Геном Пандоры: селекция (СИ)
— Успех пешего перехода до нужной нам локации оценивается в ноль процентов.
Я прищурился, разглядывая разволновавшегося Мишу.
— У тебя что, есть глайдер под боком?
— Не у меня, но есть.
Я вопросительно поднял бровь, требуя продолжения. Если тут есть глайдер, то это многое меняет. Миша, поколдовав на панели управления голоэкраном, вывел на него картинку.
— В соседнем корпусе, на крыше, находится глайдер ректора университета. Судя по последним данным видеоаналитики, он все еще там. Для того чтобы переместить всех нас в нужную точку, нужно три рейса, глайдер двухместный. Это в общей сложности займет около четырех часов.
А вот это уже походило на план. Усадьба Беляева недалеко от города, поэтому мы имели неплохие шансы на спасение. Или хотя бы на передышку.
— Правда есть небольшая проблема, — нахмурился Миша. — Так как все сети отрублены, мы не сможем пользоваться автопилотом. Единственные, кто умеет управлять глайдером — это Вика и профессор. Я, конечно, еще не уточнял у Александра.
Все посмотрели на меня, и я покачал головой. Затем с уважением посмотрел на насупившуюся Вику. Надо же, получить сертификат пилота в таком возрасте.
— Раз все обсудили, — прервал возникшую паузу профессор, — то прошу всех подготовиться. Саш, справишься за отведенное время?
— Без проблем, профессор. Мне понадобится совсем немного времени, чтобы подготовить новые базовые контуры для ваших нейронок и создать необходимую защиту.
Я понимал, что они будут лишь рудиментами, ведь чтобы довести Мию до текущего состояния, мне понадобилось три года. Корректировка аналитического функционала, подстройка под мой психотип и многое другое. То, что Мия понимала команды с полуслова и делала то, что нужно, — это совсем другой уровень. Можно сказать — Мия одна из самых продвинутых нейронок во всем мире.
— Ну хорошо, — кивнул профессор и перевел взгляд на остальных. — Вика, Миша, через полчаса встречаемся в лаборатории.
Парень лихорадочно кивнул, но мне показалась, что в нем больше нетерпения, чем страха. В отличие от него, настроение у Вики было не столь радужным, но она не осмелилась возразить отцу. Или просто понимала, что другого выхода нет.
— Саш, а с тобой я хотел бы поговорить наедине.
— Без проблем, профессор.
На этом странное совещание закончилось. Допив сублимированную пародию на кофе, я поднялся и побрел вслед за профессором.
Глава 12
Профессор подождал, когда я устроюсь на стуле, и приступил к делу.
— Саш, я выслал тебе инструкцию как контролировать имплантацию чипов. Времени совсем нет, так что операцию всем нам троим придется делать одновременно. С каждым часом прогностическая модель только снижает наши шансы.
— Не переживайте профессор, я справлюсь.
— Да это так, на всякий случай, — махнул он рукой. — Автоматика должна сделать все сама. Я хотел поговорить с тобой совсем о другом.
Я слегка напрягся. Если профессор захотел переговорить наедине, то информация явно касается меня лично. Но следующие его слова опровергли предположения.
— Состояние твоей подруги с каждым часом ухудшается. Она сейчас на поддерживающих препаратах, и чувствует себя лучше. Но процесс дестабилизации идёт, — профессор поймал мой вопросительный взгляд и пояснил. — Это связано с работой нового генного кластера в ее ДНК. Пока ты восстанавливался в капсуле, мы провели детальное исследование ее генной карты. При повторном анализе через двенадцать часов зафиксировали определенную динамику. И она не совсем хорошая. Во время моего отдыха Вика продолжила исследования, которые лишь подтвердили подозрения. Сейчас совсем нет времени, чтобы погружаться в тонкости, поэтому покажу тебе самое важное, что удалось понять. Для тебя это информация тоже крайне важна.
Все-таки я не ошибся, и дело касается меня… ладно, не только меня. Профессор тем временем активировал голоэкран и вывел на него уже знакомые мне картинки.
— На этих проекциях отображена динамика за последние тридцать пять часов. За это время произошла деградация триплекса ДНК на три процента. Это происходит за счет увеличения экспрессии редких аллелей, которые в норме должны быть заметилированными. — Профессор взглянул на меня и пояснил: — Молчащими. Боюсь, что если так пойдет и дальше, то в скором времени произойдет полная разбалансировка генной структуры со всеми вытекающими.
Я слушал профессора, и меня начал прошибать холодный пот. Как же так⁈ Ведь на прогоне через виртуальные макеты структура Инги была стабильной. Как, впрочем, и моя. Не наделал ли я глупостей, импринтировав второй генный кластер, пользуясь только моделированием⁈ Я начал прислушиваться к собственным ощущениям, но чувствовал себя просто прекрасно.
— Э-э-э… профессор. А можно получить этот модуль, который проводил диагностику Инги?
— Нужно, — скупо улыбнулся профессор. — Я тебя как раз за этим сюда и позвал. Пока мы будем в капсулах NAVY, тебе нужно провести подробную диагностику. Она будет идти в фоновом режиме.
Профессор подошел к стеллажу с оборудованием и достал оттуда автомед. Модель устройства была нестандартной, но я сразу узнал его.
— Вот, держи. Программный модуль тут уже вшит. Тебе достаточно просто не снимать его. К тому времени как мы выберемся отсюда, данных будет достаточно, чтобы сделать выводы.
— А что будет с Ингой?
К моему удивлению, судьба случайной попутчицы волновала меня. Пусть сейчас я не нуждался в ней, но что-то внутри сжалось в тоскливом предчувствии.
— Не могу сказать. Сам понимаешь, что все это выходит за рамки традиционной науки. Но постараюсь разобраться. Сейчас вы с Ингой — ключ ко всему. У меня дома есть одна медицинская капсула с полным набором диагностического оборудования, а Миша уже запустил процесс переброски всех баз данных лаборатории на мнемокристалл. Так что все что в наших силах — мы сделаем. А сейчас нам уже пора.
* * *Отогнав рекреационную капсулу профессора к двум ее копиям, я облегченно выдохнул. Виджет лаборатории фиксировал успех всех трех операций. Теперь часов двадцать я предоставлен самому себе. Сначала я хотел сходить к Инге, чтобы узнать, как она, но профессор сказал, что она недавно получила дозу восстанавливающих препаратов и отдыхает в капсуле. Лучше навестить её через несколько часов. Ещё он просил ничего не говорить про нестабильность её ДНК. Она и так подавлена и расстроена. Вот с этим я был несогласен. Лучше знать, что с тобой происходит, чем натыкаться на обман и чувствовать, что окружающие что-то скрывают. Но с профессором спорить не стал. Просто решил действовать по ситуации. А пока направился в лабораторию. За отведенное время мне многое предстояло сделать.
Первым делом надо было проверить базу данных на предмет генных карт животных, обладающим способностями к управлению электричеством. На этот раз удача улыбнулась мне, я достаточно быстро систематизировал имеющуюся информацию и принялся за ее изучение. Но через полчаса мой оптимизм начал медленно угасать. Структурированные данные о строении клеток и физиологии организмов, которые вырабатывали электричество, — это, конечно, было все здорово, но ни на йоту не приблизило меня к пониманию процесса управления этим. Бросив бесполезное занятие, я вернулся к первоистокам: ощущениям и их оцифровке.
* * *— Фиксирую разряд на триста шестьдесят вольт. Сила тока — около ста миллиампер.
Комментарии Мии позволяли не отвлекаться от процесса, который меня безумно увлек. Шел десятый час опытов. От усталости и напряжения ломило все тело, но эмоции позволяли держаться. Нащупав верный путь, я загружал нейронку все новой и новой информацией. Оцифрованные параметры моего тела легли на виджет, с каждым новым экспериментом наполняясь новой информацией.
Ветка регенерации: 5,4% синхронизации (125% от максимума)
Ветка энергии: 7,2% синхронизации (14% от максимума)