Семь ключей от будущего. Песнь Аски

Мне не давал покоя этот взрыв. Что могло пойти не так? Накануне офицерского приёма мы с Граммом работали в этом секторе. Никаких намеков на неисправность, неужели я что-то пропустила. Нет, этого не может быть, Грамм опытный инженер, от взгляда которого не ускользнет ни одна поломка, даже самая незначительная…
– Я так и думал, что найду тебя здесь.
Я обернулась. Макс буквально вырвал меня из размышлений. Стоял в нескольких шагах от меня, он был уже не в парадном кителе, а в простом сером комбинезоне, как и я.
  
– Здесь тихо, – просто ответила я.
Он подошёл и встал рядом, тоже глядя на звёзды.
– Сегодня ты спасла корабль. Всех нас.
– Мне помогли. И вы мне поверили.
– Я поверил в тебя с того самого момента, как увидел в том коридоре, по уши в пене, – он усмехнулся. – Ты была похожа на безумного дирижёра, управляющего хаосом.
Мы помолчали.
– Мои отношения с Зай'лой… – начал он, и я затаила дыхание. – Они были фасадом. Удобной картинкой для командования. Сегодня этот фасад окончательно рухнул. Я поговорил с ней. Всё кончено.
Он повернулся ко мне. В полумраке машинного отделения его глаза казались особенно глубокими.
– Я больше не лейтенант, который говорит со стажёром. Я просто Макс. А ты – Аска.
Он шагнул ещё ближе, сокращая расстояние между нами до минимума. Моё сердце забилось так же сильно, как во время тревоги, но страха не было. Было только волнение и предвкушение. Он медленно поднял руку и коснулся моей щеки. Его пальцы были тёплыми.
А потом он наклонился и поцеловал меня.
Это был нежный, но уверенный поцелуй, в котором было всё: и облегчение после пережитой опасности, и восхищение, и обещание чего-то нового и настоящего. Я ответила ему, забыв обо всём на свете.
Когда мы отстранились друг от друга, за окном всё так же сияли далёкие звёзды. Но теперь я знала, что самое невероятное приключение ждёт меня не там, в холодной пустоте, а здесь, на борту «Неукротимого», уносящего нас навстречу судьбе.
 
