Она видела эту безобразную сцену вчера и не хочет с тобой встречаться. Я ее понимаю, если честно.
Я прикусила костяшки пальцев, чтобы не наорать на него. Беспомощность обняла меня липкими крепкими лапами и уверяла, что я ничего не могу сделать. Моя душа и сердце рвались на части.
– Займись собой, Кира. Приведи нервы в порядок. Давай разведемся тихо, потом я подумаю о ваших встречах с Машей. Нам всем нужен перерыв, чтобы привыкнуть…
– К твоей любовнице? – не сдержалась я. – Вот уж вряд ли Маша так быстро свыкнется.
Игорь устало вздохнул.
– Задолбала, Кира. Я все сказал. Не смей соваться к Маше. Давай, пока, – сказал он и сбросил звонок.
Я выругалась грязно и громко, рванула одеваться, чтобы поехать в поселок. Но воспоминания о полиции быстро охладили мой пыл. Перед глазами встала обшарпанная камера, и ноги заломило от холода. Игнорировать угрозы Игоря в этот раз я побоялась.
Но и дома сидеть я не могла. Решила, что пойду прогуляться по району.
Район, где мне придётся жить, оказался вполне типичным. Новостройки, много мигрантов, много детей и собак, хорошая инфраструктура, вылизанная территория. Типичная Москва.
После большого дома и частной закрытой территории двора все это вызывало у меня раздражение.
Игорь прав. Я забыла, что жила в Подмосковье, выпрашивала у мамы деньги на вторые джинсы, невкусно ела.
Вспомнив о еде, я сразу стала искать глазами кофейню, ресторан или хотя бы пекарню. Мой мир рухнул, но кофе с пирожным никто не отменял.
Мне понравилась кондитерская, которая располагалась в доме напротив. Я зашла, села за столик и взяла себе пирожное с ягодами. Кроме ботокса и курортов, я была зависима от сладкого.
Всю свою жизнь я сладкоежка и даже немного кондитер. Мне всегда нравилось печь. Я изучила все классические рецепты десертов. Мы с Машей часто вместе готовили. Она обожала тирамису и красный бархат.
Я вдохнула поглубже, чтобы не разреветься, отломила ложкой кусочек медовика и отправила в рот. К сожалению, он и рядом не стоял с настоящим медовиком. На зубах скрипнул сахар. Кошмар. Про сахарную пудру никто не слышал. Я скривилась и скорее сделала глоток кофе. Он был ненамного лучше пирожного. Дешевое зерно, слишком много воды.
Доедать и допивать не было никакого желания. Обычно я не ругаюсь в ресторанах, но сегодня день не задался с утра. Я подошла к девушке за стойкой и спросила:
– У вас медовик из магазина?
– Нет. Что вы! Это собственное производство, – возмутилась она.
– Сахар в креме не растаял и хрустит на зубах. Коржи сухие.
Девушка развела руками и выдала дежурную фразу:
– Я передам повару. Мы учтем ваши пожелания.
Кофе тоже жидкий и кислый, – добавила я.
– Я передам… – начала она.
Но я не дослушала и махнула рукой. Она сама варила мне американо. Кому передавать замечания при таком раскладе? Кофемашине?
Оставив на столе и медовик, и кофе, я вышла на улицу. Очередное разочарование. Сюда больше ни ногой.
– Зажралась, – буркнула я себе под нос.
– Нет. Вы правы на сто процентов, – проговорила у меня за спиной девушка.
Я вздрогнула, потому что не заметила ее.
– Извините…
– Кофе. – Она показала мне стакан из этой пекарни. – Он паршивый. Как и десерты. За углом есть другая пекарня, но там еще хуже. Мы все страдаем, но делать нечего. Приходиться брать то, что дают. С молоком почти нормально.
Она сделал глоток.
– Проблемы белых людей, – усмехнулась я.
– Ну да. Хорошего дня.
Махнув мне рукой, девушка поспешила к машине, что стояла у пекарни. Маленький разговор меня немного взбодрил, а вот новости про местный общепит расстроили. Придется что-то придумать.
Отвлекая от мелочей, зазвонил телефон. Я сняла трубку.
– Кира Викторовна, добрый день. Вам удобно говорить?
– Да, – аккуратно ответила я, готовясь послать мошенников и рекламщиков.
– Меня зовут Дмитрий Лесин. Вы искали адвоката для развода.
 
Глава 4. Перспективы
 
С Дмитрием я встретилась на следующий день в его офисе. Он внимательно слушал меня, не перебивал и выдал неутешительный итог, когда я иссякла.
– Порадовать мне вас нечем, Кира Викторовна, – сказал адвокат. – Я мог бы вытрясти из вас деньги и душу за кровавую бойню в суде. Супругу вашему тоже помотали бы нервы. Но вы ведь не этого хотите.
– Я хочу забрать дочь, – уверенно выпалила я.
– Ваш муж сделает все, чтобы этого не случилось.
Дмитрий смотрел на меня с сочувствием и выглядел немного виноватым. Я терла влажные ладони, стараясь не заплакать.
– Почему? Зачем ему Маша? – почти выла я.
Задавать эти вопросы юристу – без толку. С тем же успехом можно спрашивать у Господа Бога. Боюсь он, как и Дмитрий, не в силах понять Игоря.
И уж точно я не ждала ответа на свой вопрос. Но Дмитрий неожиданно меня просветил.
– Так вышло, что я немного соприкасался с бизнесом вашего супруга.
Дмитрий поморщился. Очевидно, соприкосновение с Игорем ему не понравилось.
– Я и зацепился за ваш развод по личному мотиву, – признался он.
Для меня не стало это неожиданностью. Игорь работал не только в офисе, но и дома иногда. Он регулярно говорил по телефону на повышенных тонах. У него часто случались конфликты с конкурентами.
– И почему же вы отказываете мне теперь? – возмутилась я.
– Потому что он обязательно сделает то, что обещал, Кира Викторовна. Вы в лучшем случае лишитесь материнских прав.
– А в худшем? – Мой голос стал похож на писк.
Дмитрий отвел глаза и бросил в сторону:
– Лечиться ляжете или…
– Или?
– Или сядете. Он не отдаст вам ребенка.
Я не могла и не хотела верить его словам. Но у меня складывалось ощущение, что Дмитрий Лесин знает про Игоря куда больше, чем я.
Моих знаний хватало на оптимистичные прогнозы.
– Он понятия не имеет, что делать с ребенком.
– Зато в этом хорошо разбирается ваша бывшая няня.
Аргументы Дмитрия железные. И это ужасно злило. Я сжала кулаки и сузила глаза.
– Она будет присматривать за вашей дочерью, – продолжал Лесин. – Это идеальный план, Кира. К сожалению, вам нет места в кампании мужа.
– Кампании? – переспросила я.
– Да. Он будет баллотироваться через год в своем округе.
– Игорь? – я нервно расхохоталась. – Да он чуть не сел по молодости.
  
Дмитрий склонил голову. Я его не удивила информацией о возможной судимости мужа.
– Он был оправдан. Но вы правы. Давыдову нужна идеальная репутация. Вряд ли он бы посмел развестись с вами ради няни. Но она забеременела. Ему придется жениться и стать примерным отцом двоих детей. И дочь он вам не отдаст.