Дело времени (СИ)
Екатерина Белецкая
Насмешники. Дело времени
«Насмешники» — это книжка в книжке, это эксперимент, это фокус. Почему? Потому что эту книжку пишу… немножко не я. Её пишет один из героев моих основных книжных серий. В некотором смысле это его книжка, точнее — книжки. А поскольку он, этот товарищ, является существом весьма язвительным и обладает большим опытом в самых разных сферах, текст у него получается соответствующий. Во-первых, действительно веселый. Во-вторых, правдивый. В-третьих, нахальный. В-четвертых, пошл… гм. А стоит ли рассказывать? Может быть, лучше просто почитать?
Сами понимаете, времена сейчас не задались. Хочется позитива. Так вот, там, в книжке, этого позитива — завались. Потому что этот текст именно что для позитива и писался.
Пролог. Ялта
Прикладная болтология, или Синдром хронического безделья
— Я сделал страшное открытие.
— Какое?
— Представляешь себе, чайки гадят на лету!
— Угу. А до этого ты думал, что они каждый раз садятся, что ли?
— До этого я вообще никогда про это не думал!..
…За окнами просторной гостиничной комнаты стояло огромное молчаливое лето; площадь перед гостиницей сейчас была пуста — жара, сиеста. В Ялте, как и во всех других приморских городах-курортах, днём ничего не работало, всё закрывалось. Днём было принято ложиться спать часика на три-четыре. Слишком жарко, даже на море. Поэтому ну её к шуту, эту суету. Расслабляемся.
Те, кто хотел спать — сейчас спали, а те, кто не хотел — сидели в комнатах, включив кондиционеры, и страдали ерундой, поджидая пяти часов, когда одуревшие от жары продавцы начнут открывать маленькие магазинчики, и по улице потянутся к пляжу те, кому хочется занять местечко поближе к воде.
Делать было совершенно нечего.
Скрипач лежал на кушетке возле окна, обмахиваясь вчерашней газетой, а Ит примостился у письменного стола и сейчас что-то быстро писал в потрепанном блокноте, переплетенном в коричневую кожу. То, что он писал, его, по всей видимости, увлекло, и всерьез — он то начинал грызть кончик шариковой ручки, то, по своей всегдашней привычке, наматывал на указательный палец левой руки прядку волос, не переставая при этом с лихорадочной поспешностью терзать блокнот. Майку он давно снял и положил с какой-то радости рядом с собой на стол. Сейчас он на секунду прервался и поспешно вытер себе майкой лоб. И снова схватился за ручку.
Это становилось интересным. Скрипач присел.
— Ты чего там строчишь? — с подозрением спросил он.
— А… да так. Ну, старое. Решил сделать новое.
— Это которая хрень про трёх псевдоисториков и блондинку? — у Скрипача глаза полезли на лоб.
— А! О! Рыжий, спасибо, это гениально!.. — Ит зашуршал страничками. — Точно! «Хрень болотная»! А я-то всё думал, как назвать первую главу.
— Приплыли, — констатировал Скрипач, плюхаясь обратно на кушетку. — Могу себе представить, что это будет за муть, если такое название у главы.
— Да погоди ты!.. Помнишь, я тогда про них писал истории… ну, там, где они уже взрослые? А это — самые первые. Которые у меня просили, и я всё не мог взяться, времени не было.
— Ну, помню. И чего? Это же сто лет назад было. Кому это сейчас надо?
— Да ничего. И никому. И вообще, я же никого читать не заставляю.
Скрипач пожал плечами.
— Дай посмотреть, — предложил он.
— Зачем? — с подозрением спросил Ит.
— Делать нечего.
— Дай дописать сначала.
— Ну дай почитать, чего тебе, жалко, что ли? Иди пока, душ прими. У тебя тут написано всего ничего.
— С вами больше не напишешь, вы же мешаете постоянно! — Ит рассердился. — На, изверг. Читай. Только, пожалуйста, без твоей обычной критики… кретинической. Знаю я тебя.