Глава 6
 
Главный зал «Неукротимого» я до этого видела только мельком. Сегодня он был заполнен до отказа. Сотни членов экипажа в парадной форме стояли ровными рядами, их лица были серьёзны и торжественны. Я стояла в первом ряду, чувствуя себя до смешного неуютно в своём старом, хоть и вычищенном до блеска, синем комбинезоне. Моё платье из живых цветов осталось в оранжерее, а новый статус ещё не был присвоен.
На возвышении стоял капитан корабля – высокий седовласый мужчина с суровым, но справедливым лицом, которого я до этого видела лишь на голографических портретах. Капитан Вале́риус. Легенда флота. И сейчас он собирался говорить обо мне.
– …в критической ситуации, когда автоматика отказала, а стандартные протоколы оказались бессильны, один из членов нашего экипажа проявил не только храбрость, но и выдающееся, нестандартное мышление, – голос капитана разносился по залу, и я чувствовала, как на меня устремлены сотни взглядов. – Стажёр инженерного отсека Аска Редфорд не растерялась перед лицом катастрофы. Она нашла единственно верное, пусть и рискованное решение, и лично его осуществила, предотвратив разгерметизацию и спася «Неукротимый» от гибели.
Он сделал паузу и посмотрел прямо на меня.
– Приказом командования, за проявленный героизм и исключительные инженерные навыки, стажёр Аска Редфорд переводится в ранг младшего инженера технического отдела с присвоением соответствующего класса допуска.
По залу прокатились вежливые, но дружные аплодисменты. Капитан кивнул, и ко мне шагнул Грамм. Его лапа больше не была в силовом каркасе, хотя он ещё слегка прихрамывал. В его огромных руках был свёрток – новый синий комбинезон. Он подошёл ко мне и с почти отцовской гордостью протянул его.
– Держи, младший инженер, – пророкотал он так, чтобы слышала только я. – Заслужила.
Я взяла форму. Она была такой же, как моя старая, но на плече и груди красовались серебряные нашивки младшего офицерского состава. Это была не просто одежда. Это было признание. Символ того, что я наконец-то на своём месте. Впервые в жизни меня ценили не за умение блефовать или вскрывать замки, а за то, что было у меня в голове. За мой труд. За то, чему учил меня отец.
Я подняла глаза и встретилась взглядом с Максом. Он стоял в ряду старших офицеров и смотрел на меня с такой тёплой гордостью, что у меня на секунду перехватило дыхание. Я позволила себе короткую улыбку, предназначенную только ему. А потом мой взгляд скользнул дальше и нашёл Зай'лу. Она тоже аплодировала, как и все, но её лицо было похоже на ледяную маску, а в зелёных глазах плескалась такая ярость, что мне стало не по себе.
Церемония закончилась. Когда я шла по коридору, сжимая в руках новую форму, из-за плеча вылетел Майзер.
– Поздравляю, госпожа. Ваш социальный рейтинг на корабле повысился на шестьдесят два процента. Вероятность того, что вас снова отправят чистить систему утилизации отходов, снизилась до уровня статистической погрешности.
– Спасибо, Майзер, – усмехнулась я. – Я тронута твоей заботой.
Первым делом я направилась не в каюту, а в медблок. Грамм уже вернулся на свою койку, и медицинский дроид делал ему какие-то инъекции.
– Ну как ты, командир? – спросила я, присаживаясь рядом.
– Жить буду, – проворчал он. – Через пару дней вернусь в строй, буду гонять тебя в три раза сильнее. Теперь с тебя спрос больше, младший инженер. Рада повышению? – сказал Грамм, с лёгкой ухмылкой.
– Я готова, – искренне ответила я.
Он посмотрел на меня своими маленькими умными глазами.
– Я знаю. Слышал, твой отец был инженером, он бы тобой гордился.
От этих слов на глаза навернулись слёзы, которые я так старательно сдерживала всю церемонию. Я быстро смахнула их, пока никто не заметил.
– Спасибо, Грамм. За всё.
Он лишь махнул здоровой лапой. Для него, как и для меня, лишние слова были не нужны. Всё было сказано делом. И моя новая форма, лежавшая на коленях, была тому лучшим доказательством.
* * *
Надев новую форму, я почувствовала себя другим человеком. Она сидела идеально, а серебряные нашивки приятно тяжелили плечо. Но прежде чем с головой окунуться в новые обязанности, мне нужно было закрыть один старый долг.
Несколько часов я провела в небольшой корабельной мастерской, окружённая запахом канифоли и разобранными деталями. Из старого гидропонного насоса, нескольких светодиодов и блока управления от списанного дроида-навигатора я собирала свой подарок.
– Вероятность того, что данное устройство будет функционировать корректно, учитывая использование несовместимых компонентов, составляет шестьдесят семь процентов, – проскрипел Майзер, зависнув над моим столом. – Существует также тридцатитрёхпроцентная вероятность того, что оно вызовет короткое замыкание и просто расплавится.
– Спасибо за твой неиссякаемый оптимизм, консервная банка, – пробормотала я, припаивая последний контакт. – Это называется творческий подход.
Я пришла в оранжерею с небольшим, неказистым на вид устройством в руках. Здесь, как и всегда, царили покой и тишина. Я нашла того самого флорианина, который помог мне с платьем. Он молча поливал рощу миниатюрных деревьев, с которых свисали плоды, похожие на капли жидкого серебра.
Я, немного смущаясь, протянула ему свой подарок и попыталась объяснить его назначение.
– Это… для ваших самых капризных растений. Автономная система орошения. Она анализирует влажность почвы и состав воздуха. А световые циклы можно программировать, они имитируют рассвет и закат родного мира растения.
  
Флорианин медленно моргнул своими огромными, древними глазами. Он взял устройство своими узловатыми, похожими на корни, пальцами и без единого слова понёс его в самый дальний уголок сада. Там, в отдельной нише, росло хрупкое, похожее на кристалл, растение. Он установил мой прибор рядом с ним. Устройство тихо загудело, и над нежным цветком зажёгся мягкий, пульсирующий свет, а из тонкой трубки на почву упало несколько идеально отмеренных капель воды.