Наследники магии. Проклятие рыжего оборотня
Анри влетел в гостиную, как гневный вихрь, чудом не споткнувшись о вытянувшегося у порога льва и, остановившись за спиной полулежащего в глубоком кресле младшего брата, упер руки в бока.
– Марк.
– Привет, братец, – легко отозвался юноша и, взмахнув рукой, ловко метнул дротик точно в нос изображенной на картине слева цапли.
– Сколько раз я говорил тебе не портить интерьер? Не припомнишь?
– Да ты мне постоянно это говоришь, – Марк безразлично отмахнулся и вновь взмахнул рукой. Следующий дротик вонзился в стену, рядом с маленькой дырочкой, оставшейся от предыдущего броска.
Анри зарычал.
– Прекрати! Почему, черт побери, возвращаясь домой, я вынужден тебя воспитывать, вместо того, чтобы отдохнуть?!
– Потому что ты старый брюзга, – спокойно известил неслух, однако, от следующего броска воздержался. Он немного сполз в кресле, тяжело вздохнул и, запрокинув голову назад, попытался увидеть брата.
– Почему ты всегда начинаешь со скандала? Причем со скандала со мной, заметь! Чем это я тебе так не потрафил?
Лев на полу недовольно заворчал и сел. Ему ссора братьев, вне всякого сомнения, приятна не была. Ада, как раз зашедшая в дом, глубоко вздохнула и, предпочитая не вмешиваться, принялась гладить зверя по голове.
– Меня бесит твоя безалаберность! – Анри, не обращая внимания на свидетелей, возвысил голос, – Ты бросил учебу, ты даже не пытаешься найти работу, ты только сидишь целыми днями дома и портишь стены своими чертовыми дротиками, ты… – он внезапно осекся и совсем другим голосом спросил, – Где ты был сегодня днем?
– Так сестричка уже доложила, – Марк поднял серые глаза к потолку и, взъерошив черную, как смоль, завивающуюся мелким бесом шевелюру, покачал головой, – Ада-Ада, маленькая предательница. А я, может, хотел сюрприз сделать! Я, может, себе дело по душе нашел!
– Лжец.
Неожиданно раздавшийся в гостиной мужской голос с легкой хрипотцой в нем, заставил обоих братьев удивленно оглянуться. Точнее, удивленно оглянулся Анри – Марку для этого пришлось встать на кресло коленями и выглянуть из-за его спинки.
Лев исчез. Рядом с Адой замер серьезный, нахмуренный человек – взрослый человек, взрослый мужчина с чуть вьющимися темными волосами до плеч, одетый в простую футболку и джинсы. Во всем облике его прослеживалось нечто львиное.
– Привет, дядя Винсент, рад наконец-то смотреть в глаза тебе, а не большому коту, – юноша недовольно вздохнул и, облокотившись о спинку кресла, подпер щеку ладонью, – Что, теперь и ты будешь на меня наезжать?
– А почему нет? – Винсент развел руки в стороны, слегка пожимая плечами, – Марк, я сюда прихожу не из праздного любопытства – я беспокоюсь за вас, и стараюсь следить, чтобы у вас все было в порядке. И я совершенно точно знаю, что никакого дела себе по душе ты не нашел! Где ты был?
Парень закатил глаза и, извернувшись, снова упал в кресло, скрещивая руки на груди.
– А я и не знал, что нахожусь в тюрьме, – ядовито откликнулся он из-за спинки, не желая больше смотреть ни на одного из своих родственников, – Я почему-то был так наивен, что думал, будто могу ходить, куда пожелаю, причем в любое время! Мне показалось, или я, на минуточку, уже достаточно взрослый, чтобы сам принимать решения?
– Тебе восемнадцать лет, – напомнил ему старший брат. Из-за спинки кресла взмыла в воздух худощавая рука, сделала пренебрежительный взмах, и вновь упала обратно.
– Вот я и говорю, что взрослый, – заявил Марк, – Это вон Аделайн у нас еще мелкая, а туда же – с парнем крутит! И ведь знает же, что я не…
– Марк! – Ада, слегка покраснев, гневно топнула ножкой. Претензии брата к ее отношениям с человеком, к которому она испытывала вполне взаимную симпатию, девушке уже давно наскучили, к тому же она неплохо знала Марка и понимала, что он просто пытается ускользнуть от объяснений.
– Тебя уже двадцать раз спросили, где ты был, ты что, не можешь хотя бы один раз ответить?
– Ладно, – юноша внезапно поднялся из кресла и, повернувшись к родне, развел руки широко в стороны, – Хорошо. Один раз я вам отвечу – я упражнялся со шпагой. Все, вопросы исчерпаны?
Винсент, которого этот ответ не только не устроил, но даже более – насторожил еще сильнее, хмурясь, подался вперед.
– Ты что, ввязался в поединок? Занятий с дядей и дедом тебе мало?
Марк фыркнул и закатил глаза, с размаху хлопая себя ладонями по бедрам.
– Дядя Роман и дедушка мне дали все, что могли! Еще и Вик прибавил малость – видал, как я ловко научился метать дротики? – наткнувшись на взгляд старшего брата, юноша несколько стушевался и мотнул головой, – Ну, не важно. Короче, Роман мне так и сказал – надо оттачивать мастерство, тренироваться самостоятельно. Они дали мне основы, а развить их – это уж мое дело.
– Ты не ответил.
Парень передернул плечами и отвел взгляд.
– Никуда я не ввязывался. Просто фехтовал… в парке… да, в парке.
Винсент медленно обратил взгляд к старшему из молодых людей, и красиво изогнул бровь.
– У тебя есть способ проверить?
Анри хмыкнул и, не отвечая, вытянул вперед руку, обращая ее ладонью к потолку. Замер на мгновение, давая брату последнюю возможность сознаться и, вздохнув, неспешно повел рукой вниз, немного покачивая ею.
– Аtidaryti paslaptis, – слетел с его губ тихий шепот. Винс, самый старший и самый мудрый из здесь присутствующих, нахмурился, внимательно вглядываясь в молодого мага. К вопросам и претензиям в адрес Марка добавилась парочка в адрес Анри.
Впрочем, сейчас задавать вопросы было не время. Младший брат мага, содрогнувшись, вскрикнул и, прижав ладонь к боку, согнулся пополам. На пол упало несколько капель крови.
– Марк! – Аделайн, брата любившая сильно и искренне, беспокоящая за него, метнулась вперед, подхватывая юношу и помогая ему сесть обратно в кресло. Стало видно, что правую щеку Марка рассекает три длинных пореза, похожих на следы чьих-то когтей.
Винсент и Анри, переглянувшись, поспешили к раненному; маг, на ходу колдуя, создал бинт.
– Вот болван… – молодой человек тяжело вздохнул и, осторожно потянув руку брата, заставил его освободить рану. Брови его поползли вверх.
– Но это не рана от шпаги! – он чуть склонился, изучая кровоточащие следы на теле юноши и его разодранную футболку, – Это… тебя кто-то укусил?..
Марк слабо отмахнулся, тщась сохранить ускользающее мужество.
– Случайный вурдалак. Ничего особенного, не думаю… не вижу смысла так… суетиться.
Винсент сдержал вздох и покачал головой.
– Весь в отца… На того тоже, помнится, «случайный упырь» напал.
– А упырь и вурдалак – это не одно и то же? – Ада, даже отвлекшись от пострадавшего брата, удивленно оглянулась через плечо на старшего родственника. Тот послал девушке быструю улыбку.
В магии и магических существах неплохо разбирались все трое потомков благородного семейства, но серьезно занимался этим вопросом только Анри.
Марк отдавал предпочтение фехтованию, и даже собственный дар особенно не развивал, пользуясь им, как чем-то самим собою разумеющимся.
Аделайн, напротив, уделяла куда больше внимания развитию дара, не обращая внимания на прочие направления колдовской науки. Вопрос, заданный ею, был вполне понятен и даже простителен, но ответить на него решил все-таки не Винс.
Анри, уже начавший по мере сил своих обрабатывать и перебинтовывать раны младшего брата, внимательно изучая их при этом, отстраненно мотнул головой.
– Не совсем. Упыри тупее и, кроме того, куда опаснее. Начать с того, что они ядовиты… Но подавляющее большинство упырей служит дедушке, так что на Марка бы они не напали. Вурдалаки по своей сути уже ближе к вампирам, у них даже присутствуют зачатки разума… Просто так бы они не напали. Чем ты спровоцировал его?
Юноша недовольно шмыгнул носом и тут же демонстративно вздернул его.
– Я вообще его не провоцировал. Шел себе и шел, а этот вдруг как выскочит, как бросится… Я пытался погавкать на него в ответ, но его это почему-то не впечатлило.