Он встал, потянулся, и, прихватив со стола майку, побрел в ванную.
— Так… — Скрипач открыл блокнот. На первой странице была поспешно набросана какая-то незамысловатая схемка. Круг, прямоугольники, спираль.
— А чего это за фигня? — спросил Скрипач. В ванной зашумела вода. — Чего за фигня такая, эй!
— Не ори, девчонок разбудишь, — сердито отозвался Ит. — Сам угадай!
— Ну, цифры какие-то, — пожал плечами Скрипач. Вода зашумела сильнее. — Один, два, три, четыре, пять, шесть… угу… Ит, а чего это такое?
— Ты читать умеешь?! — взорвался Ит, высовываясь из ванной.
— У тебя тут только картинка!!!
— Текст на следующей странице, дубина!!!
— А… «Хрень болотная», да?
— Да! Ты мне дашь помыться?!
Ит Соградо
Насмешники. Дело времени
Часть I
1
Хрень болотная
— С добрым утром, — произнес слабый голос с одной кровати.
— Сам ты с добрым утром, — отозвался голос с другой кровати. — Выключи это, а?
— Для этого нужно встать, а я не могу.
— И что же тебе мешает?
— Ровно то же, что и тебе!
На самом деле утро давно уже закончилось, и был сейчас в славном городе Шенадоре на планете Равор-7 солнечный весенний полдень. На университетской площади, под памятником Трём Самым Умным, разминалось с полдесятка греванов — в соседней академии Духовного слова был сегодня выпускной экзамен. Каждый из греванов сейчас читал проповедь, и при этом старался переорать коллегу, а публика подбадривала то одного, то другого, поэтому на площади было уже шумно. Через час шумно будет настолько, что из гостиничного корпуса лучше бы убраться куда подальше. Выпускные греванов были в университете притчей во языцех. Сначала проповеди до полуночи, а после полуночи — отходная.
Но…
Историки выпускались вчера.
Именно поэтому у историков сейчас не было сил, чтобы вставать и удирать.
В дверь комнаты кто-то робко поскребся.
— Шини, Аквист, вы там? — позвали из-за двери.
— Нет, мы не там, — Шини, кровать которого была ближе к двери, приподнялся на локте. — Неужели незаметно?
— Незаметно что? — страдальчески спросил голос из-за двери.
— Мы — здесь, — наставительно ответил Шини. — Это ты, Ванри, там. А мы как раз здесь.
— О, Триединый… вы меня впустите, наконец?
Аквист сел, потянулся, зевнул, с упреком посмотрел на дверь, лёг, отвернулся к стене и с головой укрылся одеялом.
— Нет, — констатировал Шини. — Видимо, не впустим.
— Почему?
— Потому что я не хочу вставать и открывать.
— Пусть Аквист откроет.
— Он тоже не может.
— Но почему?!
— Потому что он спит!!! — рявкнул Шини.
Греваны на площади орали всё сильнее и сильнее, и, кажется, их стало больше. Ванри продолжал стучать в дверь. А в довершение всего в комнате играла музыка, негромкая, но довольно назойливая — Аквист вчера приволок откуда-то старинный электронный проигрыватель, чтобы дать всем послушать старые мелодии; включить этот проигрыватель он смог, а вот выключить не получилось. Кое-как сумели сделать потише, но у проигрывателя что-то переклинило внутри, и, как ни старались, еще тише сделать не вышло.
— Он должен разрядиться, — предположил умный Шини.
— Ну тогда пусть играет, пока не разрядится, — согласился Аквист.
Увы, проигрыватель оказался стойким, и разряжаться, по всей видимости, не собирался. К тому же его заело на одной песне.
Для Шини это всё оказалось уже слишком.
Он кое-как встал, сунул подушку-валик и одеяло в углубление за изголовьем, сдернул с кровати простынь-паутинку (на ее место тут же выползла следующая), кинул её на пол, и приказал в пространство:
