Жених из гроба (СИ)

— Меня успокаивают цифры, — продолжила Клементина после какой-то очень уж долгой паузы. — А вечером меня позвали, сообщив, что Бриен найден в своей комнате бездыханным.
Я снова посмотрела на Бриена, пытаясь представить, каково было кому-то, не участвовавшему в заговоре, найти юного хозяина дома мертвым. Неприятно!
— Все ужасно испугались, — продолжала Клементина. — Тетя Кристанс говорила, что Даррен обязательно устроит на похоронах чудовищное безобразие и поднимет брата. Дядя Гримий утверждал, что Бриен покончил с собой из-за ссоры со мной…
Дальше опять пошло перечисление непонятных мне людей, из чего я поняла, что кучка дармоедов была еще и паникующей кучкой. Не нашлось ни одного человека, кто бы сказал, «давайте дождемся Даррена». Или «давайте вызовем целителя».
— Так как предположили, что он или самоубийца, или был чем-то болен, хоронить решили на общем кладбище, а не в склепе, — продолжила Клементина. — Все были очень подавлены, Веселия постоянно плакала. Я тоже плакала. Никто не выглядел счастливым.
— Было бы здорово, если бы кто-то так запросто себя выдал, но так не бывает, да, Бриен? — я снова повернулась к своему якобы жениху и поняла, что он всё еще очень, очень близко.
— Да поцелуйтесь вы уже! — не выдержала Клементина. — Смотреть на вас противно!
— Не смотри, — буркнул Бриен, и Клементина и впрямь демонстративно развернулась вместе с креслом. А вот ее душечка перелезла на другое плечо, чтобы лучше видеть!
Душечка Бриена вовсе, казалось, сошел с ума. Он возбужденно бегал по плечам хозяина, потирал ручки и смешно вытягивал губы в трубочку. Не рассмеяться было очень непросто.
Что до меня, то сначала я хотела было встать в позу, мол, мы недостаточно знакомы, чтобы целоваться, но тотчас вспомнила про поцелуй в темноте и маменьку Бриена, которая потом будет отслеживать каждое движение. Нет уж, надо ловить момент, пока она занята расследованием Даррена.
— Хорошо, — я сурово сдвинула брови, надеясь, что выглядит достаточно строго. — Но только без рук и всякого прочего!
Клементина едва слышно хихикнула, но тут же снова смолкла, а мы с Бриеном словно по команде потянулись друг к другу.
Совсем без рук не получилось. Я схватила его за плечи, а он меня — за талию. Я пыталась так затормозить его рвение, потому как мне казалось, что он сомнет не только мои губы, он проглотит меня целиком! Поцелуй был яростным и пылким, Бриен забывал дышать, а у меня поджимались пальцы в моих огромных туфлях. И минус во всем этом был только один, но он был огромным. Просто минусищем длиною с мою лопату.
Человеком, с которым я целовалась в темноте, был точно не Бриен.
Едва Бриен оторвался от моих губ, чтобы вздохнуть, как я вывернулась из его объятий и отсела подальше. Словно чувствуя мое смятение, на колени тотчас вспрыгнул Клема и заурчал как хорошо прогретый котелок с отваром.
— Продолжаем разговор? — Клементина точно подглядывала, уж больно быстро она повернулась вместе с креслом!
— Продолжаем, — согласилась я. На ничего так и не понявшего Бриена я не хотела смотреть. В голове билась мысль. Даррен поцеловал меня там, на лестнице. Зачем?
Думать про убийц в таком состоянии было сложно, но я как могла попыталась сосредоточиться.
— Кто получается последним видел Бриена живым? — спросила я у Клементины.
— А может ты это спросишь у меня? — возмутился Бриен.
Я нехотя повернулась к нему. Припухшие губы, блестящие глаза, порозовевшие щеки. Его душечка подтягивал штанишки и водил ладошками по своей груди, потешно пытаясь соблазнить меня. По крайней мере, я надеялась, что поняла правильно. В общем, и внутренняя я, которое бесстыдно сдавал душечка, и внешние проявления, заметные не только мне, но и пригорюнившейся Клементине, давали понять, что жених мечтает сделать наше фиктивное обручение настоящим.
Будь здесь Софи, я завела бы свою обычную песнь про то, что я не создана для брака. Но Софи тут не было, так что стоило признать, дело вовсе не в браке или его отсутствии. Слава небесам, в магическом королевстве брак пусть сложно, но было возможно разорвать. Как минимум особа королевской крови это могла сделать, а у меня были особые связи в королевском склепе!
  
Но проблема была в другом. В отличие от магичек, которые брак видели, как повышение или понижение по социальной лестнице, хозяйка дома и отсутствие карьеры, я видела брак моих родителей. Астаросские шли по жизни рука об руку много лет, вместе участвовали в битвах, вместе писали трактаты, проверяя друг у друга научность исследований и вместе забывали воспитывать меня. Так что я знала, что брак бывает разный. Но я не хотела его с Бриеном. Я хотела его с тем, кто поцеловал меня на лестнице и теперь, когда оказалось, что это был Даррен, моя жизнь буквально рухнула ко всем бесам.
Показывать это я никому не собиралась, разумеется, так что собрала мозги в кучку и вежливо ответила жениху:
— Хорошо, давай попробуем еще раз. Что ты помнишь последним?
Лицо Бриена вытянулось. Я так и знала с самого начала. Я уже давно смекнула, какую именно отраву приготовили для Бриена любящие родственнички. Названий у нее было много, потому что со всеми названиями она была запрещена. И не только потому, что в ее составе была кровь, что делала ее темным зельем.
Дело в том, что использовать ее для чего-то хорошего удавалось крайне редко. Отрава заставляла тело перестать функционировать полностью, но тело при этом продолжало жить. Оно словно впадало в стазис, почти как упырь в ледяном кубе. В зависимости от дозы выпитого организм переставал работать от пары дней до недели. Говорят, однажды концентрация была так велика, что испытуемый провел в таком виде месяц, но так и умер, не приходя в сознание. Так что я сомневаюсь в правдивости этой истории. Как понять, что он умер только через месяц, если и так, и так он лежал бессознательным трупом? Разве что не гнил, но некоторые стихийники и ведьмы очень долго не гниют, так что это не повод так считать.
Из побочных симптомов среди прочего вроде дезориентации при пробуждении, была еще такая же дезориентация относительно того, что было перед отравлением. В общем, поссорился с кем-то очень сильно — отрави его не очень сильно, как проснется — ничего не вспомнит. Очень удобно и крайне незаконно.
— Не помнишь, — вздохнула я. — Жаль, что никак не проверить, кто с тобой общался в этот день. Некого спросить. Точнее, можно кого угодно спросить, но наврут же с три короба.
И тут меня осенило!
— Мама! — завопила я.
— Не-не-не, — Бриен заметно побледнел. — Белочка, миленькая, давай обойдемся без твоей мамы, да? Я в курсе, что госпожа Астаросская лучшая в пытках как в теории, так и в практике. Но я же не умер, да? А они всё-таки мои родственники, жалко будет их на дыбу отправлять.
— Во-первых, дыба — это прошлый век, — сухо произнесла я, также отметив, что Клементина в обморок не упала. Значит, или не поняла ничего, или, что вероятнее, уже тоже была в курсе о моих семейных обстоятельствах. Бесы их всех подери, моя тайна расходится тут как круги по воде! — Во-вторых, ты о себе ужасно высокого мнения, раз думаешь, будто я для того из дома сбежала и терпела все лишения, чтобы указать маме, где я нахожусь, чтобы она могла дознаться, кто тебя хотел убить.
Пристыженный Бриен закрыл лицо руками. Но мне его жалко не было. Такой же как эта Клементина — о себе, да о себе! А мог бы и обо мне подумать!
— Я про вашу с Дарреном маму, — пояснила я. — Как зовут эту чудесную женщину?
Сарказм в моем голосе эти двое не расслышали.
— Не нужно поднимать госпожу Арриену! — испугалась Клементина. — Она уже довольно давно умерла и ничего сказать не сможет! Она умерла даже раньше господина Ротара!
Имена в этой семейке точно сочиняли с большого бодуна, иных причин, почему они так коверкали язык, я не видела.
— Не нужно маму поднимать, — попросил и Бриен. — Ей это не понравится! И Даррену тоже!
— Да никого я не собираюсь поднимать! — я прикинула расстояние до столовой и попыталась вспомнить, что нужно, чтобы призвать духа, который и без того в этом мире. — Я собираюсь позвать ее из столовой, сколько можно там торчать! Если ты ничего не заметил, то она наверняка видела! За кем ей еще тут наблюдать, как не за сыном?